степени ошеломления, граничащего с шоком и природным ужасом перед когтисто-клыкастой угрозой. У меня, казалось, от полноты чувств даже пульс остановился, чтобы лишний раз не выказывать присутствия. И пусть эта махина вела себя пока что смирно, я не обманывалась. Да, там же одна лапа размером с моё лицо! И это со спрятанными «лезвиями»... - Хорошшшая киса, - просипела я потерянно, когда его высочество - совершенно неправильный (как минимум в квадрате!) эльф, уселся возле постели, подвернув под задние ноги хвост, и принялся обнюхивать мою безвольную ладонь. Что характерно - щекотка дыхания, выпускаемого большущим розовым носом, ощущалась тоже весьма доходчиво! То есть шанс, что я ничего не почувствую, если меня этот скрытый оборотень начнет жевать, скончался в агонии осознания наихудшего варианта. - Надеюсь, у тебя выдался сытный ужин, - практически ни на что не рассчитывая, проговорила панически. Барс в ответ смешливо фыркнул (словно мог услышать терзания) и потерся усатой щекой о мои костяшки, специально мазнув кончиком клыка по беззащитной коже. Не больно, но явственно демонстрируя возможности. - Ах ты ж, тролль лохматый, - проронила встревоженно, не до конца уверенная, что мой «суповой набор» и впрямь не заинтересует зверюгу, в которую обратился принц. Может, ему нравится в качестве перекуса косточки помусолить? Час от часу не легче. То мне казалось, что самое страшное, что мне грозит, это или замерзание или поползновения на мою безвольную персону, а теперь... И вовсе лучше не думать! А вот глаза у белобрысого говоруна остались прежние - зеленые, наглые и смеющиеся. Правда, теперь они имели интересную белую пуховую окантовку вокруг более темной шерсти, однако выражение морды красавца это ничуть не портило. И уж, тем более, не внесло преград для осмысления живой мимики. На самодовольной кошачьей харе прямо-таки легко угадывались все его подлые мыслишки на мой счет! - Не боишься, что застряну в глотке? - осведомилась наигранно бесстрашно, иррационально восхищаясь великолепием грациозного хищника. Определенно в таком формате мне паршивец импонировал, куда как больше. И пусть он не мог меня услышать (по крайне мере старательно делал вид!), но я продолжала разглагольствовать именно вслух, то ли от нервной встряски, то ли просто, чтобы хотя бы самой себе не казаться мертвой. Тем временем, Чарчер Сейхери коротко низко мяукнул, что получилось вовсе и не мило, (уж с таким-то тембром!), а после взял и предпринял попытку пробраться башкой под ворох покрывал. С первого раза у него не вышло. Отсутствие рук в животной форме, слегка затруднило ему задачу, но... Упорности принцу явно не занимать, потому расковыряв таки себе лаз, огромный пушистый хищник, ловко запрыгнул на свою кровать, практически скрывшись под одеялами. На свободе торчала только задняя правая лапа и кончики ушей. Сходство с курганом, под которым, судя по всему, я все же обрету вечный покой, стало почти сто процентным! - Есть на ночь вредно, - констатировала сипло, поскольку почувствовала, как нечто тяжелое (подозреваю, не малых размеров туша оборотня!), но бесспорно, горячее (а я от треволнений даже позабыла, что практически окоченела от подступающего холода) частично умастилось на мне сверху, сдавив грудную клетку, отчего дышать стало проблематично. Шею защекотало жаром частого дыхания, а по телу разлилась вибрация, словно меня обложили сотней сотовых телефонов, зазвонивших одновременно! - Ты что это там так подозрительно довольно мурчишь? - поинтересовалась настороженно, - когда миновало минут десять неясного ожидания дальнейших действий наследного болтуна. Тот не спешил вгрызаться мне в шею, или раздирать живот. Лежал, мурлыкал, как электромотор на надувной лодке и... бездействовал! А незнание целей любителя походить голышом, мягко говоря, напрягало! Ответа, естественно, не последовало. Да и к лучшему, наверное. Для сознания увидеть, как «условно» человек оборачивается в животное, уже стресс, а уж если еще и говорящее... Хотя, голь на выдумку хитра. Чего только не примерещится в состоянии аффекта? Вот только с каждой, пройденной в этаком чудаковатом бреде, миной, я все больше осознавала - хвататься за этакое объяснение, все равно что черпать воду из пробитой лодки друшлаком. Все одно придется потонуть в осознании реальности. Совершенно новой и принципиально отличающейся от всего, к чему я привыкла - реальности. И пусть не в моем характере пугаться сложностей, но... Принять вероятность того, что я взаправду оказалась в другом мире, да еще и другой расы, чувствую, окажется непростой задачкой. Наверное, я даже должна сказать спасибо бойкому эксгибиционисту за наглядную демонстрацию волшебства. Это