- Спасибо госпожа, я могу идти?
- Да… хотя погоди, сначала налей мне ещё вина.
Бедный юноша трясущимися руками подхватил кувшин и мучительно долго пытался наполнить бокал. Тоненькая струйка вина дрожала в такт его рукам, а бокал Нерлина держала так близко к своей восхитительной груди…
Но вот пытка окончилась, и служка почти сбежал из комнаты. Нерлина и Велнир расхохотались.
- Какая же ты у меня развратница!
- А тебе не нравится, милый?
- Ещё как нравиться, иди же ко мне.
Нерлина и сама уже завелась, потому послушно юркнула в кровать к жениху. Правда, же на затворках сознания, обещания маме заставило её спросить.
- Я так и не поняла, какая экспедиция, какой легион?
- Не бери в голову. Опять Кирин-Тор пытается отыскать сокровища титанов. А кончится всё как всегда, скормят чудовищам две трети легиона и вернутся, поджав хвост.
Слова были услышаны, но как-то не осознаны. Сейчас куда были более важны ощущения от прикосновений рук и губ жениха.
И только когда она внезапно проснулась поздней ночью, дошёл весь ужас этих слов.
Две трети легиона погибнут. Каковы шансы Ларенса уцелеть? Да никаких. Потому что погибнут самые молодые, неопытные и горячие. А Ларенс именно такой, молодой, неопытный, горячий. Да он записался в этот проклятый легион, потому что ищет смерти.
А причиной тому она, Нерлина. Ларенс всё ещё продолжает любить и ему больно. Потому и решился на такой отчаянный шаг.
- Ну что, получила бесспорные доказательства его любви? Или ты не знала, это всегда? – кто-то другой, чуть насмешливым, но её голосом заговорил в душе, - Ведь знала, знаешь, он всегда любил тебя и любит. Все его поступки продиктованы любовью к тебе. Даже там, в кафе, когда зная очень болезненную для него правду, Ларенс держался достойно. Да, его речь была продумана, он обходил острые углы, но его глаза просто кричали о любви к тебе. Только тебе, Нерлина, этого было мало. Ты же хотела услышать это вслух. А, не дождавшись, постаралась сделать ему ещё больнее. Разве ты сама не видишь, что половина твоих поступков следствие капризов и гордыни?
Но ничего, тебе ещё тоже предстоит тоже узнать боль, когда начнёшь осознавать, какую боль причинила ему.
- И как мне теперь поступить? – ввязалась Нерлина в этот беззвучный диалог, - Вот так у меня случилось, люблю двоих и какую любовь мне теперь выбирать?
- А как можно выбирать, что в единственном числе? Настоящая любовь в сердце всегда одна. Другое дело, что бывает и ложная любовь, которая действует на наши чувства, ослепляет, оглушает, затмевает настоящую любовь. Мы видим что хотим, слышим, что хотим, чувствуем что хотим. Только при всём очаровании, ложная любовь недолговечная. Живёт совсем немного времени, а дальше она развеивается как наведённый морок.
- Ты хочешь сказать, что моя любовь в Велниру ложная?
Но ответа не последовало.
- Эй, не молчи! Не хочешь говорить и не надо, я сама теперь всё знаю. Моя настоящая любовь Ларенс и завтра утром я его спасу. Теперь только не спать, только не спать, я же так привыкла, по утрам нежится в постели.
Увы, но переживания, помноженные на усталость, сделали своё дело. Незаметно она смежила веки. Ей снились не светские приёмы и балы, а родной дом. Тот дом, где она выросла, где живёт мама.
И во сне, она простеньком, но элегантном платье стоит на пороге и смотрит на Ларенса. А он такой весь важный, в мундире, смотрит влюблёнными глазами на них. Почему на них? Да потому, что у неё на руках маленький сынишка. Их, с Ларенсом сынишка.
Проснулась она рано, для неё нынешней рано. Стрелки часов на камине неумолимо приближались к цифре восемь. О боги, проспала, почти проспала, остался всего час, а за него нужно собраться и добежать до главного портала. Хорошо хоть Велнира рядом нет, но он всегда был жаворонком.
Нерлина привычно потянулась колокольчику, чтобы вызвать служанок и остановилась.
Утренние сборы баронессы, кем давно уже считала её прислуга, дело не быстрое. Ванная, массаж, укладка волос, подбор белья и прочее-прочее затягивались не на один час. А у неё каждая минута на счету.
И что же теперь делать? Нерлина огляделась. На спинке кресла сиротливо висело её платье, в котором она пришла, да рядом стояли любимые туфельки на низком каблуке. И то только потому, что по своему капризу она всегда запрещала служанкам их уносить.
Что же, придётся довольствоваться малым. Тем более что платье достаточно плотное и длинное. И накинув его прямо на голое тело, Нерлина повертелась перед зеркалом. Всё отлично, никто ничего и не поймёт. Однажды она вот так уже собиралась на свидание к Ларенсу, в платье на голом теле, но сейчас не время придаваться воспоминаниям. Быстро зачесать назад волосы, перехватить их нашедшейся на прикроватном столике резинкой в хвост, пригнуть в туфельки и вперёд. Управилась всего за каких-то десять минут, какая молодец.