Пообещав коту, что я буду развлекать его приятной беседой хоть до утра, я протянула к Маркизу руку, ожидая новых плевков и шипения. К моему удивлению, кот не стал кочевряжиться и взобрался на валик дивана, уступив мне место на сидении, и даже перестал бурчать. Опустив на пол подсвечник, уложив поудобнее диванные подушки и накрывшись, наконец, пледом я вздохнула: как же я устала за этот безумный день! Кот коротко мявкнул — требует от своей Шахерезады продолжения истории. Ну что ж… Я закрыла глаза и представила себе дверь квартиры номер два в доме губернатора, в Энске — широкую, двустворчатую, обитую старинным дерматином. Кнопки звонка не было, и я уже собралась стучать по косяку, когда заметила, что дверь вовсе не заперта. Засунув голову в прихожую, я прокричала "Есть кто-нибудь?" в самой приветливой тональности. Ответом была тишина. Постояв немного в подъезде, я снова просунула голову в дверь. И тут, как мне показалось, у меня над ухом раздался резкий голос: "Входи уже! Что ты там жмешься?" И я вошла. "Иди прямо, потом направо…" — скомандовал голос. Конечно, я, страдающая топографическим кретинизмом, повернула налево и уперлась носом в стенной шкаф. Чтобы найти дорогу назад, пришлось аукнуть: "Э-эй, вы где?"
— О, дьявол! Что тут тебе — катакомбы Парижа? — в голосе слышалось недовольство. Это вместо благодарности за мой скорый приезд — по первому зову, так сказать…
— Иду, иду, вы не волнуйтесь!
— Как не волноваться — каждая минута на счету…
Старуха как старуха — самая обычная, не худая и не толстая, в меру морщинистая. Взгляд острый. Седые кудряшки. Лежит себе, обложенная подушками… Постель чистая… Кто-то за бабкой, значит, ухаживает… Лет ей, наверное…
— Девяносто шесть…
Вот уж ни за что бы не подумала…
— И не смотри на меня, как на чудо природы… Лучше сумку поставь — что ты в нее вцепилась… Стул пододвинь…
Ну нет, бабушка, что-то уж больно вы раскомандовались… Пока не узнаю, зачем я здесь, не буду вашей марионеткой!
— А никто из тебя марионетку и не делает…
— А откуда вы…
— А оттуда… Садись…
Я уселась на стул, повозилась, снимая куртку и развешивая ее на спинке. Старуха молча следила за моим копошением, и как только я затихла на своем стуле, деловито изложила суть дела. Буквально в двух строках:
— Зовут меня Луиза Ивановна Закревская… Я сестра твоей бабушки, значит, ты мне приходишься внучатой племянницей. Пришла пора мне умереть, а не могу — потому что некому передать силу. Раз ты приехала, все в порядке — уже сегодня и помру.
Я моментально превратилась в девушку с веслом, на этот раз — сидячий вариант, и тупо уставилась на с виду весьма бодрую старуху. Мыслей в моей голове было не больше, чем в гипсовом изваянии.
— Ты же о ведьмах слышала? Колдуньи, ворожеи, чародейки? Волшебницы?
Я утвердительно кивнула, по-прежнему не приходя в разум.
— И что, тебя такая перспектива не радует — стать ведьмой?
Я помотала головой — в смысле, нет, не радует.
— Ну, выбора-то у тебя все равно нет…
— Да не хочу я становиться ведьмой! Дичь какая-то… Средневековье…
— Не хочешь — не становись… Все равно все получишь, что мое было…
— Это вы о наследстве? Может, есть более достойные люди — подруги там, мужья… Вы же меня совсем не знаете.
— Мне достаточно знать, что у нас одна кровь… И другой родни женского пола у меня нет. Речь вообще не о материальном. Теперь не перебивай меня и слушай.
Я и так слушала — а что мне оставалось? Было заметно, что с каждой минутой старухе все труднее говорить. Паузы между словами удлинялись.
— Позовешь… потом… Громова — его контора внизу, видела? Он… тебе дарственную на квартиру отдаст. Ты ему… верь… Здесь живи — тебе же все равно где… Только зеркало не передвигай — пусть висит… где висит… Тюне отдай деньги, что… в комоде… в ящике… справа…
— А Тюня — это кто?
— Выйди в подъезд… покричи, она проявится…
Я подумала, что старушка оговорилась, и поправила:
— Вы хотели сказать — появится…
— Не перебивай! Я сказала то, что хотела… Покричи, Тюня и проявится…
Я встала, чтобы пойти покричать, но старуха раздраженно отрезала:
— Да не сейчас, потом! — и я осталась сидеть на своем стуле.
— Луиза Ивановна, может, "скорую" вызвать?
— Никаких… "скорых"… Воды дай… На кухне возьми, в чайнике…