Не хочу, чтоб он так касался меня. До дрожи, до жара, до подворачивающихся пальцев на ногах.
Нет-нет. Хватит. Это неправильно.
Мужчина приподнимается на руках и смотрит мне в глаза. Его зрачки вернулись в норму, а стальные глаза снова полны холода. Будто он сам только что не сгорал в моих объятьях. И это мы еще просто целовались и обнимались.
Он вновь склоняется ко мне, а я резко отталкиваю его.
Комнату заполняет звук бьющегося стекла.
Странно, что колба вообще разбилась, упав на ковер.
Мужчина нехотя выпускает меня из своих объятий. Я слегка приподнимаюсь, понимая, что очень растрепанная. На ковре видны следы золотистой жидкости и осколки стекла. Я нервно ежусь.
Вижу глаза мужчины, глядящие на меня с недоумением, а затем он опять тянется ко мне. Но я больше не хочу. Еще пять минут таких поцелуев — и я захочу тут остаться ради него, а не дочери.
Мы тяжело дышим, скрестив взгляды. Да что ж он так на Фила в этот момент похож?! Вот реально! Ему бы карие глаза — и вылитый он.
На меня что-то находит, и я, собрав все силы, толкаю мужчину с ложа с одной мыслью — надо держаться от него подальше. Он, не ожидая, даже не успевает сгруппироваться, и исчезает.
Я моргаю один раз, второй. Он же только что тут был. Что произошло?
Его нет минут пять. Я не решаюсь сдвинуться с места, потому что вряд ли объясню его людям, куда подевался их повелитель… или кто он им?
А что, если эта жидкость испаряет людей? То-то он на меня так накинулся с расспросами. Но я честно не помню, что произошло перед нашим попаданием сюда. Тру виски, пытаясь сообразить, что делать. Так, надо забирать Злату и… что дальше?
Не знаю, не знаю. Я просто не знаю, что делать в чужом мире. Да попади я в другой город, тоже не знала бы, что делать, но там хоть цивилизация есть, а здесь что? У-у. Вот будь на моем месте подруга Настя — она бы придумала. У нее фантазия богатая, как придумает что-нибудь вечно. Она бы уже точно палатку разнесла.
А жду не пойми чего. Стою. Опускаю голову, понимая, что ноги уже двигаются, хотя ощущение, что они — один сплошной синяк. Делаю шаг.
Фух, я хожу.
— Повелитель! — слышится за пологом. — Там это...
Я нервно сглатываю. Упс, кажется, их повелителя случайно убило.
— Повелитель! — вновь раздается раскатистый бас. — Уснул он, что ли? — теперь полушепотом.
— Занят, — отвечаю грубо, насколько могу.
— Повелитель. Вы очень нам нужны.
— Занят, — повторяю.
Что они пристали к своему повелителю? Что, не понимают, чем он может быть занят с женщиной наедине? Тем более с женщиной, у которой ребенка увели!
— Повелитель! — не сдается тот мужик.
Да что я-то сделаю? Тут ни шкафа, ни еще каких-то комнат нет.
Я подлетаю к кровати, сооружая из меха огромную кучу, залезаю внутрь. Все, теперь нас двое.
— Повелитель! Я сейчас войду.
— Я не разрешаю! — рявкаю.
Ох, что ж этот повелитель так не вовремя испарился? Я же не могу вместо него править.
Начинаю стонать.
— О, да, мой страстный зверь, — уже своим голосом. — Да, да, вот так…
А что еще делать? Пусть знают, что тут все не просто так.
— Может, позже зайдем? — слышится за пологом второй голос, более мягкий, чем у предшественника.
— Да, да, и вот так… — вновь стону я, извиваясь под грудой меха, давящей на меня огромным весом.
Чего не сделаешь, чтобы выжить.
— Повелитель.
— О, да… — вновь стону я.
Да что они такие настырные?!
— Вот дрянь светловолосая, — слышится ругань. — Вечно он на них западает.
— Если он нас услышит… — испуганно говорит второй голос.
Ответа не следует. Полог резко открывается, пока я тяжко подбрасываю вверх меха, имитируя бурную деятельность.
— Где повелитель? — спрашивает огромный мужик с такой кустистой бородой, что кажется, там птицы гнездо свили.
Я нервно сглатываю, когда мужчина подходит к кровати и снимает все меха одним махом.
М-да, по сравнению с повелителем — этот просто гигант. Взгляд его карих глаз не предвещает ничего хорошего, когда он с яростью смотрит на меня.
Тянет свою мозолистую лапищу и хватает за руку. Одним рывком поднимает, прижимая к себе.
— Где наш повелитель, светлая ведьма? — чуть не плюется. — Думаешь, мы поверили в твое представление? В комнате магии прослушивания нет, а значит, и его нет.
Я хлопаю глазами, пытаясь не дрожать от страха.
— Не знаю, — лепечу. — Он был тут, а потом исчез.
— Повелитель не умеет исчезать, что ты с ним сделала, тварь? — он трясет меня, а я пытаюсь вырваться из его крепкой хватки.