Все, что я делал, отдаляло меня от Роксаны, и сейчас я дышал полной грудью, но боялся ее коснуться, чтобы не запачкать.
Она остановилась на пороги кухни и оглянулась, сделав удивленное лицо.
-Наверное, - пожала Роксана плечами, переминаясь с ноги на ногу. – Ты тоже.
«Когда между нами повисла эта густая и гнетущая атмосфера? Или я не замечал очевидного: она не видит во мне парня и я для нее детское увлечение, сменившееся серьезным чувством к другому? Е просто наплевать на меня?»
Стало больно. Так больно, что я рвано вдохнул, снова сжимая пальцами столешницу.
-Ты счастлива?
Я сам не понимал, зачем провоцирую ее, зачем задаю очевидные вопросы, зачем заставляю оставаться здесь, со мной? Она же выбрала врача, и он, по всей видимости, сделал ей предложение. Только вот что заставляет Роксану медлить с ответом? Возраст? Не поэтому ли она не согласилась связать свою судьбу со мной? Боялась?
Мысли…мысли… Их так много в моей голове, что иногда хочется рычать и бить кулаками стену, чтобы очистить разум болью.
-Я тоже немного устала, - грустно ответила мне Роксана, опуская руки, в которых до побелевших костяшек зажата зелень и упаковки с помидорами и огурцами. – Мне бы хотелось передышки.
Она смотрит на меня и молчит, а я ни черта не понимаю, чего Роксана ждет в ответ, почему ее огромные синие глаза взывают ко мне?
-Дом в деревне еще стоит, - зачем-то сказал я быстро, когда она снова собралась уходить. – Мы можем проверить, как он там.
Я не договорил фразу, практически замолк. Сам не понимаю, что творю. У нее же врач, у нее все серьезно, зачем я снова порчу девочке жизнь?
-Да, - быстро согласилась Роксана, уверенно кивая и посылая мне очередную робкую улыбку. – Я работаю и учусь, - она помялась и закусила губу, - еще за Илюшей иногда присматриваю. Но мне бы хотелось.
-Тогда, возьмем его с собой, - уверенно ответил я Роксане. – У тебя же найдется детское кресло? Как он вообще переносит дорогу?
-Нормально, - быстро согласилась Роксана. – И кресло, конечно, есть, - уже открыто улыбнулась она, расслабившись и откинув непринужденным жестом длинные волосы на спину.
-У меня всего пара дней на отдых, потом снова нужно вернуться к своим обязанностям, - нахмурился я, обдумывая, как все провернуть.
-Ладно…
И снова она слишком быстро соглашается, подозрительно легко для той, которая собралась кинуть любимого человека, ради сомнительного мероприятия.
Роксана ушла, и я больше не останавливаю ее нелепыми вопросами и вымученными взглядами, от которых самому тошно становится.
-Ни черта ты не счастлива, - прошептал я вникуда, но на этот раз сосущая боль в груди уже не чувствовалась так остро, а желание разбить кулаки о стену притупилось до поры до времени.
«Я бы мог все исправить! Я бы сделал ее самой счастливой на свете», - промелькнула в голове мысль, от которой я с грустной улыбкой отмахнулся.
-Точно не ты, - вспомнил идеальные лицо и фигуру врача по имени Вадим, который сейчас суетился у мангала вместо меня. – Все равно мы поедем.
Я принял решение, и я осуществлю то, что задумал. Хватит откладывать жизнь на потом, пора уступить желаниям, а не держать их в узде, пока крыша не поехала. Если Роксана скажет мне нет, то я раз и навсегда вычеркну ее из списка своих контактов, а пока она мне нужна. Нужна, как воздух, нужна, потому что без нее мне пусто и одиноко. Нужна, потому что последние два года я загоняю себя в тупик, из которого не вижу выхода, и только появление Роксаны освещает темноту лабиринта, в котором я блуждаю по собственной вине. Она мне нужна, а нужен ли я ей?
Эта глава - крик души от лица Мороза. Ему сейчас непросто, давайте поддержим парня лайками ))
Глава пятая
Мороз
В машине оказалось намного прохладнее, чем на улице, поэтому я откинул голову на спинку сидения и прикрыл веки, перебирая в памяти все положительные моменты вчерашнего дня. Роксана присутствовала в каждом из них, соблазняя милой улыбкой, женственными изгибами хрупкой фигурки и любопытными взглядами, которые она время от времени бросала на меня из-под длинных светлых ресниц. Я до последнего надеялся, что мне показалось, и она вот-вот равнодушно отвернется и обнимет своего врача, но Роксана стеснительно жалась к широкому плечу этого самого Влада, реагируя на все его проявления нежности, как неопытная девственница. Это и бесило, и импонировало одновременно, и давало надежду, и заставляло раз за разом окунаться в дерьмовые воспоминания того дня, когда она отказалась быть моей, быть со мной.