В открытые окна подул вечерний свежий ветер, и заиграла веселая музыка. Сивэйн тут же подскочил, как будто не был пьян и утянул танцевать Эль Тин, за ним встал Алатар и пошел к тоненькой эльфийке. Даже граф поднялся и угодил в изящные руки статной красавицы в голубом. Салгант провожал всех серьёзным взглядом и окончательно замкнулся в себе. Я же смотрела на пары, которые в тесноте пытались развернуться, и тихо смеялась, глядя на графа. Ему нещадно наступали на ноги, но он держал лицо и пытался улыбаться девушке.
— Салгант, а как у эльфов относятся к «Змейке»?
— Она часть природы…
— Я про танец, когда все друг за другом ходят.
— Не знаю, — задумчивый взгляд остановился на мне. — Кажется, так танцуют только дети.
— Всё. Хватит грустить, подъем, — скомандовала и сама встала.
Эльф без колебаний поднялся, но лицо осталось страдальческое. Сидеть и киснуть каждый может. Переживать, что не пригласил ни один эльф, что даже друг остался сидеть, уткнувшись в стакан, а тебе по правила не положено проявлять инициативу.
Я не приглашала Салгант, не навязывалась никому из кузенов. Просто предложила популярное ярмарочное развлечение. Поймала Сивэйна и его эльфийку. Мы выстроились друг за другом. Руки на талии, веселая музыка и вперед. Засеменили и в один момент собрали, наверное, всех эльфов. Народ развеселился, и как-то плавно всё перешло в пляшущий круг. Рядом улыбался Салгант, притоптывая в такт, откуда-то возник довольный граф. Круг прыгал, замирал, ускорялся и все под странную музыку, которую играли на еще более непонятных инструментах. Музыканты тоже вошли во вкус и подыгрывали общему сумасшествию.
Кажется, я так не отплясывала даже в деревеньке неподалеку от дома, когда убегала от нянек. Среди жаркого воздуха и общего смеха, я неожиданно поняла, что граф вообще-то почти мой ровесник. И как бы он не строил из себя взрослого и холодного аристократа, ему тоже нравилось вместе со всеми смеяться, прыгать и ловить руки в танце.
Мелодия вынырнула из скачков мягким шагом и все разделились на пары, переходя в скромный танец для двоих. Не выпуская моей руки, граф приобнял за талию. Восстанавливая дыхание, мы просто качались. Через некоторое время после начала танца, повинуясь этикету, граф открыл рот, но я опередила:
— Только не о погоде, умоляю.
Он на секунду замер, а потом широко улыбнулся, но промолчал. Вовремя я его остановила.
— Вы узнали у Эль Тин, на что она рассчитывает?
— Почти.
— Мы через день возвращаемся, вам не мешало бы поторопиться, — немного ворчливо произнес граф.
— Так и сделаю, — согласилась спокойно, но видя, как живое лицо опять становится маской с неприятно поджатыми губами, довольно резко спросила. — С чего бы вас это вообще волновало?
Мы остановились вместе с затихшей музыкой и упрямо посмотрели друг другу в глаза.
— Не знаю, — сухо сказал граф и посмотрел поверх моей головы. — Вы, кажется, хотели поговорить с Правителем?
Галатэль в компании нескольких эльфов прошел к самому шумному столу и сел среди своих под всеобщие приветствия. В его руках мгновенно оказалась кружка. Кажется, Правителя они считали другом, если не больше. Хотя кто эльфов разберёт, возможно, у них и, правда, одна кровь на всех.
Огляделась в поисках Эль Тин, но она растворилась среди толпы. И как теперь разговаривать о ее жизни без нее? Да и как подойти? Мысль, что Галатэль просто посмеется и предложит не отвлекать его по пустякам, неприятно резанула. Но такое вполне возможно, что целому Правителю до проблем малознакомого человека.
Пока рассматривала смеющегося эльфа, шум чуть притих, а многие с каким-то предвкушением смотрели в ту же сторону, что и я. В этот вечер я почти забыла о Томе. Он спокойно лежал под нашим столом и ни разу не показался. Но сейчас он полз среди эльфийских ног под длинной лавкой, на которой восседал Правитель. Когда саблезуб достиг цели, лавка покачнулась, эль из кружек выплеснулся в разные стороны. Еще один качек и Том встал на четыре лапы, опрокидывая эльфов.
