арованная им магическая сила практически не чинила сопротивления проклятому колдовству, но... Превосходство было на стороне андрогинов. А справедливость... Разве на войне о ней кто-то слыхивал? Первыми приняли на себя удар фейри - крылатые вестники времен года. Они отважно и самоотверженно противостояли напасти. Казалось, сами стихии помогают им в этом! Земля под ступнями андрогинов разверзалась язвенными ранами, вода, становилась отравленной и не пригодной для питья, воздух, вязкий и душный, не способен был насытить их легкие, а огонь, пылал пожарами, крадясь по их пятам. Однако это лишь отсрочило неизбежное. Осознав, что дивные города его народа пылают в чадящем пламени смерти и захлебываются слезами мучений, Домишин Синекрылый - правитель фейрин, предвестник буранов и снежных бурь, принял самое сложное решение в своей жизни - остановить спятивших приспешников Безымянного, чего бы ему это не стоило... Родовые знания позволили Домишину наслать на территорию фейри заклятие вечного сна, обратив все в округе в камень, погребший под собой и армию андрогинов... С тех пор те места зовутся горами Забвения фей и служат крепким магическим щитом от перволюдов, не пропускающим их к нам. - ...вот такой ценой самопожертвования целого народа, прочие из нас выжили, Дарейна Синекрылая, дочь правителя фейри, принцесса вьюг и метелей, - с грустью посмотрев на меня каким-то всепонимающим взглядом (может, у эльфов это отличительная черта?), закончил свою речь, как оказалось, нынешний цельный президент. Или как у них там принято: король, правитель? Не то, чтобы меня так уж впечатлило рассказанное им, на фоне общей катавасии абсурда игр собственного разума, (это же надо было не просто тронуться умом, а с размахом!), но... Я никогда не искала родителей. Еще в приюте, смотрела на местных сбегающих волчонков к так называемым мамкам, папкам - алкоголикам или того хуже, и... Недоумевала. Зачем? Что они пытались в них найти, кроме новых синяков и ссадин? Да, я даже не пыталась как-то оправдать биологических родичей, придумывая им веские причины, побудившие отречься от меня. Мысль, что я оказалась не нужна - спалила все мосты... Может именно поэтому сознание пытается восполнить душевный пробел, запоздалой красивой такой сказочкой? Складной, трагичной и бесспорно вселяющей уважение. Только... Не так уж просто заполнить пустоту словами. - Вообще-то, я - Дарина, - прошептала скованно, изумляясь, отчего под теплым пледом не перестаю мерзнуть. Дрожь не просто привносила дискомфорт в и без того неуютную обстановку. Она грозилась стать заметной окружающим, что лишь добавляло неловкости. - Холодно? - понимающе уточнил главенствующий эльф, подарив очередную отеческую теплую улыбку. - Так должно быть. Твоя сила была слишком долго заперта в чуждом ей мире и теперь ищет выход. - Как-то... это... не вселяет оптимизма... - уже откровенно стуча зубами и сотрясаясь всем телом, попыталась усмехнуться, но, думаю, старание скорее походило на судорогу лицевых нервов. А состояние мое: стресс, шок, паника? Ну, не проклюнувшейся вдруг магией, его, в самом деле, объяснять? - Чарчер, помоги перебраться Дарейне в постель и достань одеяло. Много одеял, - чуть подумав, исправился мужчина, видя, что меня не на шутку трясёт. - Постараемся управиться без посторонних. Надеюсь, я за годы рутинных обязанностей не подзабыл целительское ремесло. - Да-ри-на, - сказала хоть и с заминками, но четко. У меня в жизни есть не так уж много. И имя я отдавать не собираюсь! - Дарина-Дарина, кто ж против? - отмахнулся от требования остроухий говорун (на повестке дня, оказавшийся Чарчером), без лишних напрягов поднявший меня на руки прямо в коконе пледа. И даже на вялую попытку отбрыкнуться не отреагировал. Выдал лишь насмешливо: - Его у тебя сократили наверняка, поскольку звучало необычно. Вот и цепляешься за привычку. Можно и вовсе Дарой звать. Дари... Дар... - но видя, как на последнем я недовольно сморщила нос, добавил ехидно: - Правда, подарочек ты сомнительный, тут даже спорить не буду. Выдал и глазами этак зеленющими стрельнул, чего-то в ответ ожидая. Но мне было не до препирательств, потому что я вдруг осознала, что от него исходит не просто тепло, а настоящий жар! И... в его непосредственной близости становилось легче. Озноб, пробующий на зуб мышцы, перестал вдруг так интенсивно их терзать, а колотящееся в груди сердце заметно успокоилось, словно конек-горбунок, перешедший с галопа на рысь. Однако так же стремительно всё поменялось, стоило белобрысому принцу опустить меня обратно на свою кровать. Я буквально ощутила себя стальным клинком, раскалённое нутро которого, остужают в ледяной воде. И мало контролируя эмоции, снова в досаде