Третья глава.
На целых два года она выпала из его внимания. Тем более вскоре стало понятно, что он нравится девочкам, девушкам. Но, из того количества девушек, что окружали его, он никого не выделял, так как были свежа в памяти первая неразделённая любовь, связанные с нею неприятные ощущения не дара любви, а её покупки. Чем больше тратишь на "любовь", тем " крепче тебя любят", то есть стараются сесть на шею, а не держать за руку. Правда, этот опыт он уже приобрёл в этой школе, так как с восьмого класса он подрабатывал, помогая отцу на производстве, зарабатывая, неплохие для пятнадцатилетнего подростка, деньги. Это позволило ему выглядеть шикарно не только в пределах школы, но и микрорайона. И вот, тогда-то и пришло понимание того, что девушки в своём большинстве хотят продать себя подороже, а не подать себя с достоинством. И чаще всего этим грешили девушки из обеспеченных семей, которые продавали себя " с достоинством " элитной кошки. Но, очень скоро он понял, что не хочет быть "крутым". Это было разорительно и обременительно. Он влюблялся, но дураком и глупцом никогда не был. И он сменил весь свой " шик" на одежду, из которой уже давно вырос, чем вызвал недоумение парней и насмешки девушек, которым что-то от него нужно было. Теперь он обратил внимание на девочку, которая была на класс младше. В седьмом классе они учились вместе, а потом она осталась на второй год, так как была очень болезненной. И от этого она была очень стеснительной и молчаливой. Он никому не говорил о ней, даже родителей не посвятил в эту сторону своей жизни. Но эти отношения продолжались недолго; девочка сама прекратила их, рассказав подруге. Ей не простили его отношения к ней. Когда он появился в школе после новогодних каникул уже в девятом классе, девочка уже не училась в этой школе. Что и как произошло, он так и не узнал. Квартира, до которой он её провожал, принадлежала уже другой семье. Она и её семья исчезли из его жизни также неожиданно как и появились. Ощущение потери долго мешало смотреть на девушек адекватно. Каждую, которая хотела бы возобновить отношения, он грубо посылал. Но, не всегда слова доходили, и особо настойчивых буквально приходилось очень сильно отталкивать. Из-за этого он даже проводил некоторое время в детской комнате милиции. Пока, однажды увиденный жест, не заставил заметить ту, о существовании которой он забыл, хотя учились в одном классе.
Четвёртая глава.
Этот жест он увидел уже почти в конце учебного года. Зачем-то ему надо было зайти в школьную библиотеку. У библиотечной стойки была небольшая очередь. И тут его взгляд наткнулся на стоящих рядом девушку и преподавателя, который тихо гладил девушку по руке. Девушка удивлённо обернулась к преподавателю, и он узнал её. Это была его одноклассница, а за её спиной стоял тот преподаватель, в которого она была влюблена, об этом знал весь класс, и во что его сразу посвятили, как только он появился в новом классе. Девушка внимательно посмотрела на, стоящего за ней, мужчину, потом отвернулась, и он заметил недоумение на её лице. Она тихо вышла из очереди и в задумчивости вышла из библиотеки. В таком же состоянии она шла по улице. Он шёл за ней и удивлялся тем изменениям, которые произошли с её внешностью. Нос, который раньше был выдающейся частью лица при короткой стрижке с челкой, теперь при открытом широком лбе и длинных волосах если и не являлся украшением лица, то, по меньшей мере, не портил его. Серо-зеленые глаза приобрели слегка раскосый разрез и притягивали взгляд как и стройная фигура с роскошной грудью. Он видел по тем взглядам, которые останавливались на ней, но никто не пытался её остановить, не пристать к ней с непристойностями. Он шёл за ней, не решаясь подойти поближе и заговорить. Он впервые не знал как вести с девушкой, которая до сегодняшнего дня была для него пустым местом. Неожиданно она свернула в небольшой скверик, находящийся на её пути. Ему стало любопытно, и пошёл за ней. Она подошла к скамейке, на которой сидел пожилой человек, улыбнувшийся при её подходе к нему. Она присела рядом с ним и тяжело вздохнула. Он огляделся, другая скамейка находилась на приличном расстоянии, и он бы не мог услышать их разговор, поэтому не придумал лучшего, как спрятаться в близ стоящих к их скамейке кустах. Старик взял её руку и поцеловал, она не смутилась, а приняла этот жест, как должное. "Здравствуй, девочка. Сегодня ты что-то рано. Что-то случилось?" Она опять вздохнула: "Здравствуйте, Иван Васильевич. Случилось. Меня постигло тяжёлое разочарование. Мой воздушный замок рухнул. И это довольно неприятные ощущения." Мужчина улыбнулся (это он понял по голосу): "Надеюсь, ты не винишь того, кто сидел в твоём замке. Он же не знал, как высоко ты его вознесла." Она вздохнула, поцеловала старика в щеку и произнесла: "Спасибо, Иван Васильевич. Вы мне очень помогли. Я постараюсь, но всё-таки пять лет - это большой срок." "Может тебе надо влюбиться в ровесника?" Она задумчиво: "В ровесника? Не знаю, не знаю, но всё равно спасибо за совет. Ещё раз спасибо за совет. До свидания. Скоро ваша королева покажется." Она поднялась со скамейки, помахала старику рукой и пошла из сквера, а старик проворчал: "И когда она успевает всё увидеть. Ишь, глазастая какая."