От мыслей меня отвлекла Эмили. Она вышла из ванной, уже одетая.
— Я готова, — тихо сказала она. Без вопросов.
Это мне нравится. Сейчас нет времени все объяснять, а мне и не хочется, чтобы она волновалась.
Я сбрасываю с себя одеяло и начинаю быстро натягивать одежду. Время пошло
На выходе из спальни я задержался на секунду — машинально проверил пистолет в кобуре под рубашкой. Все на месте. Эмили бросила короткий взгляд, но ничего не сказала. Умница.
Из номера мы выходим быстро. Не теряя ни секунды.
Я сжимаю руку Эмили так, словно она последняя нить, удерживающая меня в реальности. Она теплая. Живая. Я не могу ее отпустить. Не имею права. Когда она теперь в моей ответсвенности.
Коридор встретил нас тишиной, будто ничего не произошло. Только меня не обмануть это тишиной. Слишком спокойно. Это неестественно. Если мой отец уже здесь — он не просто знает, где я. Он уже разослал своих людей.
Блядь, откуда он узнал, где я?
Мы вылетаем на улицу и сразу натыкаемся на Дмитрия. Он стоит у машины, как будто ничего не происходит. Прикуривает сигарету, словно просто водитель. Спокоен до омерзения.
Я его помню. Он был на всех встречах с Джереми.
Доверенное лицо. Наши отношения точно поднимаются на новый уровень. Раз Джереми отправил на мое спасение доверенного человека. Правую руку. Заслужил конфет, но только если мы точно выберемся.
— Постойте еще пару минут, — произнес Дмитрий, не глядя на нас, — и вас застрелят.
Черт. Я действительно задержался у входа. Ошибка. Глупая, смертельная ошибка.
Мы бросились к машине. Я втолкнул Эмили внутрь первым, сам прыгнул следом.
Дмитрий не терял времени. Сел за руль, завел, и машина сорвалась с места.
— Что происходит? — наконец подала голос Эмили. Голос дрожал.
— Ничего, о чем тебе стоит волноваться.
Я не могу ей сейчас все объяснить. Позже. Когда будет безопасно. Если будет. Набрав Брайна, я ждал, когда тот ответит. Гудки шли.
Эмили напряжена как натянутая струна. Я кладу руку ей на колено — пытаюсь ее успокоить, но понимаю, что это больше для меня.
— Да?
— Блядь, ты пока ответишь, меня убьют.
— Не ерничай, что случилось?
Он звучит спокойно. Слишком спокойно. Не знает? Разве мои люди не доложили ему, что мы экстренно уехали?
— За нами охотятся. — Эмили сжалась, как будто эти слова ударили ее физически.
Прекрасно. Я планировал романтический день. Вышел какой-то чертов триллер.
— Я говорил, что Джереми доверять нельзя, — бросает Брайан.
— Это не Джереми. Это мой отец. Тебе еще не доложили?
— Нет. Сука, я потом разберусь с ними. Где вы?
Что-то не сходится. Эти солдаты были его. Он сам их мне назначил.
Почему он ничего не знает?
Блядь, неужели он крыса?
Могу ли доверять своему другу?
Блядь, могу. Я не собираюсь гонять в своих мыслях сомнения в нем.
— Мы направляемся в аэропорт. Оттуда — сразу во Флориду.
— Юго-западная, — спокойно уточняет Дмитрий.
— Понял. Я буду там. Не смей сдохнуть. И невестку мою живой привези. — звонок обрывается, не дав мне ответить.
Я продолжаю гладить Эмили по ноге. Это почти бессмысленно. Она напряжена до предела.
И я не могу ее утешать.
Слова в голове не складываются. Что сказать, когда весь мир рушится? Не знаю какие слова подбирать в такой момент.
Машино резко сворачивает, и так как мы были непристегнуты, то Эмили врезается в меня.
— Водить не научился? Не дрова везешь. — рыкнул я.
— За нами погоня. — отозвался Дмитрий, будто просто сообщал прогноз погоды.
Я обернулся. Два внедорожника. Блядь. Они почти нас догнали.
— Сможешь оторваться?
— Заткнись и наблюдай. — снова спокойный голос. Он что успокоительные ведрами пьет?
Машина мечется по улицам. Дмитрий ведет ее так, будто родился за рулем.
Но это не гонка. Это бегство.
С каждым поворотом, с каждой секундой — шанс либо выжить, либо сдохнуть.
Внедорожники не отстают.
Пока что — без стрельбы. Днем стрелять опасно. Слишком много глаз. Слишком много камер.
Но это не значит, что все под контролем.
Эмили прижимается ко мне еще сильнее.
— Это мой отец? — спрашивает тихо.
Я киваю.
— Да.
— Я не хочу к нему.
— Ты не попадешь. Обещаю.
— А если он нас догонит? Я не хочу, чтобы из-за меня вы умирали.
Господи, почему она такая добрая?
— Никто не умрет. Не на территории Джереми, — холодно произносит Дмитрий.
Эмили поднимает на меня глаза. Ищет опору. Я обнимаю ее крепче, сильнее.