Александр отправил её в очередной поход аккурат на весеннее солнцестояние - ему срочно понадобились зубы серпента, щупальца воздушных медуз и цветки паслёна, собранные в полнолуние. Стана выразительно покрутила пальцем у виска:
- Ваше благородие, - просветила она его, - вы, несомненно, гениальный алхимик и просто незаменимый маг, но вот с ботаникой у вас явные проблемы. Потому как - где я вам возьму цветущий паслён в сушеце?
- Я в тебя верю, - Александр похлопал её по плечу.
- Я могу пойти к алхимикам и купить паслён, - она отстранилась от его руки, - но я никак не проверю, когда он был собран. А наговорить мне могут всего. Поэтому, ваше благородие, или берите у алхимиков какой есть, или ждите серпеня, когда он зацветёт.
Александр скривился как от зубной боли, но вынужден был признать её правоту.
- Но зубы серпента и щупальца воздушных медуз ты привези, - потребовал он. - У меня опыт стоит.
- Не вопрос, ваше благородие, - кивнула он. - Могу сразу когти дракона или желудочный сок мроя привезти, чтобы два раза не ездить.
Александр вздрогнул.
- Откуда ты знаешь, - с нотками паники спросил он, - чем я занимаюсь?
- Догадалась не я, - честно призналась Стана. - Догадался главный алхимик. По тем ингредиентам, которые вы у меня просили. А рецепт Флориана хоть раз читали все алхимики.
- Ты никому не говори, - с мольбой попросил её Александр. - Чтобы никто не перехватил. Мне нужно открыть это лекарство, - он голосом подчеркнул слово "нужно".
Стана пожала плечами:
- Я никому не говорила, но это знают и маркиз Прохазка, и Ржегуше, то есть наверняка и все студенты. Вы бы, ваше благородие, - посоветовала она, - взяли себе ассистента из опытных алхимиков, который разбирается в свойствах и сочетании веществ.
Александр вспыхнул:
- Если ты намекаешь на себя, то я разбираюсь в алхимии не хуже твоего, а может, и лучше. Потому что тебе вбивали в голову, что "это должно быть так, а это - так", и ты не посмотришь, что можно и не так.
Стана удержалась от того, чтобы закатить глаза. Хотя слова Александра зацепили её - не так чтобы за живое, но слушать такое было обидно.
- Нет, - она постаралась сказать это спокойным тоном. - Я намекаю не на себя. У меня и без ваших опытов работы хватает. А на любого студента старших курсов.
- Мне не нужно, - отмёл Александр, - чтобы какой-нибудь тупоголовый студент перехватил у меня открытие. За изобретение лекарства от чумы князь пожалует наследный аристократический титул на ранг выше того, какой носит изобретатель.
Стана отступила от него на шаг.
- То есть ты, - уточнила она, - хочешь изобрести лекарство от чумы, только чтобы получить титул виконта?
- Ну и денег, конечно, - кивнул Александр. - Ты простолюдинка, тебе не понять, как обидно быть всего лишь ненаследным бароном. И когда всякие маркизы и графы смотрят на тебя почти как на простолюдина.
Стана не нашла, что на это ответить. Она помолчала, глядя на него, потом развернулась и молча пошла к выходу.
- Я достану зубы серпента и щупальца воздушных медуз, ваше благородие.
- Я что-то не так сказал? - несколько растерялся Александр, почувствовав, что не то.
Она остановилась и чуть повернула к нему лицо:
- Нет, ваше благородие, всё так.
Он богатый аристократ, что с него взять. Его предки не умирали в последниймор от чумы, потому что у них было лекарство. И сейчас и у Александра, и у всех его родственников наверняка есть полный набор ингредиентов, необходимых для изготовления этого лекарства. Ему не грозит похоронить своих близких и потерять всех, кого любил.
Что двигало Флорианом двадцать пять лет назад, доподлинно не известно: может, отчаяние и желание спасти семью, может, экспериментаторство, может, и жажда власти - этого уже не узнать. Но он спас Мораву, и его мотивы не имеют значения.
Поэтому пусть Александр изобретает зелье от чумы для того, чтобы стать наследным виконтом. Если его изобретение спасёт Мораву, его мотивы тоже не будут иметь значения.
На постоялом дворе было сыро, темно и практически пусто. Стана, которой в поисках гнезда серпента пришлось проползать на пузе в сумме не одну версту, отмылась и отстиралась в тёплой воде, заказала у трактирщика горшочек тушёных овощей и кувшин горячего компота, устроилась за дальним столом у окна, разложила на нём листы с переписанным рецептом противочумного зелья и вооружилась графитовым карандашом.
История сохранила сведения, что то лекарство включало в себя часто встречающиеся ингредиенты и готовилось в течение суток. Поэтому всякие когти дракона, щупальца воздушных медуз и моровые грибы она вычеркнула. Из пятидесяти трёх пунктов осталось тридцать два, хотя из этих тридцати двух ещё пять она бы тоже вычеркнула, потому что та же печень гуля или хоть и не считается редким ингредиентом, но всё же не настолько часто попадается, чтобы её хватило на миллионы порций. Потом Стана вычеркнула те позиции, в которых требовались длительные, больше двух суток, операции. Пунктов стало ещё на пятнадцать меньше. Из оставшихся семнадцати пришлось вычеркнуть шесть, действия над которыми были бессмысленными и уничтожали исходный ингредиент. Из оставшихся одиннадцати - два, которые взаимно нейтрализовали друг друга.
И в итоге осталось девять пунктов, из которых лекарство от чумы не получится никак...
Вернувшись в университет и вручив Александру зубы серпента и щупальца воздушных медуз, Стана пошла в библиотеку и попросила что-нибудь об исследованиях рецепта Флориана; получила две книги и три старых лабораторных журнала и отправилась к себе в покои.