ал маленький зеленый огурчик, словно пресловутый кузнечик, не пожелавший угодить под нож. - Простите, матушка, но корнишоны нынче больно резвые, - счел нужным объясниться младшенький, осознав, что привлек всеобщее внимание. Только мне одной послышался в сказанном подтекст? - Не переживай, братец, случается. Отведай лучше тушеных кабачков. Они вот на редкость неповоротливые, вялые и медлительные сознания. Такие точно не сбегут. А, нет, не показалось. Кто-то по-прежнему пытается уколоть другого словесно. Пусть и завуалированно до крайности. - Ты, я смотрю, неплохо стал разбираться в кулинарных изысках. Что, дипломатия уже не актуальна? Решил податься в трактирщики? - Напротив, не вижу смысла в ограничении. Саморазвитию нет предела. Если уж быть талантливым, то во всем… И так он это самодовольно сказанул, что даже я невольно поморщилась. Какой франт. Ни дать, ни взять, Юлий Цезарь воплоти! Однако вслух… Вслух я продолжила топтаться по терпению младшего высочества, как ёж по разоренному гнезду: - Между прочим, насколько мне известно, главное оружие дипломата - ораторское искусство. И оно должно включать в себя совершенно разный спектр знаний, чтобы заговорить даже самого капризного слушателя, - изрекла со значением. Эко, длинная тирада вышла. Аж самой удивительно! - Вот! – воскликнул средний по старшинству отпрыск правящей четы не то торжествующе, не то благодарственно. - Я знал, прекраснейшая сирина, что вы оцените мою тягу к эрудиции, - и взором наградил таким пламенным. В пору было мило зарозоветь щеками и опустить очи долу в стиле Тургеневской барышни. Но… Чарчер зыркнул на меня так… В общем, я вполне ощутила себя скорее Иудой, и вспыхнули, скорее, уши, будто бы младший принц не осязаемо успел их изрядно потрепать в праведном негодовании. Кто этих магов знает, могут они надрать уши ментально или нет? - Что-то я наелся, - выдал в итоге белобрысый говорун и вовсе обвинительно, с силой и оттого громогласно отодвигая стул. На меня теперь принципиально изумрудные кошачьи глаза не глядели. - Как? – опешила Илайяра, хлопая непонимающе ресницами. – Милый, так не тронуто же почти ничего… - Не переживайте, маменька, порой пища информационная гораздо сытнее насущной. Не подавиться бы… - выдал с пресной ухмылочкой и откланялся, сославшись на дела рабочие. А на столе так и остался нетронутым бойкий прыгучий огурец, как показалось, вздохнувший с облегчением. Примерещится, же всякое… В любом случае, в чем-то неправильный эльф оказался прав – есть и впрямь расхотелось. И чего спрашивается? Пойти что ли проветриться? В конце концов, пусть карьера балета осталось позади, но тело науку помнит и не приемлет остаться вовсе без физической нагрузки. Я и так непозволительно долго его не разминала, валяясь в беспамятстве. Пора возобновить тренировки. - А где у вас тут есть бальный зал или что-то в этом духе? – сказала, решительно привлекая к себе внимание. Сбивая тем самым обоих правителей Рандии и их среднего сына, с только им известной тайной «перегляделки». ****** Дел и впрямь имелось множество! И текущие отчеты моего отдела аналитики в службе безопасности обработать – ведь хоть в последние полгода от андрогинов ни слуху ни духу, а зачистка Зараженных до сих пор дает свои плоды. Сгнившие до основания, но от того не менее важные. И тему кандидатской диссертации на согласование отправить к дядюшке, и ему же продемонстрировать план занятий для первого и второго курса… Я ведь пусть и получил добро на некоторую задержку по семейным, чтоб его, обстоятельствам, но когда это волновало ректора РАМИиЗ? У него логика, пульсарами не подрывающаяся - ты хоть помри, а план сдать обязан! И всё это я несколько подзапустил, охраняя денно и нощно сирину-сосульку! Вот ведь… Маленькая предательница. А с виду, такая неприступная. Глаза огромные, васильковые и глядят всегда до того серьезно, будто и вовсе не умеют