— Грейс, милая не кипятись. Все будет хорошо.
Однако матушка оставила без внимания его слова и молча зашла в дом.
Ближе к обеду Астрид помогала накрывать на стол и уже собиралась навестить Лейна, когда к ним в дом постучались. Седовласый и сухопарый мужчина в очках стоял на пороге с небольшим деревянным ящиком в руке. Девушка не знала, как его зовут, но по одежде поняла, что это лекарь. Его она ни разу не видела в их деревне, поэтому с недоверием впустила в дом.
— А… проходите, проходите Карл, мы вас сутра еще ждем, — проговорила женщина, провожая того в родительскую спальню.
— Простите Грейс подзадержался немного в пути. Староват я уже для прогулок стал. Обычно пациенты сами ко мне приходят, — проговорил он извиняющимся тоном.
— Ничего, ничего.
Астрид проследовала следом за ними. Отец уже пришел в себя и лежал с грустным видом на кровати.
— А… Ховард. Здравствуйте, мне сказали, что сегодня сутра вы не очень удачно слезли с лошади, — улыбнулся он ему, будто и не замечая его угрюмого вида.
— Вот, — сказал он, откидывая одело, — скажите, восстановление затянется на долго?
Так вот почему отец грустный. Кажется он расстраивается, что пропустит сборы и придется ему намного позже выезжать из дома. Однако лекарь не спешил отвечать на вопрос, придирчиво ощупывая щиколотку и пятку отца.
— Ну что там? — не унимался он.
— Ничего хорошего, — цокнул он языком. — Восстановление конечно будет очень долгим, да и ходить вам теперь будет куда сложнее.
— О чем вы? — вклинилась матушка.
— Пятка раздроблена, еще и застарелая травма в щиколотке дала о себе знать. Скажите, когда вы ее получили?
— Что еще за травма Ховард? Ты мне ни о чем не рассказывал, — уперла руки в бока женщина.
Мужчина еще больше нахмурился, кажется уже прощаясь с военными сборами принципе.
— По молодости попал под телегу, лошадь неслась как с пожара. Едва уцелел в тот раз. Получил сотрясение.
— Что ж Ховард. Сейчас у нас время тревожное. А вы я как посмотрю числитесь в списках призывников? Так вот скажу вам сразу, вы не годны к военной службе. Ваш возраст уже не молодой, застарелая травма так и не заросла, имеется сотрясение, так еще и пятка разбита в кости. Заживление будет болезненным и к сожалению, ходить вам теперь придется только с тростью. Вам повезло, что это не случилось там.
— Боги… — выдохнула матушка, присев на скамью рядом. А спустя секунду она рассмеялась и расплакалась, кажется от счастья.
— Сейчас я выпишу бумагу о вашей непригодности, отдам смотрителю, а он направит информацию в город.
— Спасибо вам Карл. Женщина уже не стесняясь своих эмоций, пожимала обе руки лекарю и чуть ли не целовала его в обе щеки.
— Грейс, прекрати уже, — возмутился недовольно отец.
— Я всегда говорила тебе Ховард, что негоже молодиться в твоем возрасте! Вот ты и наказал себя сам… а может и спас… — схватилась в последний момент за голову матушка.
— Матушка, ты как? — подлетела запоздало Астрид к ней.
— Все хорошо, просто голова закружилась…
От счастья — подумалось девушке. Астрид не смогла скрыть свою улыбку и вышла из спальни вместе с ней.
— Все хорошо, — погладила она ее по спине.
— Да, теперь все будет хорошо, — повторила она.
Да… однако война только началась. Что будет, если спустя время чужеземцы постучат и в ее дом? Однако эти мысли девушка решила оставить на потом. Все равно от ее отца там толку было бы меньше, чем здесь, — подумалось ей.
Чуть позже Астрид направилась в дом Лейна. Госпожа Хильд была в растрепанных чувствах, ее синие глаза опухли, а на лице заострились морщины. Ее лицо о многом сказало девушке, там и бессонная ночь и много пролитых слез. Но Астрид упорно улыбалась и подбадривала безутешную женщину. Говорила, что Лейн обещал вернуться, а Лейн никогда не нарушает данных обещаний. Говорила верить в него. Да много чего говорила, пока сам виновник разговора пропадал у смотрителя. Лейн готовил все нужные бумаги до отправления. Помимо этого, нужно было подковать свою лошадь, сделать обмундирование и много чего еще. У господина Роя кстати работы было сейчас навалом. Бедный кузнец не успевал заниматься снабжением деревенских парней и на помощь к нему пришел его сын. Кажется его звали Дан. Он был старше нее где-то на год. Девушка редко его видела гуляющим среди своих ровесников, потому что он почти всегда был занят работой у отца. И кстати, кажется на него она в прошлый раз и налетела, когда убегала с кузницы. Астрид так некстати вспомнила Хельгу и Лейна. Однако больше ревности в груди не было. Там поселилась грусть и переживание за друга, Астрид почему — то была уверена, что Хельга после этого даже не навестила его ни разу, хотя откуда ей было это знать. Сейчас все ее внимание сместилось на последние три дня, что она могла украсть у времени. Она решила для себя, что больше не будет поддаваться грусти и печали, ведь скоро Лейн уедет и в ее памяти останутся только эти краткие мгновения. Зачем их омрачать.