– Не переживайте, – ободряюще сказала Настя. – Через пару дней будет как новая.
– Правда?! Какое счастье! – наивно-восторженные глаза еще сильнее округлились, теперь в них отражалось неподдельное восхищение хозяйкой мастерской.
Посетительница прижала руки к сердцу.
– Настя!!! Вы не представляете, как Вы меня обнадежили! Я вся извелась! Места себе не находила! Ведь сама, этими вот руками, – она энергично потрясла унизанными перстнями ладонями перед Настиным носом, – взяла и бац!!! Уронила. – Настя снова слегка вздрогнула. Вероятно, от этого «бац» вздрогнули и все остальные, кто находился на всех трех этажах здания. Настя заметила, что у сидящего в другом конце мастерской Сашки, неотрывно глядящего в их сторону, глаза такие же круглые, как и у их новой клиентки. Она подавила очередной приступ смеха.
Эксцентричная особа расплылась в радостной улыбке.
– Меня зовут Фаина Вячеславовна, но Вы зовите меня просто Фаина. Терпеть не могу всяких отчеств. Это каждый раз напоминает о возрасте, – она игриво хихикнула. – Я буквально воспрянула духом! Такое облегчение! Знаете, думала вызвать мастера к себе домой, но вдруг, попадется какой-нибудь непрофессионал и только все испортит. Я сама в этом ничего не понимаю. Поэтому и попросила Сеню помочь. Вы же понимаете, это не какая-нибудь безделушка, которую, если сломалась, можно выбросить и просто купить новую.
– Разумеется, – уверила Настя, что она все понимает.
Фаина еще минут десять тараторила безостановочно обо всем, что только приходило ей в голову и, наконец, к облегчению совершенно оглушенных и ошалевших обитателей мастерской, распрощалась и ушла.
– Просто полоумная тетка. Кошмар! – потрясенно сказал Саша, когда они остались вдвоем. Настя засмеялась.
– Она своеобразная, но мне кажется, вполне милая. Просто чудачка.
– Милая сдвинутая, и трубит как слон в джунглях. Когда она в первый раз завопила, я себе чуть мастихин в руку не воткнул, – пробурчал Саша.
– Ты чего сегодня такой? Молчишь все утро. Теперь вон ворчишь, как старый дед. Меня, она, например, насмешила. Такая порывистая и восторженная, – весело улыбаясь, Настя посмотрела на помощника. – Что там у тебя случилось? Рассказывай, хватит дуться в углу и пыхтеть как паровоз.
– Ничего.
Настя пожала плечами. Ничего, та ничего. Ей-то что. Она подошла посмотреть, как поживает кресло и с ужасом увидела, что Саша ошкурил практически всю деревянную поверхность спинки, сняв, заодно, и верхний слой резьбы.
– Сашка!!! – заорала она не хуже чем перед этим громогласная гостья. – Ты что сделал?!
– Ну, задумался малость, – сказал он, стараясь не смотреть в глаза начальнице. – Сейчас исправлю.
– Исправишь?! Да ты полспинки шкуркой стер! Это же уникальная вещь! Я тебя убью!
Конец дня они провели, реанимируя изуродованное излишним усердием Сашки кресло. В, конце концов, как и предполагала Настя, он поделился причиной своего расстройства. Настя, уже немного отойдя от шока, вызванного его чрезмерными стараниями, посочувствовала и как могла, поддержала несчастного влюбленного.
– Не переживай. Помиритесь. Все ссорятся, зато потом так приятно мириться, – улыбнулась она.
– Нет. Не помиримся. Я сказал, что подал документы в художественную академию, хочу учиться. А она сказала, что я дурак, хочу заниматься всю жизнь какой-то фигней и ничего не добьюсь. Что я как был пустым местом, так им и останусь, и мне ничего в жизни не светит. А ей неудачник не нужен, – шмыгнув носом, сердито сказал Сашка.
– Ну, значит, она не твоя судьба, раз не может тебя понять, и вы смотрите на все по-разному. Каждому нужен именно его человек. Она – не твой, раз так думает и так к тебе относится, не принимает твоего выбора, – пожала плечами Настя. – Такое бывает. Это больно, неприятно. Когда такое случается, кажется, что в жизни ничего хорошего уже не будет. Что это конец. А потом происходит, что-то, что снова делает твою жизнь счастливой, и ты только удивляешься, как мог думать, что ничего не будет и жизнь закончена. И прошлые неприятности и переживания кажутся ничего незначащими и не важными. Просто глупым пустяком. И тогда ты даже рад, что все именно так получилось.
Сашка вздохнул.
– Я думал, что она меня любит…
Понимая, что сейчас он все равно не способен трезво рассуждать, потому, что рана слишком свежая и болезненная, Настя похлопала его по плечу.
– Все у тебя еще будет. У тебя вся жизнь впереди. Не грусти. Лучше понять, что это не твое сразу, не дожидаясь пока пройдет полжизни, и вдруг окажется, что ты их потратил понапрасну. Поверь. А то, что ты хочешь учиться это же замечательно. И ты не пустое место. Ты способный и целеустремленный. И работа должна приносить удовольствие. Не все меряется деньгами, ты сам говорил, когда уговаривал взять тебя на работу. – Настя улыбнулась. – И самое главное – ты хороший человек. И я рада, что мы с тобой встретились.