зашипела. - Сейчас-сейчас, - забеспокоился парень, не догадываясь о моих странных сравнениях и рассуждениях. Споро метнулся к одному из шкафов, на несколько секунд пропал в его недрах и, достав оттуда нешуточную стопку пуховых белых перин, вопросительно посмотрел на родителя: - Хватит столько? Эдак меня и похоронить под ними можно. Особенно, если с головой укрыть. И самое противное, что даже пикнуть не успею, потому как слабость, нахлынувшая на организм, точно многолетний боксер со стажем, поставила точный удар и выбила мое сознание в нокаут. Всё дальнейшее происходило, словно со мной и не со мной одновременно. Я будто бы продолжала осознавать происходящее. Но как-то... со стороны? Хотя вот слух сохранился распрекрасно. И послушать, в общем-то, было что! ****** Холод и впрямь выдался адский! Он прокрался в комнату столь незаметно и тихо, словно бывалый воришка, которому нипочём присутствие беспечно спящих в постелях хозяев. И даже мне - оборотню из рода Снежных Барсов, сделалось зябко. Дыхание стало вырываться рваной дымкой, а кожа покрылась мурашками. Этакими интуитивными предвестниками неприятностей. - Она... - выдавил беспокойно. И было, между прочим, с чего! Поскольку сирина-снежинка решила сомлеть, как раз когда я кинулся осуществлять утеплительные меры. Еще и зверь внутри взволнованно зарычал, намекая, мол, если обратиться, и забраться к девчонке в берлогу из одеял, то толку станет больше. Уж большая, пушистая кошка, привыкшая к непогоде, непременно управится с чужим замерзанием! Едва не тряхнул головой, пытаясь прогнать неуместных мыслишек-воронов, нагло разграбляющих мое мужское самолюбие. Ишь, чего удумал... - Она справится. Если ты об этом... - успокаивающе проговорил родитель, как-то излишне внимательно на меня косясь. И от этой внимательности - невесть отчего захотелось плечами передернуть, а то и вовсе убраться восвояси - в Рандийскую академию магических искусств и знаний. Ох, уж мне эта дань сыновьего долга и семейные выходные! - ...все детские болезни во взрослом возрасте переносятся тяжелее. И магическая лихорадка не исключение. - Продолжал занудствовать отец со смесью печали и потаенной хитринки в глазах. Последняя вот совсем не вязалась с серьезностью ситуации и я решил, что мне померещилось. Так оно спокойнее будет! - ... помню, ты вот, температурил дней пять, - пустился в дебри воспоминаний правитель Рандии, давая возможность посмотреть на ночную гостью с сочувствием. Все же девчонку оказалось жаль. Столько потрясений за столь короткий срок. Правда, приняла она их со странным спокойствием, которое, мягко говоря, настораживало, но... - и заставил изрядно нас с матерью понервничать. А уж посыпало как, когда эльфийская суть и сила оборотня схлестнулись, жуть! Не одного живого места не осталось, даже на... - Папа! - рыкнул предупреждающе, пока, чего доброго, тот не пустился в милые интимные подробности моего отрочества. - Я понял, что процесс это затяжной, требующий от сирины-вторженки длительного пребывания в моих покоях, - проворчал для виду, а сам снова на фейрину зыркнул, убеждаясь, что та в себя не пришла. Так даже лучше. Можно поговорить без лишних смягчающих формулировок. - Как вообще вышло, что она мало того, что не подверглась забвению двадцать лет назад вместе со всем своим народом, так еще и явно прибывала не в нашем мире? И почему очутилась вдруг здесь? - Мне ли тебе, сын, объяснять, как юные, искушенные тобой сирины попадают в эту комнату? - насмешливо изрек Чевиан Сейхери, иронично вздернув правую бровь ввысь. - Не смешно, - заметил мрачно и не осознанно потер внутреннюю часть ноги, в том месте куда угодила нежная пяточка не менее хрупкой барышни. А вот синяк она мне оставила на память вполне себе материальный и изрядно ноющий! - Я пока еще помню, с кем провожу время, и уж эту властительницу метелей и вьюг, как ты сам ее окрестил, вижу впервые, при весьма подозрительных обстоятельствах! - Это каких же? - не особо правдоподобно изумился отец. - А таких. Очень уж своевременно она очутилась в моей кровати. Как раз после твоих неоправданных угроз! - Полагаешь, для того, чтобы образумить твою бестолковую, ветреную голову, я открыл проход в иной мир, дабы найти тебе столь необычную партию? - Предвижу, что все несколько сложнее, - заметил, скопировав ухмылочку родителя. Уж это-то было просто, учитывая общие сходные фамильные черты. - Но, так же считаю, что ты наверняка уже понял куда как больше моего. Поделиться догадками не планируешь? - Хм, не все так плохо в Службе безопасности Рандии, раз даже моего оболтуса научили там мыслить хоть иногда здраво и логически, - то ли похвалил, а скорее, изощренно поиздевался надо мной венценосный родич. - Но в одном