— Это был всплеск? — прозвучал неожиданно серьезный голос Алмиэля.
— Скорее всего. Причем, он произошел, когда в зону попали теплые тела.
— Все-таки Правитель был прав и у наших границ кто-то незаконно применяет магию крови?
— Возможно, а возможно и не только у границы, — голос Астера затих.
Сегодня, и, правда, слишком много призраков напало одновременно. Даже на наших как бы диких болотах — это редкость, а здесь, среди магии эльфов совсем удивительно. Мы бы, наверное, заметили это и еще сильнее нервничали, если бы не болтовня целителя. И теперь, конечно, вопрос: специально он или нет.
Справа послышался тихий стон. К вечеру Салгант совсем вымотался и теперь походил на свежий труп. Я же до сих пор чувствовала себя хорошо и решила помочь ближним. Граф, конечно, все тяготы переносил молча, но на своем тюфяке лежал как-то неестественно.
Вскипятила воду в котелке, заварила обычный чай и разлила по кружкам. Простой заговор на воде не требовал особых умений. Он лишь немного ускорял движение крови.
Ребята сначала не поняли, почему я стою с кружками, но потом кое-как сели и через силу выпили по половине. Тут же легли обратно с более человеческими лицами. Но смотреть на них все равно было страшно. Осторожно подсела к Салганут и взяла его руку. Нашептала добрые слова и еще один простой заговор для расслабления мышц.
— Оооо, это невероятно, — тихо пробормотал эльф, с удовольствием растягиваясь на лежаке. — Спасибо.
И, кажется, сразу уснул. Сил я не пожалела и, конечно, на него это подействовало почти как хороший массаж.
Граф следил за мной, и когда я подошла, он сел. Хотя бы не встал, приветствуя даму. С ним я не стала шептать никаких слов, вспоминая, как его возмутило «дорогой», но и один заговор сделал своё дело.
— Спасибо, — он отпустил мою руку, но продолжал смотреть в глаза. — Магия ведьм удивительна.
— Вы напрашиваетесь на ответный комплимент, как маг-созидатель.
— И в мыслях не было, — тихо проговорил он, все еще рассматривая меня.
Встала, потрепала его по плечу и быстро пошла к своему лежаку. Неловкость плескалась вокруг, как море и заставляла быстрее лечь и сильнее завернуться в плащ графа. Отчего смущение только усилилось.
Ночь тихо шуршала листиками и несла легкую прохладу. Она медленно пробиралась к рассвету, а мне совсем не спалось. Тишина вокруг немного пугала, возможно, поэтому я не могла сомкнуть глаз и просто смотрела в темноту, не меняя позы. Рядом слышалось лишь глубокое дыхание ребят.
Вернулся целитель. Он устроился рядом с Салгантом, предварительно потрогав его лоб. И только спустя почти час появился Астер. Немного ссутулившись, он прошел к свободному лежаку и сел, разминая плечи. Сегодня он явно устал больше, чем кто-либо из нас.
Я осторожно выбралась из теплого плаща. Астер резко вскинул голову и, видимо, собирался отправить меня обратно.
— Я немного помогу, — объяснила, присаживаясь рядом, и профессор удивленно замер. — Небольшой заговор, чтобы мышцы расслабились.
Все это говорила, забирая к себе на колени его огромную ручищу. Закрыла глаза и зашептала. Старалась влить как можно больше силы и улыбнулась, когда профессор с удовольствием выдохнул, легонько сжимая мои пальцы.
Утро встретило меня улыбками. Даже Астер иногда позволял себе одобрительные взгляды и как никогда стал походить на Тосси. Огромного, бородатого Тосси. Граф старался помочь во всем. Молча, но очень настойчиво. Подал руку, когда переходили через ручеек в два пальца толщиной. Придержал, когда споткнулась. Хотел забрать мою сумку, но в боевых походах такая галантность ни к чему.
По словам профессора, нам нужно было пройти всего несколько мест, кое-что записать, после чего эльфы откроют тропу, а затем портал. И уже к четырем часам мы должны прибыть в свою школу.
Простой план на деле оказался почти невыполнимым. В первом же болоте завяз целитель. Хитрые боевые арканы, Том и дерево, гнущее ветви, не помогли. Пришлось тащить руками. Астер набросил веревку на целителя, который кое-как пропустил ее под мышками. Но наш огромный профессор вытащил этого тщедушного эльфа лишь на несколько сантиметров. В итоге тащили его всеми вместе, даже меня обвязали веревкой и велели: «иди».