Он поднялся, дымя зелеными глазами, и моментально со всех сторон на него посыпались пульсары. Но раньше, чем я сделала шаг к Тому, он просто впитал в себя магические удары и прыгнул к встающему Галатэлю. Саблезуб толкнул его на полные кружки эля, которые минуту назад поставили на стол. Волосы и лицо эльфа окунулись в пену, а Том придавил Правителя лапой, не давая выпрямиться. Секундная заминка и эльфы медленно окружили Тома, а я запаниковала. Милая шутка, которую я ждала, как-то резко переросла в нечто большее. Саблезуб вел себя слишком разумно, настолько, как может, кажется, только человек и это пугало сильнее, чем его выходка.
Я стояла, немного дрожа, и заторможено думала, что пора бы как-то вмешаться. Но дальше произошло непонятное. Галатэль извернулся и в каком-то борцовском захвате покатился вместе с Томом по полу. Огромный саблезуб в тонких руках извивалась, но не мог вырваться. Не знаю, как долго это продолжалось, я даже сделала попытку позвать Тома. Но завершилось совсем неожиданно. Клубок расцепился и Правитель, как дикарь медленно начал обходить зубастого зверя по кругу и азартно скалится. Эльфы, готовые вступить в схватку, почему-то остановились, убрали пульсары и теперь напряженно следили за игрой двоих. Слипшиеся серебристо-снежные волосы стали темнее и сильнее подчеркнули резкие черты Галатэля, окончательно делая диким. Поэтому его прыжок на спину саблезубу не был чем-то удивительным, именно так ведёт себя воин из каких-нибудь северных племён.
Они опять покатились. Эта борьба в какой-то момент перешла в догонялки и закончилась у опрокинутой лавки под одобрительный гул эльфов. Галатэль и Том замерли друг напротив друга, а потом Правитель рассмеялся. Он потрепал саблезуба за ушами, а Том при этом довольно оскалился.
— Кажется, они нашли общий язык, — деревянно проговорил граф. — По-мужски.
Это он сейчас про странную особенность парней подраться и стать друзьями? Может, так оно и было, только вот эльфы все равно бросали на саблезуба очень неприятные взгляды.
— Том, — позвала охрипшим голосом, пока многие были заняты расстановкой лавок и заказом новых кружек с элем.
Саблезуб уселся у ног Правителя и не отреагировал на мой голос. Не могу сказать, что он смотрел как-то преданно или что-то еще, но почему он там вообще сел? До этого момента, я была уверена, что Том мстил за свое купание в озере. Как он это запомнил, и почему так произошло, сейчас, наверное, не так важно, важно, что он считал еще минуту назад Правителя врагом. А теперь?
Галатэль пропустил липкие волосы сквозь пальцы, поморщился и быстро собрал их в хвост, открывая острые уши. Стоило нашим глазам встретиться, он немного криво улыбнулся, и жестом пригласил за свой стол.
Том и ухом не повел, когда я остановилась рядом, он внимательно смотрел на рослых эльфов со шпагами, которые появились за спиной Галатэля. Шпага с тонкой вязью у эфеса. Заговоренная сталь, способная разрубить даже алмаз. Подумалось, что это конвой для преступников и в горле пересохло. А Правитель сказал два слова, и эльфы нехотя сели за стол.
Я же неуверенно подняла взгляд на Галатэля и очень удивилась, когда поняла, что на его руках от плеча до локтя еле заметно мерцает ловчая сеть. Она опутывала руки и, кажется, грудь.
— Что-то не так? — уточнил Галатэль, вытирая лицо поданным полотенцем.
Руками изобразила что-то на теле и даже пальцами сделала решетку перед его носом для верности. Голос меня совсем не слушался. И я, кажется, изобразила принятый в народе знак от несуществующего сглаза в сторону Правителя. Но эльф спокойно ответил:
— Это сеть, чтобы саблезуб не переломал мне кости.
Даже не знала, что можно применять это заклинание таким образом.
— Кстати, почему он здесь и где профессор Астер? — опять заговорил Галатэль.
— Где профессор — не знаю, а с Томом мы уже уходим, — я взяла его за ошейник, но он не сдвинулся.
Несколько раз безрезультатно подергала и растеряно посмотрела на улыбающегося эльфа.
— Я вас не прогоняю, наоборот, мне интересно больше узнать об этом воскрешенном, — он опять потрепал его по голове, правда, Том сделал вид, что слишком серьёзен для таких глупостей, а эльф, хмыкнув, прошептал заклинание и подбросил пульсар. — Лови.
Саблезуб довольно клацнул зубами и проглотил шар. Зеленые глаза мигнули, и Том на секунду сыто вывалил язык.
— Очень странный воскрешенный, — как-то довольно проговорил Правитель и сел на лавку, поигрывая новым пульсаром.