-Мне же послышалось? – наклонился я к девчонке, грозно хмурясь. – Ты же не называла его замечательным?!
-Перестань, - рассмеялась Роксана. – Ты хуже Славки. Тот все время спрашивает, с кем я встречаюсь, потому что думает, что еще не родился парень, достойный меня, а теперь еще и ты.
-Достойный сидит рядом, - зачем-то ответил я Роксане, наблюдая, как с ее лица исчезает улыбка.
Блин, кто из нас подросток, напичканный гормонами? Я же прекрасно понимаю, что в ее глазах выгляжу идиотом. У самого девушка, а пристаю к школьнице, к сестре своего друга.
-Ладно, ты же не станешь отрицать, что я лучше этого Ярика? – попытался я перевести разговор в шутку, и плечи Роксаны расслабились, но на бледных щеках вспыхнули два красных пятна.
-Ты не должен так говорить, - покачала она головой. – Твоя девушка не оценит.
«И, да! Я забыл, что у подростков напрочь отсутствует чувство такта, которое взрослых людей заставляет затыкаться и делать вид в подобных ситуациях, что они не черта не поняли намеков и не разглядели за словами правды».
-Ты права. Вика настолько ревнива, что готова выцарапать глаза моей бабушке, когда та называет меня «любимым Никиточкой», - я ухмылялся, пытаясь угомонить демонов, рычащих в груди.
Отец приучил меня к тому, что мое должно быть моим, и не важно, каким путем я добьюсь желаемого, только вот с Роксаной не получилось. Когда-то я всеми силами пытался показать ей, что она мне нравится, что я хочу ее защищать, что готов ради нее пожертвовать статусом серьезного и неприступного старшеклассника, которому класть на всех куколок с прилипчивыми улыбками. Стоит посмотреть на них с интересом, и они лезут тебе в трусы, потому что осведомлены о нехилом состоянии отца. Им плевать на меня самого, лишь бы в жизни устроиться лучше своих подруг.
С Роксаной все ощущалось иначе. Я метал, чтобы она на меня посмотрела с улыбкой и интересом, сама подошла первой, а не бежала, стоит ей меня завидеть, спросила, как дела или просто улыбнулась. Я полтора года, как только ее увидел, грезил мыслью о том, как назову Роксану своей, как перед всем лицеем объявлю, что она единственная, кто достоин моего обожания и моей любви. Только потом понял, что таким самовлюбленным засранцам, как я, достаются похожие девчонки. Вика вполне подходит мне и точка.
-Никит, - Роксана робко протянула руку и вдруг сжала пальцы, уронив кулак на колено. – От тебя напряжение волнами расходится. У меня итак голова болела, а теперь просто раскалывается. Может, скажешь, в чем дело?
-Отец работой завалил, - ответил я, лишь бы что-то сказать. Сам часто замечал, как действую на людей, когда очень зол. Но моя девочка не должна страдать из-за моего же хренового настроения. – Петрович еще работает в лицее сторожем?
-Эмм, да, - растерялась Роксана, хмуря светлые бровки. – Это такой старенький седой дедушка, который по утрам крыльцо метет?
-Он, - улыбнулся я, снова чувствуя, как горечь поднимается по глотке к языку. – Знаешь, Петрович один год мне родного деда заменил. Родители тогда впервые вышли на заграничных заказчиков, совершенно пропали с радаров. Отец мог меня в пять утра из кровати дернуть и привезти к шести в школу. Я стоял на крыльце и мерз, пока Петрович меня не замечал. Он открывал дверь, помогал отогреться, чай заваривал в своей коморке. Однажды зимой всучил лопату и заставил снег чистить, мол, нечего просто так без дела по пустой школе слоняться, а я лопату в сугроб закинул и дулся на Петровича. Кто он такой, чтобы мне приказывать. Я тогда озлобленным волчонком на всех смотрел. Мы же из Франции в Россию переехали ненадолго, как мне родители обещали, вот я и ждал каждый день, что скоро вернемся обратно. Только пятый класс отучился, в шестой пошел, а они и не собирались возвращаться. Организовали свою фирму, через год открыли первый филиал, через два расширились до такой степени, что подумывали об открытии сети магазинов заграницей.
-Я не знала, - удивленно охнула Роксана. – Так, ты у нас мажор?
Девчонка рассмеялась, щуря глаза.
-А я думала, откуда у тебя такая классная машина. У Ярика, когда он тебя увидел, лицо вытянулось, и глаз задергался. Он что-то лепетал про мечту всей его жизни и про внезапное исполнение желания.
-Рад, что угодил твоему…
-Однокласснику, - быстро закончила за меня предложение Роксана, не сдерживаясь и переплетая наши пальцы. Я дернулся, но руку не отнял, ощущая ее тонкие пальчики и тепло, распространяющееся от них по всему телу. Такая хрупкая, что надави и переломишь… - Пойдем с нами на концерт, мы с Яриком ведущие. Пообщаешься с Николаем Петровичем.
-Я сто лет не интересовался его делами, как старику в глаза смотреть? – резче, чем хотелось бы, ответил я Роксане, выдергивая свою руку. По тропинке шел ее одноклассник в сопровождении малюсенькой девчонки. Сколько ей? Три? Четыре?