— Ронан, это мои любимые краски, на которые никогда не хватает денег. Спасибо!
Лилиан обернулась, оглядев подарок. Ужин почти был готов, так что она сняла фартук, помешала жаркое и кокетливо кашлянула.
— Ребята, раз семейный ужин у нас не получился, — развела она руками, — пойдёмте к столу. Ронан, не стесняйся.
Эмметт не приехал. Лилиан просила приехать его вовремя, но мужчина стоял в пробке, сигналя впереди идущим машинам, ругаясь матом от того, что он действительно не успевает.
Лилиан положила в тарелки рагу, рыбу и салат, выполненный на скорую руку. Мамины блюда выглядели аппетитно, но не для Морган. Она, рассматривая все это великолепие, едва сдерживала рвотный позыв. Чтобы избежать семейных разборок, вместо семейного ужина, девушка впихнула в себя ложку салата. Ронан же — уплетал ужин за обе щеки.
— Очень вкусно, миссис Морган, — добавил он, — вы ее представляете как я устал сидеть на своей спортивной диете…
— Кушай на здоровье! Тебе всегда рады в этом доме.
Аннабелль закатила глаза. Ни для кого не было секретом — Лилиан Морган была без ума от Воттерса — Кляйна с безупречным чувством такта и лучшими манерами. У Уилла была ужасная шутка об этом, девушка порой ее вспоминала. «Будь твоя мать чуть помоложе, она бы приударила за моим старшим братом».
— Аннабелль, глаза могут обратно не вернуться, — рассмеялся Рон над девушкой,
— не ешь, раз аппетита нет.
Аннабелль перемешала все виды еды в жалкую кашицу и отодвинула в сторону. Ронан и Лилиан обсуждали последнюю поездку парня в Вашингтон.
— Вы не против, я пойду проветрюсь? — сказала девушка в итоге, глядя на мать. Она и Рон прекрасно общались, не замечая ее.
— Так плохо поужинала. Иди, куда тебе надо, — обиженно ответила Лилиан. — Столько сил оказалось потрачено впустую — муж не приехал, а дочь отправила еду в помойку.
— Ужин прекрасен. Будем считать, вы приготовили его к моему приезду, — попытался сгладить ситуацию Ронан, взглядом провожая Белль.
Девушка накинула на себя плащ, легонько подтолкнула дверь ногой и вышла из дома. Она села на скамейку недалеко от входа, прижав колени к туловищу. В голове впервые за все время пустота. Скорые выпускные экзамены не волновали. Ничего не волновало. Она смотрела вдаль — виднелась огромная телебашня, кучка небоскребов и густые леса, манящие к себе. Дом находился на возвышенности, город — как на ладони.
— Я присяду? — Рон выдернул ее из потока мыслей.
— Конечно.
— Рассказывай, как живешь?
— Тебе же мама уже рассказала. Я прогуливаю, — призналась девушка, скрестив руки на груди.
— Почему?
— Не хожу я на половину уроков. На те, что у меня с Ингрид и Миртой. Оскорбления так надоели, я устала, нет сил отбиваться.
Она прислонилась к Ронану, но он дрожал.
— Эти недоделанные бокерши? — спросил парень.
— Да. Думаешь, что-то поменялось? Они ненавидят меня, правда, не понимаю за что. Разве я плохо к ним относилась? Ни дня.
— Сказала об этом родителям?
Аннабелль пожала плечами.
— Нет, зачем?
— Они бы тебе помогли.
— Нет, не помогут. Я буду посмешищем — приведу в школу родителей, пожалуюсь, и что? Ингрид меня полюбит? Как-нибудь дотерплю этот год.
Ронан погладил ее по плечам.
— А если попробовать перевестись на другой поток?
— Можно попробовать. Я почему-то не подумала об этом, — призналась девушка.
— Ты сильно переживаешь — очень похудела. Никак не могу найти твои пухлые щеки.
От этих слов Морган улыбнулась. Она часами рассматривала новое отражение в зеркало и начала влюбляться в выпирающее ключицы, впалые щеки, худенькие ноги. Впервые не ощущала себя «большой», лицо не казалось размером с вселенную.
— Я первый раз в жизни почувствовала себя красивой. Это незабываемое чувство, когда не тянет блевать от отражения, а в толпе других девушек — не хочется провалиться под землю от собственного жира, — вступилась девушка.
— У всего должна быть мера, — серьёзно предупредил Рон.
— Мне все равно.
— Наверное, нужно к врачу? — тихо сказал он, — обижайся или не обижайся, ты не в порядке.
— О, еще один советчик. Появляешься раз в пару месяцев и пытаешься спасти принцессу из затоварив в башне. А принцессу не надо спасать, — съязвила Морган.
Воттерс-Кляйн покачал головой. В ту минуту он понял — Аннабелль перестала быть той, кого он любил с детства. Он глядел на неё, но больше не видел смешную девчонку. Перед ним сидела девушка с большими грустными глазами.