И всё-таки, не понимаю я этого художника! Так мило поговорили тогда на террасе, он показался мне спокойным и внимательным, с ним было так уютно общаться, как будто мы давно знакомы. И тут вчера…
Вчера я вернулась со своей ежедневной прогулки, порекомендованной местным лекарем. Не успела пройти к себе, как была остановлена темноволосым мужчиной:
— Леди Майя, вы очень торопитесь?
— Нет, до ужина еще достаточно времени, — ответила, вспомнив его имя, Барт, черный волк.
— Я заметил, вам нравится музыка, — темные глаза блеснули из-под длинной челки.
— Мне кажется, она практически никого не оставляет равнодушным, — всё еще не понимала, к чему он клонит.
— Позвольте развлечь вас, я тоже играю на клавесине и лютне, — наконец прояснил мужчина.
Подумав, что мне хорошо бы потихоньку начать знакомиться поближе с кандидатами в мужья, чтобы потом, в самом конце отбора, было проще сделать выбор, я приняла приглашение.
Пустая музыкальная гостиная показалась мне больше, чем в прошлый раз. Барт сыграл пару веселых песенок на клавесине, напевая их довольно приятным тенором. Потом снял со стены, увешанной разными инструментами, лютню и подошёл поближе ко мне. Симпатичный романс, грустная баллада, а затем и серенада понравились бы мне гораздо больше, если бы с каждой песней этот брюнет не пытался сесть всё ближе и ближе. И не заглядывал бы так многозначительно мне в глаза. Я уже собиралась покинуть незапланированный концерт, как в комнату ворвался Гарт, вырвал лютню из рук певца, а затем ухватил его за грудки́:
— Что ты себе позволяешь?!
— Отпусти, бешеный! — вырывался “музыкант”.
— Не смей!
— Что не сметь? Я же просто развлекал милую девушку песнями, — недоумевал Барт, почти освободившийся от захвата.
— И для этого ты почти уселся ей на колени? — практически прорычал белый волк.
— Да ничего подобного! — оправдывался брюнет, но его ухмылка только разозлила Гарта.
Я не заметила, кто начал первым, но вскоре мужчины уже обменивались ударами, всё больше заводясь. Прибежавшим на эти звуки тиграм и попытавшимся разнять волков тоже досталось. Не успела по-настоящему испугаться, как в центр боя врезался громила-Вейсхил, раскидал по углам тигров и ухватил за шкирки зачинщиков драки.
“Какой полезный мужчина!” — подумала я, разглядывая композицию из двух волков и одного медведя, без всякого напряга удерживающего их на вытянутых руках. А тут и принц с другом подоспел, Леодар проводил меня до покоев. Выходя с “ринга” еще успела расслышать пару фраз, которыми обменялись Рамси и Барт.
— Что ты затеял? — спросил блондин.
— Даже один золотой — это золотой, — усмехаясь, ответил волк. — А может, поднимем ставки?
— Идиот! Будешь вести нечестную игру, вылетишь и без конкурсов, — разозлился Рамси.
Вот не нравится мне подобный разговор, что-то с этим Бартом не так. Хотя, еще в первую встречу меня предупредили, что он спорщик… И про драки тоже было. Но я же видела, что затеял ссору не он. Совсем уже с этими “женихами” запуталась! Надеюсь, принц не стал бы подсовывать мне совсем уж бракованных мужчин, он же лицо заинтересованное…
С того вечера Барт ко мне больше не приближался. Да и как бы он это сделал, если постоянно вижу краем глаза фланирующего рядом Гарта. А вот этому что нужно? “И сам не ам, и другому не дам” — так что ли?
Даже на своего друга-медведя косо смотрит, когда тот меня за ужином разными байками развлекает. В основном про охоту и рыбалку. Судя по рассказам, у них тут тоже красная рыба на нерест с моря идет, как раз в Зирбии. Надо будет съездить туда, раз уж один из тамошних принцев пригласил. И между делом, описывая красоты своего края и незабываемый вкус рыбки и икры, Вейсхил потихоньку вовлек в беседу Гарта. Тот подтвердил, что пейзажи Зирбии незабываемы, а еда, пусть и приготовленная без всяких изысков, да и практически без приправ, весьма неплоха. Особенно тонкие колечки из струганой рыбы. Ага, тут тоже придумали строганину, которую я так хотела попробовать ещё в своем мире, да не пришлось. Что же, есть шанс добраться до этой рыбной стружки хотя бы здесь.
Пересев поближе ко мне, волк расслабился и перестал пугать меня взглядом исподлобья. Нахмуренные брови расслабились, а улыбка оказалась такой солнечной, искренней, что я почти забыла недавнее происшествие.