ни кокетничать, ни жеманничать. Лгут! Вот как сегодня перед Чейзом изгалялись! Флиртовали что есть мочи, причем, этак показательно - невинно и неумело. Самое то, чтоб братца завлечь! Ну, ничего, вот пусть он теперь с ней сам и мается! К миру приспосабливает, магии обучает… Угу, такой обучит! То же мне, нареченный выискался. Да куда ему жениться-то? Одни юбки на уме! От последней мысли захотелось послать всех к рыхту, спихнуть рукой со стола все до крайности важные бумаженции и умчаться в… Вот куда конкретно, фантазия пока не придумала, не желая прокладывать маршрут, который советовала брань-затейница. - Вдаль, - выдал мрачно, поглядывая на стопки заполненных бланков, как на злейших врагов. Стоит ли говорить, что о работе не думалось? Напрочь! – Или в закат. Так эпичней, - добавил с издевкой, сам же над собой потешаясь. – Чтоб она еще пожалела… - мысль осталось несформированной, поскольку я прекрасно осознавал - жалеть Дарейне не о чем. Кто я ей? Первый, так сказать, встречный. Ни больше, ни меньше. А то что дурь всякая лезет в голову, так это уже сугубо мои проблемы. Еще и барс дровишек в огонь подливает, беснуется в подсознании, пытается подмять меня, чтоб контроль ослабил. – Нет уж, приятель, в этот раз я тебя не послушаю. В конце концов, она и впрямь Чейзова невеста. И здорово же, что двое уготованных друг другу судьбой, не без родительской подачи, конечно, так быстро сумели найти общий язык. Может, у них еще и сладится все. То-то маменька рада будет… И от меня отцепится. Так что не рычи, зверюга, я в этот междусобойчик влезать не собираюсь. Фею обучу базисам, чтоб с даром спокойнее управлялась и отбуду, наконец, по месту работы. А она уж пусть сама решает, надо ли ей гранит науки грызть или сразу под венец бежать, чтоб зубы целее были. Тотем со мной согласен не был. Отчего на руках то и дело вытягивались кошачьи когти и держать перьевую ручку становилось до крайности неудобно. А еще зрачок звериный шалил, делая текст расплывчато недоступным. - Да, чтоб тебя! – воскликнул в сердцах, отбрасывая писчую принадлежность. – Эдак ты мне и вовсе работать не дашь, протестант пятнистый! Вскочил, нервно отодвинув кресло и в окно, подойдя уставился. Облака, что ли поизучать, чтоб внимание с одной мелкой и вредной феи переключить. Не зря раньше поговаривали, что фейрины – существа до крайности зловредные. Даром, что прекрасные на лик, да с крылышками. Коварные, ох, коварные! И эта… не исключение… Додумать не смог. Потому что даже тут принцесса Вьюг и метелей напакостничала! Как? А вот так! Я, понимаешь, пытаюсь о ней не думать, а она… Она самым наглым образом по саду бегает, кружится, руками ажурно взмахивает, да такие кренделя ногами выписывает, что… - Теперь я понимаю, откуда у неё такие боевые пятки, - заметил задумчиво, жадно следя за происходящим. А барс в голове искусительно нашептывает, мол с окна наблюдать, удовольствия мало, вот если подкрасться… Бесшумно. В конце концов, оборотень я или нет? ****** Вблизи сирина-снежинка гляделась и того притягательней. Лицо одухотворенное, глаза закрыты, щеки с румянцем лихорадочным, волосы белоснежными завитками пружинят, грудь высоко вздымается, а ноги… Просто неприлично, так высоко и грациозно ими размахивать! И пусть они обтянуты штанинами, а не платьем, но все же… Все же, кажется теперь я знаю, что кроме как на огонь и воду, но и на них можно смотреть бесконечно. Наверное, именно из-за этих «обольстительниц», я и пропустил позорно появление старшего родича. Ведь в нашей семейке талант подкрадываться незаметно всем доступен! Вот он и застал меня с миной блаженного идиота, и естественно не преминул прокомментировать! - Чари, братишка, почему вдруг такой напряженный овал лица? – воскликнул мне на ухо, отчего то нервно дернулось, выдавая раздражение. – Неужто пища духовная не пошла и вызвала тяжесть в животе или того и вовсе несварение?