- И долго мне на тебя смотреть? – спросил женский голос.
Я поднял голову. Девчонка. Совсем юная красивая девчонка.
- Может, предложишь сигарету? – поинтересовалась она.
- Наглости вам не занимать, сударыня, - ответил я, и перешел на серьезный тон, - Нет, сигу я тебе не стрельну.
- А тебе ничего не остается. Солнце хочешь? Так я могу достать.
Меня это рассмешило.
- Солнце?! На кой черт мне твое солнце.
Я достал из пачки сигарету, и протянул девчонке.
- На, бери! И сваливай поскорей.
- Ну уж нет! – ответила она. – Я обещала солнце, значит будет солнце. Я, к твоему сведению, волшебница.
Ее последняя фраза на «ха-ха» меня пробила похлеще вашей сативы. Я смеялся так сильно, что не смог удержать сигу. Вот чертовка! Ее беспардонность ограбила меня на полторы сигареты.
- Пойдем! Она неожиданно схватила меня за кисть. Я поддался ее напору, и последовал.
- Куда мы идем?
Она промолчала.
Мы обогнули метро, и побрели вглубь дворов. Кажется, я кому-то обещал не искать приключений. Точно обещал. Себе обещал. Но мне ни с того ни с сего стало приятно просто идти за этой странной девочкой. Я почувствовал тепло. Знаете, то самое, когда в груди ласково свербит и легонько покалывает в затылке. Это, определенно, чувство детского восторга. Девочка открыла парадную, и мы проникли в старую девятиэтажку.
- Мы пешком, - сказала она, и добавила, - в этом доме открыта крыша.
Лучи закатного солнца, заставили меня прищуриться. Что не говори, а на высоте даже закат может ударить по глазам не слабее прожектора над хирургическим столом.
- Сейчас я буду покорять солнце! Смотри внимательно!
- Смотрю, - ответил я. Девчонка направилась к самому краю крыши, и стала прыгать, сжимая и разжимая руки.
- Видишь! Видишь! – кричала она, - Я могу ухватиться за солнце.
Право, какая прелесть. Она буквально стояла на краю. Ее мало заботила вероятность того, что она случайно может не рассчитать следующий прыжок, и больше некому будет покорять солнце. На вид девочке и восемнадцати не дашь, посему я, как мог, отгонял всякого рода пошлые мыслишки. Но тем не менее, я не мог не восхищаться ее красотой и инфантильностью. Даже ее черная кофта привлекала моего внимания больше, чем стильный лук Иры. Девочка напрыгалась вдоволь, и вернулась ко мне. В ее аквамариновых глазах отчетливо читалась страсть.
- Спасибо за сигарету. Можно еще одну? – молвила она.
- Да, давай покурим.
Девочка села рядом. Она молча улыбалась в ожидании моей реакции на шоу. Я лишь улыбнулся в ответ.
- Так дело не пойдет, - сказала она, и многозначительно подняла указательный палец в небо, - Дайте мне точку опоры, и я переверну Землю. Так, вроде, говорил Архимед. А он был ученым. Понимаешь, даже ученый способен на фокусы. А я настоящая чародейка, значит способна на большее. Но вот на тебя смотрю, и совершенно не наблюдаю ни единой нотки удивления. Неужели тебя мои чудеса не покорили. - Чудеса волен творить лишь Бог. Все остальное – так, шутовство, - как бы подыгрывая ей, циничным тоном ответил я.
- Я не верю в Бога, - с ухмылкой сказала она, - Я сам свой Бог. Я точно Демиург своего мира.
- Демиург - творец материи, если я не ошибаюсь. При чем тут твой внутренний мир?
- А что, по-твоему, я лучей материально не касалась?
Она меня вновь рассмешила. До чего же странная девочка. Со своей постиронией явно переигрывает. Да и к тому же заставляет меня косвенно, но все же, поднимать вопрос материального и идеалистического.
- И как же ты не обожглась? – не найдя выгодного ответа, задал глупый вопрос я.
- Ты дурак? – рассмеялась она, - Я волшебница. Будь я обычным человеком, непременно обожглась. Думаешь я просто так прыгала? Нет, дорогой мой дурачок, я тебя спасти хотела.
- Спасти? От чего, прости, меня спасать.
- От тоски, конечно, же. От чего же еще?
- И многих уже спасла?