-Лейн! Подожди Лейн! – кричала она, задрав руку вверх. В ее руке красовался его оберег.
Юноша подошел ближе и пришпорил коня, выбившись из общей процессии. Девушка все же протиснулась вперед и оказалась возле его лошади.
-Лейн, я тут…вот…это тебе! – протянула она ему прямо в руку подарок. Слова путались как и всегда, но ей некогда было их подбирать.
-Астрид…- растянулся он в улыбке.
Лейн ловко расправился со шнурком и затянул его удобно на шее. Оберег шел ему. Делал его самым настоящим красавцем. Почти аристократ, - подумалось ей. Астрид не заметила, как его руки проворно схватили ее за манжеты широких рукавов.
-Это на удачу. Я делала его с мыслями о тебе, Лейн. Вернись живой и невредимый, - почти умоляла она его. Глаза налились слезами, но девушка не позволяла ни одной слезинке соскользнуть с ее глаз, пока он не минует ворота.
-Спасибо тебе зеленоглазка. Я обязательно вернусь, жди меня, - проговорил он уверенно, а затем склонился и поцеловал ее руки так нежно, как только мог.
Астрид едва не задохнулась от его прикосновения, так искренне это было, что не хотелось больше никогда отпускать его. Но вот мгновение и их руки разомкнулись, а след от поцелуя так и остался гореть яркой меткой на ее прохладной коже. Лейн тронулся и лошадь покорно зашагала дальше. Девушка упрямо провожала его широкую спину. А тот больше не поворачивался. Примета плохая была. Астрид продолжала смотреть ему вслед, пока не увидела, как он снова остановился рядом с кем-то. Девушка не веря уставилась, выискивая глазами цель его остановки. Это был ее отец. Он тоже там стоял, но зачем Лейн подошел к нему? Вот Лейн склонился ниже, что-то сказал ему, а затем протянул руку и вложил в его ладонь маленький предмет. Астрид не разглядела что там было. Отец спустя минуту оглядел свою руку, а затем кивнул и что-то ответил. Астрид пыталась услышать хоть слово, но все было тщетно.
Лейн снова тронулся и больше уже не останавливался. Так и проводила девушка его полными глазами слез до ворот. А как только его спина растворилась в толпе, крупные слезы тут же прочертили соленые дорожки на холодных щеках.
Визуализация героев 1-1
Представленные герои находятся пока в юном возрасте.
Астрид (15 лет)
Лейн (21 год)
Бран (19 лет)
Глава 6. ЗЕЛЕНОГЛАЗКА.
Лейн
Вот уже почти семь лет его отца не было рядом. Дорн погиб от руки лучшего друга. От руки того, с кем делил хлеб и воду в тяжелые времена, когда война простиралась по всем королевствам без исключения. Что отец чувствовал, когда познал предательство? Когда сидя в тепле и сытости у себя дома, никак не предполагал удара в спину? Лейну было всего четырнадцать, когда это случилось. Рослый мужчина с глубоким шрамом на лице в тот вечер был их гостем. Мать его приняла как родного. Отец и его друг пили почти до самого утра, когда на кухне послышался грохот и звук разбившейся посуды. Они с матушкой нечего не успели сделать. Только в глазах так и застыло бездыханное тело его отца, лежащее на полу спиной к верху, с торчащим из него тесаком. И только спустя полгода убийца объявился сам. Пришел в их деревню и снова вошел в их дом. Пришел с повинной. Сказал, что был пьян, дал два мешка серебром. Совесть замучила? Пытался откупиться от них с матушкой. Но что было Лейну до его денег? Он только и помнил, как выхватил отцовский меч из ножен и отхватил ему руку по локоть. Промазал. Лейн целился прямо в сердце, но гад выставил перед ним ладонь. Смотритель тогда лютовал. Где это видано чтобы в их деревне творились убийства? Ему хватило смерти Дорна, и вот через полгода уже новый рецидив. А убийца словно под крылом чьим-то ходил. Все ему ни почем. Однако спустя год удача того покинула. В их деревню пришли вести о его кончине, допрыгался предатель. Местные знали его в их деревеньке. Сказали, что нашли его тело неподалеку в ручье по весне. Лицо расплывшееся, однако шрам виден. Обрубок вместо локтя на правой руке, да грамота в кармане осталась на его имя. Убил ли его кто или сам решил утопиться с горя - история умалчивает.
Только вот что Лейну до того. Он оставил их с матерью без мужа и отца. Без кормильца. Его брат Кай жил далеко, и у него уже была своя семья. И теперь Лейн был за старшего в их доме. Он был единственным мужчиной. Матери тяжело давался быт после смерти отца. Почти всю работу делал Лейн, и даже помогал с готовкой и уборкой периодически. Но горевать всю жизнь никто не сможет. И матушка начала приходить в себя. Все же не одна осталась. По началу она резко состарилась со смертью отца, хотя всегда получала комплименты о своей внешности, коей возраст был ни по чем. Ее некогда длинные каштановые волосы покрылись сединой. Кожа поблекла, морщины взяли свое. Да и годков ей было уже к пятидесяти. Все же он был младшим сыном, и разница у них с Каем была почти пятнадцать лет. Теперь она почти никогда не снимала платка, даже дома. Синие глаза матушки стали цвета прозрачной водицы, будто и не было никогда тех ярких синих словно глубокое озеро очей.