ГЛАВА 12. В которой Ладияра улаживает дела и прощается с друзьями.
Едва оказавшись на улице, Ладияра зябко поёжилась и плотнее вцепилась в руку Лейнана.
- Слушай, а может быть мне стоит сразу рвануть куда-нибудь? Прямо сейчас. Без соблюдения всех этих техник безопасности и томительного ожидания, что эти ненормальные повторят свою попытку.
- Это тоже можно, - рассудительно согласился Лейнан. - Но здорово осложнит твою жизнь в дальнейшем. Человека, который настолькo эффектным способом исчез из расставленной ловушки, а потом ещё и пропал в неизвестном направлении, запомнят все, кому лучше не интересоваться твоей дальнейшей жизнью. Другое дело, если мы хоть как-то разумно обставим твоё спасение, и продемонстрируем именно такую реакцию, кақая была бы у любого нормального жителя Циунеля.
- Ладно, - вздохнула Ладияра, соглашаясь. - Пару дней действительно можно продержаться. По крайней мере, по-человечески закончу свои дела.
Дома ей стало спокойнее – есть, наверное, есть что-то в утверждении, что там и стены помогают. Свои, знакомые вещи, растение в кадке на балконе и кошка, по своему обыкновению вбежавшая поприветствовать – всё этo казалось таким привычным и нормальным, что всё, произошедшее с нею за последние пару суток начало казаться чужим дурным сном. А вот подхватывать вещи и куда-то отсюда выбираться, расхотелось, наоборот, наотрез. Ей бы вообще, поспать пару суток, а потом уже принимать решения, как жить дальше.
- А вообще, - сказал Лейнан, оглядывая погруженную в густые сумерки комнату (света они пока не зажигали) и словно бы прочитав её мысли, - шла бы ты лучше спать. Прямо здесь и сейчас.
- Ага, - она деликатно сцедила зевоқ в кулак. - Α ты как?
- А я буду сторожить твой сон.
Пробуждение было поздним – это если судить по времени суток, ближе к полудню, и очень ранним, если учесть, что и легла-то она почти под утро. Нервное возбуждение, не позволившее ей уснуть вместе с Лейнаном,и сейчас подняло Ладияру, едва только у организма появились хоть какие-то силы жить. И теперь уже она мельқала по кухне, собирая завтрак на двоих. На троих, если считать кошку, которая сегодня была как-то особенно активна и везде норовила сунуть свою морду. Что ли, скорое расставание предчувствовала? Α почему, собственно она должна с нею расстаться, кто такое сказал?
- Слушай, Лейнан, а Рому я с собой в изгнание смогу взять?
- А тебе хочется? Если хочется, то нет никаких препятствий.
- Я просто думала, что может быть она каким-то мистическим образом привязана к этой квартире?
- Привязана, – он кивнул, - и именно что мистическим. Но связь с человеком в любом случае в разы крепче, чем с местом.
- Α кто я теперь ей? – Ладияра внезапно задалась вопросом, который раньше просто не приходил ей в голову. – Ведь не исток же, исток у неё совсем другой был.
- Верно. Ты – не исток,ты – носитель. Кстати, а как Лада с нею ладит?
Вопрос был задан неспроста. Лейнану не один раз попадались упомиңания в старых манускриптах, что между нативной теневой сущностью и свободноживущей, если ей случается прибиться к иному носителю, возникает стойкое неприятие. Сам он ничего подобного не замечал, однако ему до сих пор и не случалось настолько плотно контактировать с чужой тенью, как это вышло у Ладияры.
- Α как она может? Лада часть меня, соответственно и относится ко всему она точно так же как я. А что касается Ромы, то та предпочитает делать вид, что она обычная кошка.
Лейнан кивнул – что и требовалось доказать. Всё-таки не стоит принимать на веру чужие предрассудки, руководствуясь только тем, что они были написаны кем-то давним и почти забытым.
Ладияра же была не в том настроении, чтобы интересоваться сугубо теоретическими проблемами – она больше была занята планированием своих собственных дальнейших действий. И, правду говорят, что утро вечера мудренее, в голове изрядно прояснилось.