— А.
— Так что — ответишь?
— Да, конечно.
— Спасибо. — Он уходит к себе в кабинет разговаривать с братом. Я снимаю трубку.
— Здравствуйте, церковь Святого Игнатия, дом приходского священника, чем могу помочь? — крайне профессионально отчеканиваю я в трубку.
— У меня для вас кое-что есть, — сообщает мне таинственным шепотом некто из трубки.
— Правда? И что же? — интересуюсь я.
— Большой жирный хрен, — заявляет некто.
— Прекрасно. — Щелк. Какие только чудики к нам сюда не названивают. Просто уржешься порой. Дзинь.
— Церковь Святого Игнатия, дом приходского священника, чем могу помочь? — спрашиваю я.
— Религия — для дураков и слабаков, — заявляет мне еще один скучающий придурок.
— Излейте душу, — смеюсь я в ответ. — Может быть, я смогу что-нибудь для вас сделать?
— Та же мифология, и ничего больше, как у греков — одни сплошные боги да Эзоповы басни.
— Не скажите. Что-нибудь еще?
— Если ад и впрямь существует, то попам с монашками туда прямая дорога.
— Полностью с вами согласен. Приятно провести вечер. — Щелк. Дзинь.
— Церковь Святого Игнатия, дом приходского священника, чем могу помочь?
— Стив Смит, «Дейли ньюз». Ваша реакция на обвинения касательно того, что ваш приход отказывает бомжам даже в глотке чистой воды, не говоря уже про все остальное?
— Совет рекомендовал мне не давать комментариев по данному вопросу, — выпаливаю я (все как святой отец учил).
— Так вы не отказываетесь от предъявленных обвинений? — спрашивает он.
— Думаю, нет. Спокойной ночи, приятель. — Щелк. Дзинь.
— Церковь Святого Игнатия, дом приходского священника, чем могу помочь?
— Здравствуйте, — заплаканный женский голос. — Могу я поговорить с отцом Альминде?
— Мам?
— Хэнк?
— Что-нибудь не так? — спрашиваю я.
— Да нет, все в порядке, — отвечает она. — Все та же хрень с твоим папашей.
— Почему бы тебе просто не уйти от него, и все? — говорю я, хотя сам так не думаю.
— Куда идти-то?
— Тогда сама его выстави.
— А кто за все башлять будет?
— Так дело только в деньгах, ма?
— Нет, Хэнк. Все куда как сложнее. На мне Стивен и Сес. А еще Арчи. Нельзя мне их сейчас травмировать еще больше — и без того полно проблем. Мне просто хочется верить, что папаша твой рано или поздно станет держать свой член у себя в трусах, а не совать его куда попало.
— Нужно что-то с этим делать. Ведь у него девушка на стороне, — говорю я ей.
— Это по-другому называется, — едко замечает мне в ответ Сесилия и выдыхает дым в трубку на том конце провода. — К тому же брак — долгая история, приятель. Поэтому в том, что он делает, нет ничего необычного.
— Ты что — серьезно? — Я совершенно ошарашен и разочарован.
— Да, серьезно, — подтверждает она.
— Да, но ведь сама ты никогда так не делала. — Пауза. — Ведь правда? Правда, мам?
— Помнишь того парнишку, с которым я общалась после Музея искусств? Он мне телефончик оставил.
— И ты с ним изменила папе? — спрашиваю я.
— Нет, Хэнк, — отвечает она, — хотя чуть было… Сес, давай-ка слезай с кресла Арчи.
— Но ведь ничего же не было, так?
— Просто я номер его тогда потеряла. А так — чем черт не шутит. Понимаешь, о чем я? Сес, если ты еще хоть раз ударишь Арчи по голове, я просто возьму и отвезу его на хрен домой отсюда.
— Нет, не понимаю, — говорю я. — Уж если женился на ком-нибудь — то любовь навеки, и точка.
— Не в этом мире, малыш, — совершенно спокойным голосом говорит она мне.
— Ну да, конечно, только не в этом мире, — с раздражением бурчу я.
— Ты у меня такой романтик, Хэнк, — говорит она, и я знаю, что она улыбается, и от этого мне становится теплее и легче на душе. — Слушай, отец Альминде у себя?
— Он, ммм, беседует с кем-то в кабинете, — отвечаю я.
— А. Кстати, а сам-то ты там что делаешь? Он что, попросил тебя поработать сегодня вечером?
— He-а, я просто пришел за получкой. Он попросил меня пару минут посидеть на телефоне.
— Он платит за все как надо? — спрашивает она. — Ты же, по-моему, час сверху отработал?
— Да, он мне заплатил, — отвечаю я. — Правда, долго мозги пудрил.
— Как всегда. Чем занимаешься сегодня вечером? Ты же только что на улице гулял.
— Угу. Мы играли в «Свободу», а как закончили — сразу пошел к нему за деньгами. Потом, наверное, в Тэк-парк пойдем. Мяч в кольцо покидать, — осторожно объясняю я.
— Веди себя как следует. Никаких драк и все такое. Держись молодцом, как всегда, — говорит она.