Открываю глаза. Все расплывается. Нервно хлопаю ресницами – не помогает.
— Мам! — еще тревожней звучит голос дочери.
Ох, если она в очередной раз оторвала голову Барби и не может ее вкрутить, то не знаю, что я сделаю.
Неужели я так много прошу? Всего лишь полчаса покоя.
Становлюсь на пол, заворачиваясь в полотенце. Меня ведет в сторону, будто я все еще ловлю вертолетики. Да, в конце концов, я могу себе позволить. У меня дата – пять лет, как меня бросил муж. Подумаешь, бокальчик позволила себе.
Вот только квартиру неестественно шатает, пока я ковыляю к Злате, держась за стены. Кажется, что мы взлетаем куда-то в космос.
— Злата, ты у меня в печенках сидишь! — рявкаю я, врываясь в детскую.
Застываю на месте, видя, как моя пятилетняя дочка сияет лазурным светом. В ее глазах столько страха, а мне так стыдно за то, что я сказала.
— Ма-ма, — шепчет она, поднимая руку, которая будто исчезает.
На наших глазах.
Подлетаю к ней и обнимаю. Ее тонкие руки обвивают меня за шею. Светло-желтые тона детской исчезают, а мы появляемся в странном месте с каменными стенами.
Глава 1
Если б рядом не было Златы, я бы подумала, что это какой-то глюк.
— Мама, а где мы? — испуганно спрашивает дочь.
— Не знаю, — я смотрю на огромную железную дверь.
В принципе, в комнате тепло. Камин горит. Мне как-то неловко очутиться непонятно где в одном полотенце. Хотя о чем я думаю?! Мы с ребенком не пойми где!
Дверь открывается. В комнату входит огромный мужик, одетый в странную рубашку с парусинными рукавами и черные свободные штаны. Я такую одежду видела только на страницах учебника по средневековой истории.
Он недоуменно смотрит на нас.
— Опять… — устало произносит он, потирая ладонью лицо. — Объясню вкратце...
Он делает шаг в комнату, а я прижимаю Злату к себе.
— …Вы попали в другой мир. Мой замок — некий мост между мирами. Чтобы вернуться домой, вам нужно немного подождать, — виновато улыбается.
Его глаза вспыхивают золотистым свечением, а я нервно ежусь. У него реально глаза горят золотом!
— Я, право, не хотел, чтоб это происходило, но, увы, каждый раз кто-то да попадает сюда… — он направляется к камину.
Я не свожу с него взгляда, пытаясь понять, что он вообще несет. Какой другой мир? Какой мост?
У меня же ребенок. Злата притихла, дрожа под моей рукой.
— …Вы не бойтесь, — продолжает мужчина. — Я слышал, что вместо возвращения в свой мир иногда девушки попадают в другие.
Он берет с камина какую-то продолговатую капсулу с золотистой жидкостью.
— Если вы не попадете после перемещения в свой мир, то советую ей воспользоваться…
Он подходит ближе, а я еще больше напрягаюсь, как львица, готовая кинуться, защищая своего детеныша. Или как испуганная обезьяна, не понимающая, что происходит.
— Вы извините, но у меня жена жутко ревнивая, особенно когда здесь появляются женщины. В вашем мире сейчас какое время года?
— Зима, — сдает Злата.
— О, хорошо…
Мужчина кладет на кровать возле нас капсулу и отходит к стене.
Под его рукой по ней идут странные зеленые линии.
А вскоре на пол падают зимние вещи — две куртки под наш размер, штаны с начесом, вязаные носки, сапоги, шапки и варежки. Полный зимний комплект.
«Обалдеть!» — все, что я могу подумать.
— Я пойду. Вы тут переодевайтесь. И да, вы забудете, что здесь были, — мужчина направляется к двери. — Советую одеться. Кристалл может перенести далеко от дома. Миры порой странно сдвигаются, и то место, где вы должны появиться, смещается. Хотя мои знакомые говорили, что это новые кристаллы, и они должны вернуть туда, откуда вы пришли. Но одежду возьмите – за причиненные неудобства.
Э-э...
Так и хочу протянуть что-то нечленораздельное, но сдерживаюсь.
— А почему мы вообще перенеслись? — только это и могу спросить.
— Не знаю, возможно, — он как-то странно смотрит на нас, — возможно, что-то повлияло на это. Какой-то всплеск энергии в вашем мире. Скажем так, вы влезли в межпространственную дыру. Они часто появляются, с тех пор как сдвинулись миры и пространства. Такое бывает. Вы не волнуйтесь. Плохо, конечно, что вы, после того как уйдете, не вспомните обо мне. Но с этим я тоже ничего не могу сделать. Таковы правила, вы не должны помнить о других мирах.
Дверь захлопывается за ним.
— Мам, а кто это? — спрашивает Злата.
— Понятия не имею, — отвечаю.
— Можно? — она кивает на одежду.
— Подожди, — я подхожу к вещам и рассматриваю их.
Добротные и видно, что дорогие. Немного стыдно их брать, но если все это взаправду, то одежда нам понадобится. А если даже и сон на двоих, то какая разница, что в нем творится? Логично же.