несколько примирило с происходящем, несмотря на эмоциональную встряску. А еще... Под боком с такой мягкой, пушистой, трескучей, как костер, и такой же горячей грелкой мне стало почти хорошо. Да настолько, что веки незаметно потяжелели и «кома в коме» погрузилась в благословенную темноту и тишину. ****** От сирины Вьюги забавно пахло подснежниками. Теми, что прячутся под снежной опушкой, готовые вот-вот встретить весну своим цветением (наверное, материнское наследие сказывается, разбавив зимнюю кровь принцессы метелей). И пусть в народе вещают, будто благоухать они не способны, я-то знаю, что это невежество обделенных оборотническим обонянием. А еще, ноздри неумолимо щекотало запахом пряников с ванилью и корицей, которые обычно пекут к празднику Нового Времени. Мой тотем барса просто- напросто одурел от шибанувшего по носу стойкого аромата выпечки и цветов! Да и в целом, зверь вел себя поистине неприлично и едва ли не закатывал глазищи от восторга, наконец получив возможность подобраться к маленькой фее вплотную. Все как-то резко вышло из под контроля! И обычно подвластная воле ипостась (а у оборотней с этим строго), напрочь отказалась выполнять команды разума! Я ведь только собирался продемонстрировать Дарине наглядно то, что она, повидимому, собралась отрицать до последнего, а именно - реальность магии. И уж точно не предполагал лезть к ней в объятья, но... Барс рассудил иначе. И на все мои угрозы свернуть ему хвост, реагировал разве что вялым подергиванием упомянутой конечности! Стоит ли говорить, насколько это обескуражило и возмутило одновременно? И уж тем более, я никому и никогда не признаюсь, что мог бы повлиять на произвол, просто вернувшись в привычный облик, но... Я лежал, грел притихшее сказочное создание, чье дыхание рядом с теплой пушистой кошкой, спокойно выровнялось, показывая, что фейрина, наконец-то, и впрямь уснула и... недоумевал. Зачем это мне? Откуда вдруг такая стойкая потребность оберегать и поддерживать не то чтобы малознакомую, а в принципе вовсе незнакомую девушку, угодившую в неприятности. Нет, я, естественно, не был черствым и бездушным брюзгой, которого не тронула бы ситуация - «барышня в беде». Однако же, логические рамки были мной несколько превышены и не понимать я этого не мог. А стало быть, все, старина Чарчер, куда как сложнее... Именно за этими незавидными думами меня и поймала врасплох родительница, прокравшись в комнату вместе с солнечным светом. Состояние полудремы сдуло, будто ветром! Впрочем, и я не стал задерживаться на постели, сиганув на пол, приняв, подозреваю совершенно идиотский вид, дескать - тебе дорогая родительница все примерещилось и вовсе я не лежал сторожевым псом у ног спящей красавицы. Благо, перекидываться сразу не стал. Ибо на кошачьей морде досада так просто не читается, а щеки и вовсе не краснеют в смущении. - Тише! Тише, кошкин хвост, не разбуди! - шикнула на мои действия маменька, отмахиваясь от любимого сына, словно от противно зудящего комара. Я оскорбился. Честно. И глухо рыкнув, демонстративно отвернулся к окну. Но что примечательно тотем мой и не подумал сдвинуться с места, продолжая действовать на нервы этакой несвойственной преданностью сирине-боевые пятки. Ещё и заворчал на меня внутренне, чтоб я не мешал ему блаженствовать! Оборзел окончательно! Это стало последней каплей в нашем противоречии и я все же вернулся в человеческий облик, как говорится - от греха подальше! Так оно как-то сподручней противостоять необоснованным порывам. - Разбудишь, её как же, - пробубнил, выдерживая возмущенные нотки, но все же тихо, посмотрев недовольно с какой трогательной улыбкой моя родная мать поглядывает не на меня, а на совершенно чужую личность. Ну, конечно. Уже приноравливает к будущей невестке! Небось и мерки мысленно снять успела на платье свадебное. Хоть Чейз ей (сам того не зная) удружил. И снова в душе зашевелилось, заскреблось неприятие ситуации. Причем, коготки у него на зависть любому барсу будут! - Да уж, ты у меня всегда отличался повышенной толстокожестью, - тут же нашла новый предлог укорить отпрыска Илайяра Сейхери. - Девочка пережила такой стресс. Измучилась. А тебе не капельки её не жаль! - Интересненнько получается... - сам не понимая отчего отреагировал на нападки, начав привычно иронично ерничать. - Кто больший стресс пережил, еще разобраться надо. Я, может быть, вообще морально травмирован. Просто врождённое воспитание и сила духа не позволяют мне этого выказать. - Вот же... баловень, - фыркнула самая важная женщина в моей жизни, привычно напуская на себя грозный вид, впрочем, прекрасно зная, что я не обманываюсь и не впечатляюсь. - С тобой стало совершенно невозможно разговар