7. Вихрь
8 лет назад.
Уже во вторую неделю учебы Аннабелль подумывала отчислиться из Клоустенда. Уроки чаще всего заканчивались поздно — около шести вечера, но это никогда не означало, что можно отдыхать. Домашнего задания не жалели, приходилось делать все досконально, чтобы не попасть впросак, а еще учить дополнительные материалы. Морган падала на кровать, быстро засыпала, но на утро не чувствовала себя отдохнувшей. В Клоустенде действовала балльная система — ученики получали отметки, если вовремя приходили на занятия, активно проявлялись на уроки, ходили в секции и кружки. За опоздания, пререкания, споры и другие негативные моменты баллы отнимались. В конце года лучшим ученикам дарили гранты на обучение в частных университетах Канады, поэтому для многих система гимназии стала спасением. Хорошо учишься — поступаешь в хороший университет, филонишь — вылетаешь с позором. Аннабелль тоже хваталась за шанс и старалась соблюдать строгие правила, хотя все еще определилась куда поступать и с чем связать жизнь. В такой нагрузке девушке нравилось только одно — оказалось некогда переживать из-за Уильяма, его дурацких поступков и одиночества. Каждый день они с Воттерсом пересекались в школе, иногда он останавливался поболтать в столовой, но эти разговоры были заполнены дежурными фразами.
На доске объявлений повесили несколько рекламок секций и клубов для дополнительных занятий. В том числе, пресловутый театральный, художественный, заинтересовавший Аннабелль, спортивный и журналистский. Она не удивилась, когда спустя время увидела под последним плакатом, в списке Уильяма. Морган подумала, что было бы неплохо записаться в художественный кружок, но в сутках только двадцать четыре часа, и время никак не растянешь.
— Аннабелль, как ты? — спросила Ингрид, подойдя к ней украдкой.
— Пытаюсь изобрести в сутках еще один час, — сказала Морган, дописывая конспект.
— Что ты пишешь? Экономику?
— Да, — кивнула девушка, — вчера не хватило времени доделать. Ты все сделала?
— Пф, нет, — рассмеялась Герц, — мадам Гоан никогда не смотрит конспекты, а для себя можно сокращать и рисовать ерунду.
— Ладно, это меняет дело, но я боюсь не понять темы или запутаться, потому что они как снежный ком покатятся.
— Солнышко, слишком много напрягаешься, особенно из-за учебы, выдохни, ничего не случится, если ты не сделаешь что-то идеально.
— Она права, когда-нибудь случится контрольная, которую провалишь. Или тема, которую никогда не поймешь, — присоединился к разговору Доминик.
Он приобнял Аннабелль за плечи и присел рядом. В те две недели девушка часто созванивалась, переписывалась и прогуливалась с ним после школы. Порой его забирал личный водитель на машине, и этот факт до сих пор забавлял. Семья парня была очевидно не бедной, но он ничего об этом не говорил, никак не показывал и выглядел обычно. Разве что более ухоженно, чем другие одноклассники.
— Я правда не хочу неприятностей, — объяснилась Аннабелль, — родители очень надеются, что мне удастся поступить по гранту или стипендии. Пока есть силы, буду стараться.
— Тогда пожелаю удачи! — сказал Шантильон. — Когда почувствуешь запах горелого, можешь не сомневаться, это от тебя так несет.
— В смысле? — переспросила Морган, отвлекшись от конспекта.
— Не обращай внимания. Это я так, о своем.
— Слушай, можешь дать списать задание по алгебре? Я забыла сделать, — мило улыбнувшись, попросила Ингрид.
— Да, конечно, — девушка достала из рюкзака тетрадь, — держи, там закладка. Кстати, я хотела спросить у тебя насчет Уильяма? Как он? Вы общаетесь?
Доминик закатил глаза.
— Немного, он такой непостоянный! А что ты про него расскажешь? — поинтересовалась Герц.
— Не знаю, что сказать. Сияет. В прошлой школе, где мы учились, его считали кем-то панка-интеллектуала. Раньше он любил ходить на всякие подпольные концерты и читать странные книги, тащился по металлу.
Ингрид звонко рассмеялась, глядя на Доминика, изображающего рок-гитариста.
— Боже, ничего себе! Милашка Воттерс и такое творил. Он не рассказывал мне об этом.
Аннабелль удивленно вскинула брови. Ей прежде и в голову не приходило, что Ингрид и Уильям стали близко общаться.
— Вы часто ведитесь?
— Он каждый вечер пишет. В выходные вместе пришли на вечеринку к Доминику, многие знакомые сказали, что мы так красиво смотримся! Уильям — не только умный, но еще и красивый, у него столько интересов, — восхищенно проговорила Герц.