И раз — тянусь на руках, и два — опускаюсь на локти и ползу при помощи них, и три — передышка...
Я отползаю на приличное расстояние. Надо было дождаться, пока смогу встать на ноги, но выбора мне не оставили. Нормальный человек уже давно привел бы ко мне дочь. И вообще, раз начала — ползи.
Этот проход кажется бесконечным. Слышу за тонкой стеной завывание ветра. Касаюсь рукой кожи, ощущая, как в нее барабанит… град? Удивительно, что внутри так тепло. Будь это нормальное место, то здесь было бы так же холодно, как и на улице.
Вот и еще в копилку какой-то неведомой дичи.
Слышу неподалеку мужские голоса. Подползаю ближе, но понимаю, что идея так себе. Просто там, скорее всего, этот мужчина, который только что приходил ко мне.
— Я сказал, что она остается, — слышу его бархатный голос, вызывающий дрожь в теле.
— Господин, вы вправе решать, — раздается второй басовитый голос. — Мы готовы к штурму, поэтому для нас и стало неожиданностью, что вы сорвались в пустошь и принесли сюда женщину с ребенком. Я понимаю ваши пристрастия к светловолосым, но все же нельзя сбрасывать со счетов, что ее могла подослать принцесса Хели, чтобы убить вас.
— Я отправлю ее обратно после этой ночи.
Кровь стынет в жилах, когда я вспоминаю холод и мороз, прошивший мое тело. Главное, что принесли сюда ребенка. Остальное не имеет значения. Ну, почти.
— Принцесса Хели станет моей так или иначе, — продолжает мужчина, а что-то во мне отдается тупой болью.
Какое мне вообще дело, что он там хочет с какой-то принцессой?
— Это ваше решение. И все же я считаю, что это подосланная женщина, которая может вам навредить.
— Приведи ребенка. С ним она сговорчивей будет, — говорит повелитель.
Я ему все согласна рассказать, вплоть до того, как в школе лепила жвачку под парту.
— Да, повелитель.
Ох, а теперь ползти обратно?
Я разворачиваюсь и ползу в ту комнату, где очнулась. Сейчас приведут Злату. Зря я выползла.
Руки дрожат. Так передвигаться даже тяжелей, чем брести в огромных сугробах.
— Удобно? — слышу над собой мужской голос.
Сердце бьется со скоростью бегущего кролика. Поднимаю голову, встречаясь со стальным взглядом.
— Ищу дочь.
— На полу ты ее не найдешь, — меня тянут за талию, а затем забрасывают на плечо.
Я висну головой вниз и дрожу от страха — а вдруг он сейчас опять передумает?
Боже, какое же у него горячее тело. Я чувствую под ладонями исходящий от него жар.
— Пожалуйста, — шепчу.
— Я тебя тем местом не слышу, — отзывается он.
Отодвигается полог, и мы опять в комнате. Да, очень быстро добрались, намного быстрее, чем я ползла.
Меня кидают на ложе из меха. Не успеваю сесть, как сверху ложится мужчина. Сжимает мои запястья одной рукой, а второй ведет по телу. Я пытаюсь вырваться из этого внезапного горячего плена. Мое тело будто воспламеняется, кровь растекается по венам еще быстрей. Он лишь касается меня, а я горю как факел.
— Тебя прислала Хели? — спрашивает, ведя пальцами по моему лицу.
— Кто? — уточняю хриплым голосом, стойко выдерживая его стальной взгляд. — Послушайте, я понятия не имею, кто такая Хели.
— Как ты здесь оказалась?
Его рука ложится мне на горло, а сталь в глазах застывает.
Пытаюсь вырваться, но не получается.
— В вашем шатре? — уточняю, понимая, что это не совсем то, что он хочет услышать.
— В заснеженном поле.
Его рука смещается с шеи на лицо, фиксируя его. Он не делает больно, ни капли. Мое тело странно откликается на его прикосновения.
— Вы не поверите, — отвечаю.
— Говори, — в его стальных глазах вспыхивают лазурные огоньки. — Иначе не увидишь дочь.
Я рвано выдыхаю, в глазах застывают слезы, но ему все равно. Его ноздри хищно вздуваются, а темный круглый зрачок удлиняется в вертикальный, а на руке вновь вспыхивают три лазурные точки.
— Я… я не знаю. Я в ванне… в ванне купалась, а потом воздух дрогнул. Я подбежала к дочери, а потом мы очутились здесь одетые. Потом этот дракон, — отвечаю, сама не веря себе.
Хватка слабнет.
— Что делала дочь? — спрашивает он.
— Играла в… — я замолкаю.
Понятия не имею, куда мы с дочерью попали. Кошмар какой-то.
— Во что играла дочь? — вновь уточняет он.
— На гаджете, — выдыхаю.
Он отстраняется от меня, давая свободу, и усаживается напротив.
— Что такое гаджет? — спрашивает, прищуриваясь.
В этом мире не знают про телефоны и все такое? А я уж хотела попросить позвонить. Хотя кому?