Быт существенно отличался от прошлой жизни.
Селина поначалу не мгла избавиться от ощущения, что ее втолкнули в грязь.
Разбитые случайно тарелки, чистка печи от сажи. Дача корму животным -курочкам.
Спустя две недели, поутру в дом постучался неизвестный.
Хозяйка Магда подошла к входной двери, узнать кто же там за дверью в столь ранний, утренний час.
С другой стороны послышался сдавленный, мужской голос, прерывающийся надрывным кашлем.
Дверные засовы поддавались с трудом.
В низкий проем просунулась голова.
Неизвестный еле втиснулся в дом, шатаясь от усталости.
Сгорбленный старичок, обросший рыжей бородой свалился на стоявшую в сенях скамейку.
- Фу--ух. Устал. - тут его вновь сморил кашель.
Вслед молчала Магда, осторожно поглаживая его по голове и рукам.
Затем она засуетилась и подбавила дров в остывающую печь.
Незнакомец все сидел. Она поспешила к нему.
- Много? Много? - что-то быстро говорила Магда.
В ответ в ее руку вложили маленький мешочек.
- На тележку хватит, дом поправим.
- Что так долго-то не отпускали?
- Спал где придется. Работал и днем и ночью. Кхе-кхе. Голодный.
- Сними куртку. Сейчас согреешься.
На бревенчатом полу образовалась горка из снятой одежды.
- Кто это?- спросил гость,заметив Селину.
- Бродяжку приютила. За кусок хлеба помогает мне по хозяйству.
Сгорбленный старичок расправился и преобразился на глазах. Вместо него в сенях стоял мужчина, обросший рыжей бородой. Сильно отросшие волосы были туго стянуты верёвкой сзади.
Незнакомца звали Робинсоном. Он оказался сыном хозяйки.
После сытного ужина гость отправился спать, прямо в сенях, на полу.
Когда все заснули, то выскользнул из дома.
Селина проследовала за ним.
Еще только начинало светать.
Робинсон добрался до трактира.
Селина пробралась с черного хода. Во внутреннем дворе стоял чан с горячей водой.
В нем плескался молодой мужчина. Его с двух сторон терли намыленными мочалками две смеющиеся девушки в мокрых уже одеждах.