-Ты нарисовал меня в образе проститутки с указкой, в очках и одних чулках. И, знаешь, у меня не такая пышная грудь, уж прости! – язвительно прошипела я в лицо парню, который выглядел растерянным и разозленным одновременно.
-Черт, Роксана, - Мороз дернул меня к себе и припечатал к груди, а я не стала отталкивать его и устраивать скандал прямо посреди улицы. Тем более, люди смотрят! Вот пройдут, тогда и отдавлю Морозу его конечности, чтобы в следующий раз думал, прежде чем рисовать такое.
-Я не подумал, - оправдывался Никита, стараясь заглянуть мне в лицо. – Я машинально изобразил тебя, клянусь! Пошутить же хотел.
-Ха-ха, - выдавила я из себя раздельно и по слогам. – Мне безумно смешно.
Мороз резко отступил и шагнул с тротуара на дорогу, засунув пятерню в волосы и оттягивая пряди у корней. Его взгляд казался безумным и перебегал с одного предмета на другой, но он избегал смотреть на меня. Наконец, Никита выругался, и кривая ухмылка скользнула по его губам, а я опешила от циничного выражения, появившегося в темном взгляде Мороза.
«Почему он так переменчив? Что творится в голове у этого человека?»
Хотелось бы мне знать.
-Сумку возьми, - сунул он мне прямо в руки мою школьную сумку, развернулся и ушел, больше не сказав ни слова, а я стояла и разевала рот, как рыбка.
«И что это сейчас было?!»
-Обиделся? – прошептала я, не веря в возможность подобного.
Это я должна обижаться, устраивать истерики и топать ногами, но никак не он.
Я бы не побежала за Морозом, даже если бы от этого сейчас зависела моя жизнь, а Никита быстрым шагом перешел дорогу, оказавшись на другой стороне, и сел в ближайшее такси. Машина тронулась с места, и я тоже пошла в сторону дома, провожая взглядом желтую иномарку с черными шашками. До дома дяди Глеба и Светланы оставалось пройти всего пару кварталов, но дорога показалась мне бесконечно долгой, и за то время, что я шла, успела передумать сотню мыслей. И ни одной разумной идеи, как объяснить поведение Мороза, так и не пришло мне в голову.
Зазвонил телефон.
-Да? – ответила я, открывая калитку домофонным ключом.
-Мелкая, привет. Дошла? – спросил Славик, тяжело дыша в трубку. То ли бежал, то ли поднимался по лестнице.
-Да, я дома.
-Отлично, а то Мороз позвонил и попросил проконтролировать, что с тобой все в порядке.
Славик отключился, а я пнула калитку ногой и зарычала.
«Да, пошел он, этот Мороз, куда подальше! Сколько можно терпеть его неадекватное поведение?!»
Глава девятая
Роксана
Гостевую комнату временно переоборудовали в мою спальню, и Славик с довольной улыбкой рассматривал новую мебель и розовый плюшевый плед с зайками. Брат выглядел уставшим, но счастливым, и, впервые за несколько недель, занимался ничегонеделанием в преддверии вечеринки в честь новоселья, на которую пригласил меня лично.
-Никогда бы не подумал, что мама способна купить такую милоту, - издевался он надо мной, кутаясь в пушистый плед и вытягивая ноги в проход между столом и комодом. – Как думаешь, Настя тоже натаскает в квартиру мягких игрушек и всяких там салфеточек и розовых хрюшек?
Я рассмеялась, а Слава с серьезным и нахмуренным видом сел на кровати, обнимая обеими руками мою подушку и страдальчески закатывая глаза.
-Может, я тороплюсь? – спросил он, взъерошив волосы и тяжело вздыхая. – Помнишь, как я пообещал себе не принимать от Глеба дорогостоящих подарков, а тут квартира. Настя, когда услышала, прыгала до потолка. Она устала от шума в их доме, от постоянных гостей и племянников, которые всюду суют свои любопытные носы, и я не устоял.
-Мне не понять, - развела я руками. – Я же единственная дочка в семье и, по-моему, полный дом детей и взрослых – это рай!
-Нет, - страдальчески воскликнул Славик, который не любил тусовки, громких людей и многоэтажные дома с узкими лифтами. – Предпочитаю проводить вечера наедине со скрипкой, с Настей или с Морозом. Знаешь, он нормальный, - задумчиво протянул Славка.
Сердце замерло и застучало в груди в ускоренном ритме, стоило брату упомянуть Никиту, но я затолкала все посторонние мысли в самый дальний уголок сознания.
«Не думать, не вспоминать, не сожалеть!» - звучал мой девиз, выработанный за две недели молчания со стороны Мороза.
Я присела на край кровати, сложила ноги по-турецки и прислонилась к брату спиной, чувствуя его напряжение.
-Никогда не говори девушке о том, что не уверен в своем решении, Настя не оценит. – Я похлопала брата по плечу. – А Мороз – взрослый мальчик, он справится без тебя, а ты без него.
-Угу, - ответил брат меланхолично, поворачиваясь, обнимая меня обеими руками, закутывая в розовый плед и падая на спину. – Тебе не хватает звезд на небе, - сказал он, когда мы оба разглядывали белый потолок гостевой спальни. – Ну, знаешь, такие неоновые наклейки, которые светятся в темноте.