Упираясь сапогами в рыхлую землю, мы тянули целителя. Пять минут, десять, пятнадцать…
— Салгант, мальчик мой, почему не помогаешь себе собственным весом? — легко раздавал советы направо и налево Алмиэль. — Корпус вперёд и ножками. Ох, зелёны мои деревца, что ты ноги-то так расставляешь? Или ты по нужде?
Злое сопение Салганта и хмурость Астера были ему ответом.
— Так, теперь ты, замороженный мальчик. Перестань смотреть на ведьму, у тебя уже ножки разъезжаются, — слышалось над болотом. — Понимаю, с этой, эм, точки зрения невозможно не смотреть. Тылы, они всегда прекрасны. Но тянуть-то не прекращай.
Мысль, что его вполне можно оставить в болоте, точно промелькнула не только у меня. Но все как-то слишком увлеклись, и неожиданно целитель выскочил на твердую землю. Мы попадал, утирая пот со лба, а целитель, чтоб его, улыбался. И в одной руки он держал корягу. Приличную. Примерно с меня высотой. Он отряхнул руку от жижи и любовно погладил что-то бывшее деревом в очень далеком прошлом.
— Золотой лист, — с нежностью сказал он, не преставая поглаживать вонючую корягу. — Думал уже и не достану.
Это что значит? Он специально прыгнул в болото за этой палкой? Удушающее возмущение вернулось с новой силой. Еще после слов о тылах, я чуть не бросила в него пульсар, а тут руки сами заискрились.
К эльфу подскочил очень собранный граф и, судя по пассу рукой, хотел вызвать на бой. Но на плечи целителя и Фицуильяма легки ручищи профессора. Астер увел эльфа в сторону. Он лишь склонился к нему, не убирая руку с плеча, а Алмиэль побледнел.
Дальше мы старались держаться плана. Теперь целитель молчал, а как только открывал рот, ловил тяжелый взгляд Астера. Страшен Тосси в гневе.
Мы быстро шли к маякам. Дважды нападали призраки, но поодиночке. Я даже умудрилась отличиться и закрыть щитом зазевавшегося Салганта, сама развеяла призрака и успела шепнуть заговор, чтобы друг чувствовал себя бодрее. Алмиэль, видя это, наконец-то очнулся, понял, что все вокруг, мягко говоря, устали пока тянули его корягу и даже влил в нас свою целительскую магию. Тело приобрело воздушность и как-то стало легко простить целителя. Ну, что он такого сказал? Ничего же. А вот узнать, чем ценна коряга, не помешало бы. Вдруг пригодится. Правда, как только я задала вопрос, Астер опять взял целителя под руку и отошел.
— Никаких шуток и скабрезностей в сторону девушки. Не хотите отвечать на вопросы адептки, так и говорите, — донесся густой голос.
— Да, я еще в прошлый раз понял…
Но на мои вопросы ответил. Очень вежливо, даже обратился ко мне по имени. Редкое растение, которое он тащил из болота, могло помочь практически при любых травмах: переломах, ушибах, растяжениях, даже при сильных кровотечениях. Росло оно только на болотах, на которых не менее десятка лет образуются призраки.
Очень хотелось узнать в каких же зельях и настоях принято его использовать. Но на пути возникло последнее болота. Натянули сети, расставили сигналки. Я все зарисовала на карте. На этой прозаичной ноте наша практика подошла к концу. Никаких фейерверков. Открылась тропа, и мы оказались на краю солнечной поляны за домом Салганта.
От нашего похода остались только вонь, грязные сапоги и желание сжечь одежду.
– Адепты, — окликнул нас профессор, когда мы уже шли к Дому. — Жду от вас отчеты о практике. Сколько болот, магический потенциал, что показалось вам странным, что наоборот обычным. Плюс список заклинаний, которые применили. И, Вуд, вы отлично пишите, но отчет должен занимать не более трех листов.
Сделала вид, что даже не собиралась описывать каждый листочек и восхищаться пнями, и кивнула.
Мы быстро переоделись, взяли вещи и прошли к месту, где нам должны были открыть портал. На меня с разбега налетела Эль Тин.
— Как же я рада, что теперь у меня есть ты, — крепко обнимая, проговорила она. — У меня никогда не было сестер и братьев. А теперь есть, да еще и из человеческого королевства! Кстати, а у тебя еще есть братья и сестры?
— Сестра, но я с ней ни разу не виделась, — рассеяно ответила ей и дальше уже, кажется, ничего не слышала. Хотя, судя, по эльфийке она не просто так начала разговор с того, что рада мне. И, кажется, говорила про путешествия в человеческие королевства.