Прода от 20.12.2019, 13:52 Пришлось даже незаметно мотнуть головой, чтобы избавиться от наваждения. И... Уделить внимание братьям третьего рандийского высочества, с легкостью определив, где старший, а где, так сказать - потенциальный женишок. Ну, что я могу сказать? Неправильные эльфы отличались парадоксальным сходством и разнились разве что оттенками светлых волос от пепельного до русого. И младшенький из них выдался самым светленьким. До умиления практически. Если не знать, как он умеет себя вести! - Это Чиран, а это Чейз. Но, думаю, ты уже догадалась, кто здесь кто, - подтвердил мысленные выводы Чевиан, поглядывая на собственных сыновей с нескрываемой любовью и гордостью. Да так, что на мгновение сделалось завидно и появилось привычное ощущение собственной ненужности. Ты. Здесь. Лишняя. Это записано на подкорке сознания и избавиться от подобных комплексов посложнее, чем поверить в то, что я принцесса фей. Когда теплая мужская рука коснулась плеча, я вздрогнула. И не потому что прикосновение было с подтекстом, нет. Правильный эльф приобнял совершенно по-отечески. Это-то и смутило. И захотелось отвести взгляд, а еще отступить, однако эльфийская длань, держала осторожно, но настойчиво, заставляя всё же посмотреть в глаза собеседнику, терпеливо ожидающему, пока я справлюсь с эмоциями. Вообще создавалось ощущение, словно они для него вовсе не секрет. - Дарейна, я хочу чтобы ты знала... Вернее, даже не так - чтобы не сомневалась ни секунды, что я всегда на твоей стороне и что хочу, чтобы ты тоже стала частью моей семьи. Я ведь стоял у алтаря богини Созидания, держа на руках крошечную маленькую девочку, и произносил слова клятвы стать её крестным отцом. Оберегать, заботиться и любить. И поверь - это совсем не пустой звук. Продолжать смотреть в глаза отмеченные властью, мудростью и силой после таких слов стало практически нестерпимо. Ещё чуть-чуть и я бы заплакала. Я была почти на грани, хотя давно уж не припомню, когда позволяла себе такую слабость. И откуда-то точно знала, что он не осмеёт этот порыв и никому о нем не расскажет. - Я... поняла, - выдохнула тихо, не зная, куда себя деть. Как-то вот не привычно мне такое искреннее расположение. Зато Чевиан Сейхери не смутился и руку не убрал. Наоборот, водрузил следом вторую на еще одно плечо и решительно развернул к следующей картине. Там изображалась пара, от лицезрения которой у меня случился самый настоящий ступор, как у наркомана, выпавшего из реальности и угодившего в силки собственного тягучего дурмана. - Пожалуй, я все же оставлю тебя на время одну. Чувствую, тебе это нужно, - проговорил тактично и убрал ладони-подпорки, отчего я пошатнулась, но едва ли заметила диверсию коленей. Слишком уж увлеченно таращилась перед собой, не обращая внимания на пелену слез... Мой отец, а я почему-то ни секунды не сомневалась, что передо мной именно Домишин Синекрылый, был худощав, имел тонкий нос с легкой горбинкой, густые брови и пронзительный взгляд синих глаз. Настолько синих, что казалось, и море вместе с небом позавидуют такой синеве. И видимо, от него я унаследовала не только умение самокритично иронизировать, но еще и две родинки, равноудалённо расположенные над и под левой бровью, а так же белоснежную копну непослушных, торчащих в разные стороны кудрей. Впрочем, на его короткостриженой голове это гляделось не так критично, поскольку вихрастые пряди прижимал своеобразный пресс - корона, отлитая из неизвестного мне металла, словно бы серебристого с ультрамариномыви прожилками. Уши опять же... Весьма выдающиеся с обоих концов. А вот... мама. Даже мысленно произносить вслух это определение оказалось тяжко, да так что две одинокие капельки-стеклышки скатились по щеке, и устремились вниз, чтобы звонко разбиться. Стало ощутимо зябко. Однако холод привычно обволок. И на этот раз ластился и вылизывал душевные раны, словно провинившийся преданные пес. Соуми Синекрылая оказалось другой. В линиях и пропорциях её лица сквозила мягкость и округлость. Большие, широко распахнутые глаза того горячего оттенка, что присущ настоящему крепкому чаю, разбавленному толикой молока, плавный переход к щекам, имеющих легкий румянец, нос кокетливо вздернутый вверх на конце, овальный подбородок и нечетко выраженные скулы в обрамлении льняного отлива прямых волос, заплетенных в сложную косу. На лбу красовался тоненький венчик из того же металла, украшенный мелкими вкраплениями белоснежных копнений-соцветий. Не знаю, как долго я простояла возле них, зябко обнимая себя за плечи. Опомнилась только, когда услышала странное шипение - оказалось, снежинки, возникшие прямо из потолка, плавно парили в пространстве, и многие из них угождали в ловушку пламени свечей, заставляя огонь злиться и досадовать на странную погоду в доме. Магия во всей её красе... - Пойдем, Дарейна, пока ты тут в задумчивости дворцовой детворе снежную горку не обеспечила. Не по сезону как-то, - пробурчали мне со спины и накинули на плечи пиджак. - Провожу до покоев, - и добавил вредно: - Моих. Временно оккупированных маленькими сиринами-сосульками. Это нечто новенькое - отметила мысленно, удивляясь, как зеленоглазому болтуну удалось подкрасться незаметно. Видимо кошки, ходят бесшумно даже на двух ногах...