Глава 19
Дэниель.
Я проснулся от ее запаха.
Ее аромат, мягкий и сладкий, словно она оставила на мне метку, которую невозможно смыть.
Слишком мирный, слишком настоящий для этого захолустного мотеля.
Сначала не хотел открывать глаза. Просто слушал, как она дышит.
Ровно. Тихо. Будто ей наконец-то спокойно. Хотя должна бы бояться.
Она лежала, повернувшись ко мне спиной, укутанная в одеяло, волосы рассыпались по подушке. Спала крепко — без показухи, без масок. Настоящая. Уязвимая.
Моя.
Вот так и теряют контроль.
Рядом с такой — слишком легко забыть, кто ты. Или кем должен быть.
Я не спешил ее будить. В голове проносились сцены из машины, как она румянела от прикосновений, как стонала, почти не в силах смотреть в глаза.
Она была смесью льда и огня, еще не понявшая, что именно горит в ней сильнее.
Соблазн был. Реальный. Рядом. В пределах руки. Смотрю на нее — волосы растрепаны, плечи чуть напряжены. А я? Я хочу разбудить ее грубо. Взять без прелюдий. Без всяких нежностей. Чтобы знала кому принадлежит.
Не здесь.
Это место пахло дешевыми сигаретами и уставшими постояльцами. А она — нет. Она пахла домом, тем, что стоило беречь.
Чистые простыни, белые стены, дверь, которую можно закрыть.
Туда ее приведу. В свое пространство. Где все под контролем.
Где она станет моей по-настоящему.
Я потянулся, сел на кровати и наклонился к ней.
Один легкий поцелуй — в висок, едва касаясь.
— Эмили, — шепнул я, почти мягко. — Просыпайся, куколка. Пора ехать.
Она шевельнулась, сонно морща нос.
Я позволил себе чуть улыбнуться.
— Пять минут, — бросаю, уже одеваясь. — Не заставляй меня ждать.
Пауза.
— Или ты хочешь быть оттраханной в этом убого забытом месте?
Она замерла. Я уже знал этот взгляд — смесь стыда, протеста и страха.
Отличное сочетание.
Она металась глазами — то к своим ботинкам, то к зеркалу, то снова на меня.
Нервничает. Хорошо. Значит, еще держит дистанцию. Значит — еще игра.
— Ты любишь меня пугать, — буркнула она, пряча глаза.
Я подошел ближе, надел куртку.
— Нет, — ответил спокойно. — Я люблю, когда ты дрожишь, но не от страха.
Она ничего не ответила. Только быстро подрывается и начинает приводить себя в порядок. Ее движения механические. Она старается справиться с волосами, вот только у нее ничего не получается. Это ее злит, а меня веселит. Спустя какое-то время она сдается.
Выходим из номера, и сразу чувствую, как на нее наворачивается неловкость. Эмили смущается, глаза бегают по людям, которые не спускают с нее взгляда. Чую, что она думает о том, что они подумают. Лицо ее краснеет — будто хочет провалиться сквозь землю. Забавно.
И, конечно, не могу упустить шанс добавить ей масла в огонь. Подхожу ближе, и без предупреждения целую. Жестко, прямо в губы. Чтобы все видели, кто здесь главный. Смотрю, как ее глаза на мгновение округляются — этот поцелуй сбил ее с толку еще сильнее.
Отрываюсь от нее также неожиданно, и мы молча идем к машине. Сажусь за руль, завожу мотор. В салоне — тишина, такая густая, что можно резать ножом. Эмили пытается переварить все, что произошло, но молчит. И я тоже. Нет нужды болтать — между нами и так напряжение.
Дорога длинная, вечерняя темнота опускается все гуще. Дом — где-то впереди, а я просто сжимаю руль, готовый к тому, что начнется дальше.
Эмили сидела, уставившись в боковое стекло. Ни одного слова с тех пор, как мы сели в машину. Только глухое молчание и редкие вздохи. Я не стал ее трогать — пусть проварится в собственных мыслях.
Минут через двадцать, когда трасса стала совсем пустой, и в фарах плясали только обочины да редкие дорожные знаки, она вдруг заговорила. Голос был тихим, почти неслышным, но я уловил каждую ноту.
— Я не буду с тобой спать.
Сказано было неуверенно, будто она сама в это не до конца верит. Я усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.
— Разве я спрашивал твое желание? Не тебе решать, куколка, — протянул я.
Она никак не отреагировала. Только крепче сжала руки в кулаки на коленях. Я видел это краем глаза.
— Тогда тебе придется меня изнасиловать.