Целых полгода Лилиан пропускала дочь из виду, но теперь пришло время вскрыть все карты, наказать ее, как следует и приняться за воспитание. И она выбрала не самый крутой момент. Аннабелль насквозь пропахла сигаретным дымом, алкоголем и едва соображала. Она с трудом представляла, как будет объясняться перед мамой.
— Откуда ты явилась? — спросила Лилиан, выйдя с кухни.
Женщина, до сих пор, не переоделась из рабочего классического костюма в домашнюю одежду и выглядела уставшей.
— Я…гуляла, — ровно ответила Аннабелль, чувствуя, что с натяжкой может связать два слова.
— Мне очень интересно послушать твои оправдания. С кем ты гуляла? Ронан уехал, Уилл на терапии. Новые друзья? И твой домашний арест? Почему ты его не соблюдаешь?
— Нет, одна. Я гуляла совершенно одна в совершенном одиночестве в королевстве одиноких, — произнесла девушка, затем через секунду, перемотала свою речь назад и поняла, что выдала полную ерунду.
— Машину тоже сама водишь?
— Это такси. Мама! Я хочу в постель. Отпусти.
— Которая припарковалась, вероятно, сама, около нашего дома и ты оттуда вышла.
Морган ухмыльнулась. В этом «весёлом» состоянии шутки матери казались в миллиард раз смешнее.
— Это такси. Я не могу покататься по городу на такси?
— Ты сама запуталась в своём вранье.
Что происходит? — Лилиан рассвирепела.
Она села напротив дочери, и Аннабелль взяла побольше воздуха в легкие. Девушка помолилась всем богам, чтобы жвачка, которую ей дал Роберт в машине хотя бы немного загасила неприятный запах.
— Когда мне было плохо, вы только делали хуже, а сейчас спрашиваешь, что происходит, — сказала девушка, стараясь выглядеть максимально серьезно, разговор набирал такие обороты.
Лилиан раскрыла рот.
— Мы с отцом стараемся, как можем для тебя. Мы вложили столько воспитания в тебя, столько усилий, а получаем сейчас вот это. От моего ребёнка ничего не осталось. Мне жаль мою жизнь, честное слово, жаль. Я могла строить карьеру, но отдавала тебе все своё время и ресурсы. Ты посмотри на себя! Ты таскаешься где-то по ночам в таком виде! Кошмар!
Аннабелль посмотрела на свои узкие чёрные брюки с дырками на коленях и водолазку, обнажающую живот.
— Так ходит весь Монреаль, что в этом ужасного?
— Это вульгарщина. Что с тобой такое? Ты невыносимая!
— Мама, ты сделала такой выбор. Никто не может тебя заставить, ты взрослый человек. Когда мы с Уиллом поругались, ты ничего для меня не сделала, запретила с ним общаться, хотя я хотела помириться с ним. На меня навалилось все. Я поругалась с ним, Ронан улетел отсюда, в школе меня ненавидят, моя семья развалилась. Что ты хочешь от меня? Хороших оценок и послушания? У меня не такая хорошая жизнь. Хочется видеть свою дочь с долбанутой улыбкой на лице? Я обеспечу. Мама, я обыкновенный человек. Мне нужна забота, ласка и родительское тепло. Вдруг ты и отец решили, что это так, ерунда. Вы изменяете друг другу, а вечером садитесь за стол и мило беседуете. Самим не тошно? — прокричала Белль, задыхаясь от злости.
Она позволила себе чуть больше, чем обычно, потому что не могла сдерживаться больше.
— Аннабелль, извини, ты не права. Я запретила тебе дружить с Уильямом, потому что он не в очень хорошем состоянии. Я говорила с тобой в тот вечер, разве забыла ты об этом? Изменяем мы с отцом друг другу или нет — тебя не касается, наша личная жизнь никогда не будет на поверхности. Не вмешивайся! Ронан улетел потому, как считал это нужным. Он взрослый человек, поступает по совести и уму. В школе проблемы? Я первый раз об этом слышу. Ты никогда ничего об этом не говорила. Но если даже так и случилось, ты похоже сама на них нарвалась. Это престижная школа, директор сразу сказал — конфликтов почти не бывает, как и драк. Драчуны и скандалисты моментально исключаются. Тебе надо спуститься с небес на землю и общаться с ребятами адекватно. Твои оценки никак не должны зависеть от твоего настроения. Увижу такую оценку хотя бы ещё раз, я не знаю, как тебя накажу, но это наказание ты запомнишь на всю жизнь, обещаю. Прекрати вести себя таким образом. У нас и так много трудностей, я устаю на работе, а ты ходишь с кислым лицом. Твои проблемы с аппетитом меня довели. Ты пойдёшь к специалисту, я запишу тебя и это не обсуждается. Аннабелль, запомни, ты всего лишь ребёнок и тебе нужно слушаться родителей, мы тебя обеспечиваем и даём все, что тебе нужно. Будь добра, закрой свой рот и веди себя прилично, — практически на одном дыхании прокричала Лилиан, глядя на Аннабелль.
— Как ты со мной говоришь? «Закрой свой рот?» Мама, за что?