— Этого не может быть, — шепчу, вспоминая, что перед попаданием сюда сказала Злате, что она у меня в печенках сидит.
Моя дочь так сильно обиделась на меня, что перенесла в другой мир?
— Ваш какой интерес к моей дочери? — закипаю.
Я сжимаю кулаки. Мужчина лениво переводит на них взгляд и вновь смотрит на меня из-под полуопущенных век.
— Драконов в этом мире почти не осталось. Злата — дракон, одной со мной крови. Мы родственники.
Боже, да что ж столько потрясений на один квадратный метр за сегодня?! Я-то помню, что Фил никогда не знакомил меня с семьей. Говорил, что у него есть братья и сестры, но живут они очень далеко, и он их не навещает. Теперь понятно почему.
— Филипп — ваш брат? — спрашиваю.
Так вот почему мне кажется, что я уже где-то видела эти черты лица и манеру двигаться.
На секунду мужчина замолкает, а взгляд перемещается на стену, куда ударился град, но затем стальные глаза возвращаются ко мне.
— Да, но его уже нет...
Я качаю головой, думая, а что бы изменилось, скажи Фил мне, что он из другого мира? Я бы не поверила. Я бы его возненавидела тогда. Мне потребовалось время, чтобы отпустить его. И если бы не Злата, которая стала моим смыслом жизни, то я бы не оправилась от разрыва с ним. Мне было очень больно, но с каждым днем, годом боль в сердце становилась тупее, и я могла нормально дышать без него. Я его отпустила.
— Почему он ушел от нас?
В сердце что-то натужно заныло. Если бы он тогда сказал, почему уходит. Но он решил просто поссориться, чтобы я ненавидела его. Что если он знал, что не вернется?
— Потому что здесь началась война, — усмехается мужчина, будто это какая-то прогулка, и тут же в его глазах появляется грусть. — Он хотел вас защитить и сделал все, что смог. Все, Ксюша, хватит. Еще раз говорю: ты можешь вернуться в тот мир, но Злата останется тут.
Я понимаю, что он не шутит. Какие тут шутки, когда мужик может превращаться в огромную ящерицу?
— Вы серьезно или издеваетесь? Какая мать бросит своего ребенка? — спрашиваю, приподняв бровь.
— Та, которая может умереть из-за своего ребенка. Злата для тебя опасна. И я не шучу.
— Классно получается. Муд… женек заделал ребенка, свалил в другой мир, оставив меня с дочкой, у которой проявились силы? — скептически спрашиваю.
— Это она вас сюда перенесла. Да, Злата сильнее, чем предполагалось, даже несмотря на то, что полукровка.
— Вы понимаете, что маленький ребенок, который всю жизнь жил с матерью, не поймет, почему она его оставила?
— У Златы здесь есть бабушка, у нее будут лучшие учителя.
— Никто из них не заменит мать, — качаю я головой.
В сердце давно уже такая черная дыра, что я просто срываюсь и кидаюсь на мужчину. Хочется расцарапать ему глаза, вырвать сердце, оставить его истекать кровью, но я просто жмусь к нему. К бесу гордость, я хочу остаться со своей девочкой. Мне больше ничего не нужно.
— Прошу, оставьте меня с ней, — по моим щекам текут слезы.
— Я не могу гарантировать твою безопасность, — он сжимает меня в объятьях.
— Она моя дочь, как бы я ни ненавидела ее отца, но молю вас. У меня никого, кроме нее, нет… — шепчу, трусь о его крепкое тело. — Я… я все что угодно буду делать. Только не разлучайте нас.
У меня ощущение, что я какую-то статую обнимаю.
Он спокоен и невозмутим, будто и не говорил матери, что забирает у нее ребенка. Чувствую жар его рук на моей талии. Его сердце мерно бьется в груди, тогда как мое готово прострелить грудную клетку насквозь. Он слегка сминает ткань моего платья.
Так делал Фил. Если закрыть глаза и представить, что я прижимаюсь не к твердой груди, а к мягкому животу, то один в один. Да ладно. Что, братья не могут обнимать женщин одинаково?
Боже, мой бывший муж — дракон. Вот так живешь с человеком и не знаешь, кто же рядом.
— Я так не могу, Ксюша, — отвечает он, отстраняясь от меня. — Пойми, вопрос не в том, останешься ты с дочерью или нет, выбор стоит между твоей жизнью и смертью. Филипп хотел, чтобы ты жила. Я не он и не могу гарантировать безопасность.
Его стальные глаза безотрывно смотрят в мои, будто он хочет там найти какие-то ответы на свои вопросы.
— Ничего страшного. Хотите, служанкой останусь? Да хоть поваром. Я готовить умею, только не разлучайте с дочкой.
Этот мужчина смотрит так, как смотрел Фил. Даже эмоции, с которыми он уходил, сейчас так похожи.
Да что ж у него сердце ни разу не екает, пока я распинаюсь?!
— И все же ты здесь не просто так, — он пропускает прядку моих волос сквозь пальцы.