– Девушка, со стола у нас уберите, – услышала она голос одной из див.
– Я? – удивилась Полина, но ничего не ответила и пошла, куда хотела.
– Наглая официантка, – возмутились ей вслед.
– Да вон официантка, – сказал другой голос из их компании.
«Блин, только бабских разборок нам тут не хватало», – мелькнуло у меня в голове. Мы тут и так на птичьих правах сидим и пьем – мне вообще шестнадцать! Если докопается наряд, то сразу почует алкоголь. Накаркал! Идет знакомый старшина в компании сержанта, видимо, напарника. Старшина о чем-то перемолвился с официанткой и пошел по рядам, осматривая окружающих, нет ли где беспорядка. Народ еще не боялся милиционеров и особого внимания на них не обращал.
– Анатолий, вечер добрый! – узнал меня проверяющий и протянул руку как взрослому.
– Наше вам! – я постарался быть немногословным.
Тут вернулась и Полина, а уж она трезвой быть не старалась, наоборот, у нее появился кураж.
– Гражданка Полякова, не злоупотребляйте! И парня не спаивайте, – узнал и ее мент, а его напарник прошмыгнул в туалет.
– Да ни за что! Я уже все злоупотребила, вот пришла покушать! Отличная баранина тут, а Толя обещал рассказать, как разделывать барана, – сказала моя соседка, протискивая свой задик мимо меня. Если бы не мент, я бы точно приложился еще раз ладошкой по нему.
Старшина усмехнулся и, дождавшись напарника, пошел дальше по вагонам.
– Парень, а ты такой знаменитый, что тебя тут знают? – повернулась ко мне одна из впереди сидящих красоток.
– Отвали! – грубо ответила вместо меня Поля.
Вечер перестал быть томным, но, по счастью, подошла официантка и стала принимать заказ, даже не убрав со стола после прежних едоков. Девицы сразу заказали литр водки и закуски от души – чуть ли не весь ассортимент меню.
– Не нравится мне соседство, может, пойдем лучше в купе? – предложил я.
– Так у нас допить еще есть! – возмутилась Полина.
– Уважаемая, можно нас рассчитать? – крикнул я вслед официантке, на что она буркнула что-то неразборчиво, то ли – сию минуту, господин, то ли – пошел в задницу.
Разливаю в пустые стаканы коньяк и честно делю его остатки на двоих, по моим прикидкам я выпил граммов сто пятьдесят – двести, а остальное досталось хрупкой девушке. Хрупкой, но безбашенной, я вспомнил, как она чуть не проткнула руку парня финкой.
– Так что ты там сказала, девочка? – решила продолжить разборки высокая спортивная женщина лет тридцати, я заметил ее подтянутую задницу, пока она шла мимо.
Но мне прет опять, конфликт не начался по причине прибытия кавалера. К девушкам подсел представительный мужчина их лет, в костюме с каким-то значком, вроде даже как член партии. Ан нет, это значок двадцать шестого съезда КПСС. Молодой такой мужик, хотя этих делегатов по нескольку тысяч бывает, тем не менее ясно, что он чувствует себя хозяином жизни. Он сразу ставит коньяк и коробку конфет, вызывая симпатии женщин к себе. А мне вовремя приносят счет! Однако! Семь рублей восемьдесят две копейки! Изначально трешка была. Ну, баранина рубль, ну, компот по десять копеек еще три раза по два, ну нарезка, хм… Да бог с ним, обсчитала и обсчитала. А, икра же еще! Достаю восемь рублей, подумав, еще кладу сверху рубчик, и удостаиваюсь покровительственного хмыка. Черт, я забыл, в каком я теле, мои потуги на чаевые выглядят по-детски.
– А ну тихо! – гаркнула вдруг официантка кому-то за моей спиной.
Черт! Сцепились-таки две бухие бабы! Пока я смотрел на счет, пока доставал деньги, Полина уже выскочила в сторону входа, где была заловлена вышедшей из туалета соперницей. Они еще не вцепились друг другу в волосья, но уже разговаривали на повышенных тонах и трогали детали одежды. В этой ситуации спасти от драки могло только появление общего врага.
– Старушки, не надо спорить, меня на вас двоих хватит и по очереди, и сразу, – резко повысил градус конфликта я.
Обе охренели, глядя на недоразумение в виде мелкого наглого хама.
– Да я тебя… – попыталась ударить по щеке неизвестная красотка.
Разумеется, я уклонился.
– Ну, ты, Толя, и сволочь, а я… – Удар от Полины под дых я мог и заблокировать, и пропустить мимо, увернувшись, но решил принять на пресс.