Телефон завибрировал на столе.
Отец. Кто бы сомневался.
Холодок пробежал по спине.
Я провел пальцем по экрану, взял трубку.
— Да.
— Ты охренел, щенок? — голос отца гремел, как выстрел. — Ты думаешь, я не узнаю? Ты женился на этой девке?!
— Все под контролем, — ответил я спокойно, сдерживая раздражение. — Она не мешает.
— Мешает?! Она — пятно на нашей фамилии! Ты позоришь мою кровь, Дэниель. Притащил в дом грязную девку. Только писька и наивные глазки. Ты сошел с ума?
Я сжал кулак. Молчал.
— Слушай сюда. — Он говорил медленно, с нажимом, как будто каждое слово было плетью. — Ты избавляешься от нее. Немедленно. Она слабое звено. А я не потерплю слабости. Ни в тебе. Ни рядом с тобой.
— Я разберусь, — пробормотал я, глядя в темноту за окном.
— Нет. Ты сделаешь, как я сказал. Либо я сам приеду и уберу эту сучку.
У меня закипала кровь, но я держал лицо.
— Она мой трофей, отец. Я контролирую ситуацию.
— Ты не контролируешь ни хрена! Что ты вообще делаешь? Спишь с ней? Спи. Трахай ее, зачем фамилию давать? Даже если ты поменяешь ей имя, она всегда останется шлюхой Морелли. — он захохотал резко, как будто ему это казалось безумной шуткой. — Твоя мать бы в гробу перевернулась, если бы видела, как ты слабеешь.
Я стиснул зубы. Его слова резали по живому.
Моей маме бы понравилась Эмили, я в этом уверен.
— Отец.
— Хватит. Трахни ее еще пару раз и выброси.
Он замолчал на секунду. Потом резко, холодно:
— У тебя неделя. Или ты избавляешься от нее, или я избавлюсь от вас обоих. Надо было трахнуть ее при тебе, чтобы ты интерес потерял к ней.
Отец сказал свое.
Только он не знает мой план
И я никогда не позволю ему прикоснуться к ней.
Никогда.
— Она беременна. — слова слетели с моих губ прежде, чем я успел подумать.
Молчание. На той стороне трубки будто наступила смерть.
Потом взрыв.
— ЧТО?! — рявкнул отец так, будто я признался, что я боюсь убивать. — Ты безмозглый щенок! Ты даже трахаться не умеешь, как положено?! Ты не слышал про презервативы? Или мозги вытекли?!
Я сжал челюсть. Это была слабая уловка, но сработала — он перешел с угроз на оскорбления, а значит — потерял фокус.
— Это уже не изменить, — тихо ответил я.
Я выжидал, пока он сообразит. Сделает беременность пощечиной в сторону ее семьи.
— Это плевок в лицо Морелло! — прошипел он. — Ты не просто запятнал имя, ты размазал его по дерьму. Ты сделал девку из ниоткуда матерью моего внука. Отлично. Просто идеально. Весь мир будет смеяться над ним. Ладно, может ты не такой уж идиот.
Я ничего не сказал.
Он теперь в ловушке.
Ребенок — это не просто защита. Это то, с чем он не посмеет торопиться. Он не станет стрелять в живот беременной. Пока.
— Больше не действуй за моей спиной, Дэниель. — Голос стал ледяным, тихим. — Хочу увидеть свою невестку. Приедете к нам сразу, как сможете.
Щелчок. Звонок завершился.
Отец оборвал разговор, как всегда — первым. Как приговор.
Я все еще сидел в кресле, когда понял, что кулаки побелели. Ладони вспотели. Внутри — сплошной шум. Сердце било в висках.
Нужно было выйти. Спуститься. Найти Эмили. Сделать вид, что все в порядке.
Я встал. Плечи болели от напряжения, но я подошел к двери.
Открыл.
И замер.
На пороге стояла она.
Эмили.
Глаза расширены. Губы дрожат. Она выглядела как человек, который только что получил удар под дых.
— Кто… кто беременна?
Тихий голос. Легкий надлом.
Она все слышала.
Каждое слово.
— Куколка, — выдохнул я, подступая ближе. — Это не то, что ты думаешь.
Она отступила на шаг, взгляд остался прикован к моему лицу. Слезы не текли, но я видел, как внутри все рушится.
— Ты сказал ему, что кто-то беременна? — она будто пробовала слова на вкус. — Я не хочу быть второй.
Маленькая моя. Ты единственная.
— Я сказал отцу, что ты беременна.
— Но я не беременна, зачем ты это сделал?
— Это был единственный способ. Он угрожал тебе. Я сказал первое, что заставит его отступить. Хоть на время.
—А что будет, когда он узнает правду? — она спросила это ровно, без истерики.
— Ничего.
— Я не беременна, Дэниель. — она не понимала к чему я веду.
— Пока — нет. — Я провел рукой по волосам, чувствуя, как накатывает бессилие. — Но мы будем работать над этим. Начнем прямо сейчас.
Она посмотрела на меня.
— Ты не выносим.
— Поэтому я тебе нравлюсь.
Она развернулась в попытке убежать, но я схватил ее на руки и занес в свою комнату. Нашу комнату.
В воздухе раздается стон, когда я бросаю Эмили на кровать.