поранишься, и куст, на котором будто присела передохнуть стайка бабочек, чьи крылья переливались солнечными бликами, словно сделанными из стекла. - Они… - Все родом с территории фей, - предугадав мои мысли, кивнул серьезно Чарчер. – Более того - с той их части, где главенствует род зимних, то есть твой. Посему я подумал, что тебе здесь будет легче настроиться на нужный лад, и как вижу, не прогадал. Намекая на мое общение с Обримусом, вздохнул парень. Прошелся туда-обратно, словно выбирая место поудобнее, извлек из неприметного уголка раскладные стулья, подвинул их ближе к искусственному ручейку, вокруг которого разрослось мшистое растение, казавшееся мягким, что та перина ковром, и уселся на одну из сидушек. Еще и рукой махнул, мол, присоединяйся сирина-снежинка. - Как у тебя все продумано, - то ли похвалила, то ли подначила, понимая, что принц действительно с местом занятий попал в яблочко. Сила бурлила. И даже такой магический профан как я не могла этого не ощутить! Пальцы едва ли не покалывало от напряжения, дыхание вырывалось белесым облачком, а душа кружилась, будто в танце. Не в том, знакомом по балетному искусству, а словно в вихре снега, вертясь и ликуя! - Должность обязывает, - качнул головой неправильный эльф, поглядывая на меня с плохо читаемым выражением лица. Но одно могу сказать – глазел более чем внимательно. И эдак хищно – запоминая каждое движение, осознанное и нет. - Гранит науки требует острой заправки для ума? – улыбнулась несмело и все же умостилась на предложенный стул. На самый краешек. Будто бы это могло дать мне фору, если белобрысому говоруну вздумается чудить! - И это тоже, - отмахнулся от реплики третий наследничек Рандии, и прищурился, заставив напрячь и без того ровную спину. - У тебя завидная выправка, - меж тем, продолжил посвящать меня в свои умозаключения. И пояснил, когда я одарила его непонимающим взглядом. – Осанка. Я не знаток того техногенного мира, в коем тебя скрывали, но кое что читал и… Твоя поступь, движения, разворот плеч, все это говорит о личности высокородной, приученной с детства к правилам. И в тоже время… Усмехнулась, вспомнив директрису балетной школы. Она бы наверняка сживала собственную балетную пачку, узнай, как аристократично я выгляжу со стороны. - …и в тоже время твой взгляд. Да, пожалуй, именно он выдает в тебе… - Что? Натуру грубую, невежественную и необразованную? – подсказала, заметив затруднение с его стороны. А еще так противно сделалось. И появилось нерациональное желание послать полуоборотня в задницу, чтоб, так сказать, не разочаровывать дедуктивные способности некоторых и полностью соответствовать образу. - Волчонка. Именно так смотрят дети, познавшие множество лишений. Закалившиеся от них, ни чуть не хуже, чем кусок железа, прошедший сквозь огонь и воду в кузнечных щипцах, прежде чем стать благородным клинком. – И не подумал обидеться на то, что его перебили зеленоглазый говорун. - Глубоко копаешь… - покивала я головой, начиная злиться. Не люблю, когда лезут в душу. - Еще даже не начинал, - усмехнулся в ответ Чарчер, устраиваясь на раскладной мебели столь вольготно, что в пору позавидовать. Вот ведь, правда, звериная грация! - Ничего не хочешь объяснить? – все же не выдержала. – Или мы пришли сюда, чтобы ты мог поделиться своими соображениями на мой счет? - А ты мне? – в свою очередь совершенно незаинтересованным в беседе тоном, а так словно делает одолжение, молвил Мерлин хвостатый! - Что. Я. Тебе? – проронила холодно. - Помнится, утренняя ситуация так и осталась не проясненной, - мне услужливо подсказали чего надобно третьему наследному принцу. - Ах, вот что так беспокоит сиятельного сирина, - хмыкнула вредно. И смолкла. Вот из принципа теперь ничего объяснять не стану. Он же умный. Пусть сам разбирается со своим барсом! - Представь себе, - кивнул прохладно местный Гарри Поттер, и в изумрудах кошачьих глаз блеснули льдинки обиды. А ведь вроде бы из нас двоих именно я – принцесса Вьюг. Смешно, да и только! Я же продолжила глубокомысленно молчать. И от понимания детского своего поведения, принялась дальше разглядывать сад, пребывающий в запустении, но в таком, которое его совершенно не портило, а напротив, добавляло шарма и естественности. - Очень по-взрослому, - спустя несколько минут выдал едко принц. – Что ж, ладно, тогда продолжу, как ты выразилась – делиться своими соображениями на твой счет. Поскольку опытным путем доказано, что росла ты в сиротском приюте, я бы предположил военное ремесло. По крайней мере, в нашем мире, сироты часто идут на службу. Но изящная комплекция, говорит о другом. А ещё ступни. Вот они не дают мне покоя… - У каждого свой фетиш, - пожимаю равнодушно плечами, а