— Астрид, не смей! Посмотри на меня? — встряхнул он ее за плечи.
Тут же подбежала мать и бросилась ему на шею, рыдая горькими слезами.
— Не пущу! Не пущу! — вцепилась она руками в него.
Девушка отошла на ватных ногах от них и осела на землю, не веря всему происходящему. Вокруг нее была похожая картина, женщины вокруг плакали и причитали. Кто-то возмущенно кричал, кто-то спорил, вокруг поднялся гул недовольных односельчан.
— А ну тихо! — крикнул смотритель, — Я не могу повлиять на это. Если сейчас вы не защитите нас, то пострадают наши женщины и дети! Подумайте о них лучше!
Толпа стихла, разбредаясь по своим домам. Кто-то остался. Девушка же просто брела в сторону от площади. Ее захлестнуло настоящее горе. Не разбирая дороги, Астрид набрела на конюшню и увидела мирно расхаживающего Лейна внутри. Видно он только зашел и собирался заняться своими делами. Достал щетки, проверил седло. Делал все так буднично, словно и не было этой беснующей толпы на площади. Девушка громко всхлипнула, заставив парня подпрыгнуть на месте и обернуться.
— …Астрид?
Девушка не дала ему договорить, кинулась Лейну на шею и стала плакать. Его руки крепко обняли ее и прижали к себе. Несмотря на все прошлые недопонимания, он был нежен и заботлив с ней.
— Лейн не уходи! Сначала отец, теперь ты!
Кажется она уже и забыла о тех сердечных метаниях в ее душе несколькими днями ранее.
— Я не могу. Все кому восемнадцать и более — военнообязанные, — проговорил он, отстраняя ее от себя, чтобы заглянуть в лицо.
— Это не справедливо!
— Астрид, о чем ты говоришь?
— Это не справедливо, Лейн! Почему война забирает только хороших людей?! Откажись Лейн! Ты мне нужен!
Глаза парня на миг удивленно посмотрели на нее, наверное ожидая чего-то еще, но девушка вовремя замолчала, понимая, что сказала что-то лишнее и опустила голову.
— Через несколько дней будут сборы. Мы уедем Астрид. Это будет тяжелая дорога и мне нужно подготовиться. И я буду очень признателен тебе, если ты …будешь иногда захаживать к нам с матушкой. И после тоже… Она ведь одна останется. После смерти отца, ей не на кого кроме меня положиться. Я понимаю, у тебя и своих забот полно будет…
— О чем ты Лейн! Я обязательно приду, и сегодня, и завтра, и … — рыдала она.
Боже, а у нее ведь отец тоже уедет! Он тоже уедет! Астрид снова разрыдалась, однако Лейн снова обнял ее и начал нежно гладить по голове.
— Ну полно тебе, разве это навсегда? — начал было успокаивать ее он.
— А вдруг… вдруг ты больше не… — парень с укором посмотрел на нее.
— Даже не смей говорить это вслух. Я вернусь. Обязательно вернусь. Обещаю. У меня остались незаконченные дела здесь, — нахмурился он, выжидая ее реакции.
— Хорошо… — кивала она головой, словно цепляясь за последнюю надежду. — хорошо…
— Вот и славно зеленоглазка, — улыбнулся он.
Что ж по крайней мере он дал обещание. И зная Лейна, нарушить свое обещание он никогда не посмел бы. На сердце было тяжко, а вернувшись домой стало еще тяжелее. Отец занимался сборами, матушка бегала за ним и умоляла остаться. На глаза снова навернулись слезы. Хотелось выть от тоски. Оставалось всего три дня. Боги дайте ей сил…
Однако в этот раз они услышали ее и решили сделать все по-своему. Отец в ночь ушел к старому приятелю — господину Нортону, так сказать, опрокинуть пару чарок, вспомнить былое, да отдохнуть вдоволь пока была такая возможность. А вот вернулся он не своими ногами. Господин Нортон — главный конюх, привез его под утро на телеге с лошадью обратно домой. Матушка сначала было разозлилась, стала кричать на него, предполагая, что мужа привезли пьяным вусмерть. Однако отец не стал реагировать на ее крики и тихо подозвал конюха к себе, чтобы тот помог ему вылезть из телеги.
— Ховард? Что с тобой? — подбежала матушка к телеге, как только заподозрила неладное.
— Грейс, ваш муж кажется сломал ногу, когда слазил с лошади, я через пару часов пришлю к вам местного лекаря, — проговорил виновато конюх.
— Да как же это так-то?
— Да вот, Нортон мне решил его личного мерена показать, — ухмыльнулся он, а затем продолжил, — мы разговорились про войну, начали вспоминать былое. Я сказал, что истинному всаднику любой конь не по чем. И вот как видишь я тут с переломом, — рассмеялся Ховард, будучи еще во хмелю.
— Нортон помогите его завести в дом, ему нужен отдых до прихода врача, — сверкнула женщина глазами. Матушка была недовольна происходящим, так еще и перед лекарем будет неудобно, если ее муж до его прихода не протрезвеет.