Я нахмурилась.
— Зачем?
— Если вдруг… будет что-то. Не раздумывай — просто звони. Сразу. Я помогу, как смогу. Поняла?
Я чувствовала, как внутри поднимается тревога.
— Ты не должна… — начала я, но она перебила.
— Я сама решу, что должна. Просто пообещай.
Я кивнула, почти шепотом:
— Хорошо. Спасибо, Тэя.
Как же я могу подставить ее? Почему она такая добрая? Мое сердце сжалось.
Мы вернулись в зал, и почти сразу начался первый танец.
Тэя и Джереми вышли на середину. Свет немного потускнел, осталась только музыка. Он взял ее за талию, и они начали медленно кружиться. Она улыбалась, прижимаясь к нему, будто весь мир исчезал вокруг. А он… он был спокоен, но я видела — он держит ее как сокровище. Как нечто единственное.
Я смотрела на них — и в груди стало странно тепло. Завистливо. Мягко. Горько.
Я повернула голову и взглянула на Дэниеля.
Он сидел рядом, но будто далеко. Взгляд жесткий, сосредоточенный. Уголки рта — напряжены. Но в нем было что-то — неуловимо притягательное. Красивый, сильный. Умный. И такой недоступный.
Как жаль, что мой отец считает его врагом. Что этот танец — не наш. И, возможно, никогда не будет.
Когда музыка сменилась, и молодожены закончили свой танец под аплодисменты, я все еще стояла у края зала, наблюдая за ними. Сердце стучало как-то неровно. От эмоций. От мыслей. От чего-то большего, чего я пока не могла назвать.
— Танцуешь?
Я вздрогнула от знакомого голоса. Повернулась — рядом стоял Дэниел. Спокойный, сдержанный, как всегда.
— Не уверена, что стоит, — тихо ответила я.
— А ты попробуй.
Он протянул мне руку. Я смотрела на нее, колебалась, но все же вложила в его ладонь свою. Его пальцы были теплыми, крепкими. Не отпускающими.
Мы вышли на середину зала. Музыка заиграла медленнее, мягче. Он положил руку мне на талию, и мое тело будто само стало двигаться в такт — осторожно, но уверенно. Мы почти не смотрели друг на друга. Просто танцевали.
— Чья она дочь? — тихо спросила я, так как казалось, что она не с нашего мира. Слишком добрая.
— Не знаю, — сказал он вдруг.
— Как? — спросила я.
— Джереми забрал ее с какого-то дома. Она не имеет отношения к его миру. Он втянул ее в эту тьму, потому что не мог держать член в штанах. Она похоже тоже подсела на него.
Я споткнулась в шаге — едва заметно, но он это почувствовал. Посмотрел на меня. Спокойно. Будто ничего не произошло. Будто только что не унизил ее.
— Что ты только что сказал? — спросила я медленно, глядя ему в глаза.
— Правду, — пожал плечами он. — Между вами ничего общего. Она не из таких, как ты. Ни невинная, ни принципиальная. Просто сделала выбор — и пошла до конца.
Я промолчала.
— Видно, как хорошо на нее подействовало то, что он не стал ждать до свадьбы. — Он усмехнулся, будто это было смешно. — Не терял времени зря. А она и не сопротивлялась. Раздвинула ноги, не задумываясь.
— Любовь меняет. Особенно если взаимная.
— У Джереми черствое сердце. Он не умеет любить. Она просто хороша в постели.
Я промолчала, но понимала, что Дэниел не прав. Джереми смотрел на Тэю не как на вещь. Как на любимую женщину.
Я замерла, но он продолжал танцевать, будто не заметил моего удивления.
— Ты считаешь это важным? — спросил он после паузы. — Девственность, я имею в виду.
Я медленно вдохнула.
— Да. Для меня — да. Это не просто физиология. Это… доверие. Уязвимость. Подарок, который отдаешь только одному человеку. Если он заслуживает.
Он не ответил. Только чуть сильнее сжал мою талию, притянул ближе.
Мы двигались почти в унисон. Я чувствовала его дыхание. Его руку на своей спине. Его взгляд, которого избегала.
И все равно смотрела на него.
Смотрела — и понимала: мне хочется, чтобы именно он был первым. Не сенатор, не политик, не чей-то выбор. А он. Этот мужчина. Холодный, резкий, слишком взрослый и слишком опасный для меня. Но в его молчании была защита. А в его жестах — жизнь.
Хочу хотя бы раз не слушать никого. Просто почувствовать. Быть живой. С ним.
Пусть это будет ошибкой. Пусть больно. Но, может… хотя бы один раз — почувствовать себя счастливой.
Музыка подходила к концу. Я все еще была в его объятиях. Все еще молчала.
И впервые не боялась.
Глава 35
Дэниель
Выпендрежник.
Вот что я узнал о Джереми, как только мы переступили порог ресторана. Да, я слышал про широкую ногу у русских, но сегодня он будто демонстрировал всему миру не богатство — власть. Он не просто устраивал свадьбу. Он показывал, что его выбор — под защитой. Или что его выбор — его слабость. А это уже опасно.