Странно, да? Сижу в камере, взяли с оружием в руках, трупов за мной пара штабелей, не считая всяких сопротивлений, диверсий и подрывов советской власти вкупе с провокациями разными, выход отсюда только один — до ближайшей стенки, а у меня улыбка с лица не сходит. Очень странно и одновременно никаких загадок. Говорил же на складе, мысленно, что пазл сложился? Говорил. Вот и наслаждаюсь сейчас ясностью ситуации и определенностью цели. А то существовал непонятно для чего и зачем, по течению плыл, и не мог понять, для чего Он меня выдернул из умирающего тела и засунул сюда. Протащил сквозь время и пространство за шкирку как щенка и бросил.
«Почему, почему ты меня покинул?».
Теперь мне ясно, почему. Ну, наверное. Мне так и кажется, что Он нес меня как грязную тряпку, одними кончиками пальцев. Донес, втиснул комок мерзости в Леночку и оставил в покое, руки марать не захотел, но дал шанс исправить. Не все, но многое. Или сделать по-другому. Не исповедуемы пути Его. Разговор на складе подарил множество разных вариантов будущего. Можно свить веревку из простыней и быстро вздернуться, пока меняется охрана. Пятнадцати минут хватит за глаза. Можно улояльничаться к Советской власти в лице Стилета и его хозяина, верно гавкать, идти в ногу и вести свою игру. Можно… Да многое можно. Выбор, так сказать, не ограничен.
Все-таки интересно, зачем Саша-Стилет раскрыл мне все карты? С бароном понятно — жизнь себе покупал, демонстрировал, насколько он им нужен, новым хозяевам пятой половины суши. Ну и меня, заодно, соблазнял вечной жизнью, здоровьем и молодостью. Наивный человек из холодных земель Чукотки. Расшифровал пару строк, начитался интерпретаций легенд и мифов, понял суть прочитанного, согласно своему мировоззрению и честно говоря, ограниченности. Для него «Роза Матильды» есть сакральное место. Спрятанное и охраняемое, каким-нибудь таинственным орденом или кланом. А у его членов обязательно татуировки на замотанных тряпками лицах, тайный язык и острые кинжалы в зубах. То есть в руках, рты-то тряпками закрыты. А сама «Роза» в пещере. Темной и пыльной, где на полу валяется пара-тройка скелетов неудачников, а возле стен сундуки со свитками, где сказано, как обрести желаемое. Ага, поймал необходимую девственницу, то есть меня, нацедил с нее крови, вскипятил с корешками на огне, произнес «шарах-барах-пыщ-пыщ!» и заглотил напиток. Все, сразу бессмертный и вечно молодой. Как только с таким наивным мировосприятием барон в жандармерии служил и с большевиками боролся? Ну, чистый ребенок, мля. Саша-Стилет на его фоне смотрится гораздо выгодней, мужественней, взрослее. Или это мне Леночка нашептывает? Спала ведь с ним, сучка. Первый раз не по своей воле, но вот во второй, а потом и в третий раз, руки ей никто не выкручивал. Сама ноги послушно раздвигала, а затем на спине Саши-Стилета крепко скрещивала. На широкой такой спине, со шрамом под левой лопаткой. Трапециевидные и широчайшие мышцы хорошо прорисованы, кожа чистая, смуглая, с терпким запахом одеколона. На плече, возле шеи, такая маленькая, но очень симпатичная родинка…
Тьфу, прости меня господи! Вот ведь несет-то!
Я скинул с себя одеяло, встал с постели. Зло чиркнув спичкой прикурил, подошел к окну, подставил еле заметному сквознячку раскрасневшееся лицо. Расфантазировался, мля, аж в жар бросило. Ладно, эротические бредни в сторону. Вспоминаем дальше-шире, мы пока одни в квартире…
Может быть он в открытую решил сыграть, после того как я потерялся от его вопроса: «Елена Александровна, а ведь вы это же не вы?». Смотрел внимательно, как я мнусь, силясь ответить, да пытаюсь собрать разбежавшиеся мысли в кучу, выводы гад, делал. Насмотрелся и мгновенно сориентировался. Быстродействие мозгов у него как у десятиядерного процессора. Первоначально разговор и объясняловки он не планировал, собирались меня взять просто и без затей — не меньше роты бойцов ждало нас за воротами склада. В каждом проулочке-переулочке по трое бойцов с ручным пулеметом. Плюс ко всему в соседнем складе приютилась кучка спецтоварищей из химотряда, в противогазах на морде и с распылителями в руках. Продолжатели дела А.А. Гольникова.
Наверное, это группа, которой руководила «настоящая комсомолка Адель Перкель. Химическим звеном группы руководит агроном И. И. Штерикукер, санитарным — коммунистка экономист М. Листинг, пожарным — инженер И. А. Щеглов, связи — зав. столом личного состава Евгения Сливник, звеном ревпорядка — Тамара Розенфельд».
Вот ведь, всплыло же откуда-то, вероятно когда-то в газетах прочитал. Гм, я так-то против товарищей из племени Соломонова ничего не имею, но не кажется ли вам, что в это время их везде и всюду слишком уж много? Мне вот так кажется, даже когда я крещусь.