сама не осознано прячу ноги вглубь стула, как будто за аккуратными ботиночками, принц способен разглядеть их во всей своей побитой жизнью красе. - Помимо огрубевшей кожи и жутких мозолей, есть в них отличительная черта, - да уж колкости, судя по всему под толстую шкуру барса не так-то просто и вогнать! В то время, как я от этакой характеристики против воли стыдливо вспыхнула. – Большие пальцы находятся под неестественным, даже скорее – деформированным наклоном. Подобное я видел у одной циркачки… - Избавь меня, пожалуйста, от подробностей, - зло передернула плечами и уже собралась встать, не желая слушать при каких обстоятельствах полуоборотень любовался чужими конечностями. Однако вдогонку прилетело насмешливое: - Сирина-скрытность, изволит негодовать? Уж не ревность ли тому виной? На стул я села еще ровнее, если такое возможно и взглядом полоснула не просто холодным – ледяным. Вот только от одних лишь гляделок принцу урона не нанести… - Тому виной врожденная брезгливость, - заговорила спокойно, в противовес эмоциям. Нечего некоторым догадываться, что в очередной раз они не далеки от истины. Какой бы абсурдной она не являлась. Уж третий наследник Рандии на своем веку, каких только ног и всего, что к ним прилагается, не лицезрел. Так почему меня это должно волновать? – Именно она в свое время не дала мне прогнуться под систему и обстоятельства. Жизнь в детском доме того техногенного мира, о котором ты не имеешь ни малейшего представления, сколько бы не прочел заумных книг и рукописей, не то что не сахар, а даже не хлеб. Но куда тебе, избалованному мальчишке, по щелчку пальцев которого смирно встаёт не только прислуга, но и магия, иметь об этом представление? - и губы главное искривить как можно более издевательски. Уж что-что, а жалить в балетной среде изряженного серпентария я научилась. На секунду глаза Черчера выказали истинное неприятие моих слов, однако видимо и у него дворцовая закалка была отменной, потому как это все, чем себя выдал принц. - Так вот вернемся к цирку… - начал он светским тоном, однако был перебит моим негодующим стоном. - О-о-о, уж точно – балаганщик ты отменнейший! Балет. Я занималась балетом, ясно? С шести лет меня перевели из обычного детдома в специализированный, под патронажем женушки мэра города, где помогают таким вот сирым и убогим, но не лишённым некоторых зачатков таланта. Только думаешь, что на одном лишь таланте можно далеко уехать? Ошибаешься. Поэтому поверь мне на слово, третье наследное высочество Рандии, о брезгливости я могу поведать многое. И о таких вот изнеженных жизнью и родителями оболтусах, считающих, что своим расположением снисходят до нас, грешных. Так что и не надейся, что я высуну от восторга язык и завиляю хвостиком, польщенная вниманием! – не знаю, что на меня нашло, но зажглась я так же споро, как спичка. И так же закономерно потухла, ожидая в ответ саркастичное, дескать – больно надо или кому ты вообще сдалась. Однако Чарчер удивил. - Вот это спич. Пламенный. А я то все думал, где ж у сирины-сосульки фитилёк… - пробормотал и потер в задумчивости подбородок. – Ладно, ожидать верноподданнического преклонения так уж и быть от тебя не стану. Хотя, было бы забавно поглядеть на описанное тобой виляние. Особенно если учесть, что хвост из нас двоих есть лишь у меня. Но, как ты сама заметила, такие изнеженные оболтусы тоже на эдакие кульбиты не способны, - выдал и глазом своим зеленым в меня стрельнул не то насмешничая, не то пристыживая. И самое обидное, что я и впрямь испытала некоторый укол совести. Такая своеобразная доза туберкулина – вроде бы и иголочка маленькая, а реакция все равно есть. Замолчали мы оба. И чтобы хоть как-то абстрагироваться от неловкости, я в задумчивости уставилась на озорно текущую воду, будто бы даже выселяющуюся, от подслушивания нашего разговора. А еще заметила, что мох, обросший низенький бережок, вплотную подобрался к моим ботинкам, примериваясь повоевать с обувью за мое внимание. Тоже, видимо, почуял родную магию. Бери, маленький, не жалко. Усмехнулась горько. Как-то мне всегда было проще с братьями нашими меньшими, чем… - Мне приснился кошмар ночью, и, наверное, барс это почувствовал. Может быть, я кричала. Не знаю. Проснулась только от того, что животинка твоя сверху лежит и глазищами во тьме отсвечивает. Вот так и вышло, что спать ты ложился в одном месте, а проснулся в другом. Ничего криминального или порочащего твое честное имя не случилось. Так что можешь расслабленно выдохнуть - опасно незамужняя девица в моем лице на твою честь не посягала. - Так, - как-то на редкость хмуро, хотя ему в пору было расслабленно выдохнуть, молвил белобрысый говорун и добавил категоричным, больше