— Тебе холодно?
— Конечно… так же, как и тебе. Что, не так?
— Надо же, забыли пальто!
— А эти люди, о чем они думают?
— Не знаю, да мне и не интересно знать.
— Они знают, что делают.
— Сеньоры! Дело в том, что американцы пока еще не знают, что Каэтано очень скоро станет миллионером. Если бы они это знали, то относились бы к нам по-другому.
— Да прекрати ты.
— Надули тебя с часами.
— Тсс, идут.
— Нет, пока еще нет.
— Чего они ждут?
— Делят ветчину.
— Дерьмо.
— Я попрошу у них разрешения позвонить моему дяде. Как только он узнает, что я здесь, все решится, и мы устроимся, вот увидите.
— Черт побери, что-то не идут.
— Сеньоры, если их долго нет, то, видимо, все в порядке, значит, все худшее уже позади. Теперь осталось всего лишь подождать чуть-чуть, капельку поголодать, немножко померзнуть, и на этом конец. Я очень доволен.
— Есть ли здесь клопы?
— Не сомневаюсь в этом.
— Что ты будешь делать, Чино?
— Где, здесь? В таком холоде?
— Нет, черт возьми, когда выйдем.
— Зайду к моим родственникам. Попрошу, чтобы они посоветовали, что делать, помогли мне найти работу, а затем я попытаюсь как можно скорее встать на самостоятельный, независимый путь… Я не хочу жить ни под залог, ни в церкви. А ты?
— Конечно, нет. Я поступлю так же… Сначала попрошу помощи у моего дяди, чтобы потом жить самостоятельно. Вот увидишь, мой дядя поможет мне, когда он узнает о том, что я приехал.
— А ты что скажешь?
— Я, пожалуй, не буду торопиться. Вначале немного пошатаюсь, нужно погулять, попьянствовать, найти хорошую женщину, посмотреть, как обстановка…
— С какими деньгами будешь шататься? Если, конечно, ты не станешь за сутки миллионером…
— А мне все равно, что бы вы там ни говорили. Можете издеваться надо мной, можете всю ночь провести с этими… Хорошо, наслаждайтесь. Потом наступит и мой черед, смеется тот, кто смеется последним.
— Ой как страшно!
— Нет, я и пальцем не пошевелю, чтобы отомстить вам за эти насмешки! А теперь послушайте, что я вам скажу. Недалек тот день, когда я на своей машине проеду мимо вас и скажу: «Хотите прокатиться? Осторожно, не испачкайте мне коврики».
— Ну вот и все.
— «Если бы приехал мой дядя, если бы приехал мой дядя…» Довольно, приятель, ты совсем как маленький.
— Оставь его, Каэтано. Все дело в том, что у тебя нет дяди в ЦРУ.
— Какое безобразие, сеньоры, как долго нет этих людей.
— Мой друг, у вас нет причин жаловаться. Разве было лучше, когда вы должны были одеваться в робу, вкалывать по-настоящему, совершать длительные марш-броски и все это за семь песо.
— Но, как объяснили, теперь мне это может пригодиться.
— Послушайте, он защищает срочную службу.
— Я еще не знаю, возможно, это мне может как-то пригодиться.
— Конечно.
— Там же все было русское. Здесь нет этого оружия, нет таких кораблей, так что не знаю, чем тебе может помочь твоя бывшая служба.
— Понадобится, не переживай.
— Он пойдет, как и его дядя, на службу в ЦРУ.
— Да нет же, ничего подобного! Я говорю не об оружии. Например, на катерах есть двигатели, радиостанция. Существуют разные профессии. Я могу работать на причалах или на судне, могу рыбачить. Я думаю, что в этом случае моя служба пригодится.