— Раз так умело разбираешься в тканях, от чего сама ходишь как мышь серая?
Астрид упрямо посмотрела на нее, не спеша с ответом.
— Мне это ни к чему.
— И то верно. Ни что тебя не скрасит, коль ведьмой ходишь по двору, — брезгливо проговорила она, а затем продолжила, — и все одно — мужики справно дорожку топчут к твоему дому, — поморщилась она.
Астрид вопросительно уставилась на нее.
— Не делай вид, что не понимаешь о чем я! Думаешь я совсем дура?!
Хельга резко схватила ее за воротник платья и выплюнула со злостью:
— Чем ворожила Лейна?! А ну-ка поделись секретом мерзавка!
— Пусти! Совсем сума сошла?
Астрид вцепилась руками, пытаясь оторвать девицу от себя, но та была сильнее.
На счастье девушки, в комнату вошла госпожа Ингрид, и Хельга быстро отпустила ее уже изрядно помятый воротник.
— Ох, чтобы я без тебя делала Астрид. Вот, возьми пожалуйста и передай своей матери благодарности, — улыбнулась женщина, совсем не замечая напряженную атмосферу вокруг.
— Спасибо госпожа.
Астрид понуро схватила корзину, мешочек с деньгами и вышла наружу. Разгладив ворот платья, девушка бегом засеменила в сторону дома. На сегодня было достаточно.
Холодными вечерами она часто сидела на крыльце своего дома и бездумно глядела на темную полоску леса, что виднелась вдали. Она старалась не давать своим мыслям свободы. Как только в мозгу проскакивала хотя бы одна маленькая мысль о Лейне, девушка сразу вставала и уходила в дом. Ее сердце разрывалось на части стоило ей только представить на поле брани сражающегося друга. Она признавалась себе в собственной трусости и малодушии, но ничего не могла с этим поделать. И только под покровом ночи, когда никто не властен был над ее снами, он приходил к ней. Иногда он умирал, истекая кровью совершенно один под черным небом. И тогда Астрид просыпалась от кошмаров в холодном поту, еще долго пытаясь успокоить свое сердце. Убеждая себя, что это просто сон, а он должно быть сейчас спит у горячего очага где-нибудь в лагере. А иногда… иногда ей снилось что он вернулся домой, а может и не уезжал вовсе. Что на дворе теплое лето и они гуляют с ним по лесу держась за руки. Она собирает цветы, а он рассказывает ей смешные истории. Пару раз он даже целовал ее так нежно, что на утро ее губы горели от невидимых поцелуев, которых она возможно никогда и не познает в своей жизни. Но счастливых снов было гораздо, гораздо меньше. Астрид благодарила ночи, когда те лишали ее снов и та просто проваливалась в беспамятство, вставая утром как ни в чем не бывало.
Довольно часто она приходила к госпоже Хильд. Женщина исхудала из-за чего морщины стали глубокими, глаза впали, а волосы полностью поседели. Если раньше женщина только частично была седой, то теперь возраст взял свое. Однако она старалась держаться, от чего Астрид становилось совсем уж грустно. Они обе тосковали по Лейну, но их боль была совсем не похожей друг на друга. Ей не дано было понять, что чувствует мать, провожая своего ребенка на верную смерть. И теперь им предстояло вместе томиться в часах мучительного ожидания, которое однажды закончится. Вот только что за исход у него был, одним лишь богам было ведомо.
Однажды матушка предложила ей заняться работой. Астрид исправно выполняла все домашние обязанности и не совсем понимала, в связи с чем поступило такое предложение. На что женщина лишь улыбнулась и сказала, что Астрид нужно чем-то заниматься в будущем.
— Скотина, уборка и готовка — рутина убивающая радость от жизни. Попробуй что-то еще, — говорила она, — Я вот люблю ткать полотно, мне помогает отвлечься…
И тогда матушка решила подсобить местному лекарю Карлу. Старик был уже совсем стар, а на смену ему никого не было. Работа подмастерьем у лекаря смогла бы отвлечь Астрид от ненужных дум. А потому девушка быстро согласилась. По началу конечно ей было трудно. Куча талмудов с различными лекарственными травами, множество определений к неведомым ей ранее болезням. Приходилось часами пропадать у него в избе, корпя над книгами. Раньше она любила читать, но все что она читала были лишь сказки, да легенды. А тут серьезная литература, которая давалась ей очень не просто. Все было бы совсем уж плохо, если бы не помощь наставника Карла. Они ходили вместе в лес, он показывал ей различные растения, пока еще трава совсем не пожухла, да поздние ягоды не отошли. Практика тоже имела место быть, к нему домой часто приходили односельчане, да жители соседних сел — у тех давеча местный лекарь помер от лихорадки как месяц уж. Поэтому работы было хоть отбавляй. Но в основном то были бытовые переломы пальцев, да расстройства желудка попеременно с запорами. Астрид уже и сама могла подлечить такие расстройства — благо практики хоть отбавляй. А вот колотые раны, рассечения, воспаления, сильнейшие переломы костей, смещения и даже инфекции, о которых она недавно узнала — все это ей было страшно интересно. Но Карл мог предложить только иллюстрации в книгах, да записи в собственных журналах.