После того раза с ним что-то случилось. Барьер между ними рухнул и теперь мужчина был волен делать все что желал. Это с одной стороны пугало его самого, а с другой неистово возбуждало. Он и не думал, что ее тело так сладко будет отзываться под его руками. И с упоением наслаждался этим. И как не кстати он позабыл о том, что на его желанную девочку кто-то тоже может иметь свои виды! Когда он был рядом с ней, то забывал обо всем. И это стало его ошибкой. Ведь нужно было пойти и разобраться со всем этим еще тогда, когда он только вернулся домой. Ревность и ненависть затопили его так сильно, что мужчина запоздало понял, что едва не убил мерзавца собственными руками.
В тот день он намеревался попросить Марко о помощи, чтобы перевезти на телеге новую мебель в их дом на опушке, которая не так давно приехала из города. Мужчины уже направлялись к площади за телегами, когда Лейн заметил отчаянно вырывающуюся фигурку Астрид рядом со смутно знакомым профилем недоноска. Он куда-то тащил ее волоком, все оборачивались, но никто ничего не делал. Внутри него тогда зародилось нечто ужасное. Что это было он не понял, но знал, что дороги назад уже не будет. И тогда подлетев к уроду, Лейн с наслаждением схватил его за воротник, чувствуя, как грубая ткань душит его, натягиваясь прямо у самой шеи.
— Иди Астрид, — только и прошептал он, когда увидел полные ужаса глаза и бережно отодвинул ее в сторону от себя.
…разорвать недоноска…
— Чего тебе урод?
Сученыш не боялся. Бран даже не сразу узнал его. А Лейн почувствовал, как изнутри расползается нечто страшное, затапливая все уголки его души. Жестокая улыбка наползла на его губы, в предвкушении долгожданной расправы.
— Она моя невеста.
Народ должен был услышать, прежде чем он свернет ублюдку шею.
— Повтори? — прошипел он.
…уничтожить мелкую падаль…
— Ты распускал свои поганые руки, сученыш, — осклабился он. — И я не только про сегодня. Думаешь я не знаю, за что тебя отправили в казармы щенок? — улыбнулся он зловеще, выдергивая резким движением свой локоть обратно.
О да… Лейн слышал эту историю из уст самого Марко. Он тысячу раз прокручивал в голове все возможные варианты расправы с ублюдком. От мучительной смерти, до быстрой. И каждый раз чувствовал наслаждение, расползающееся липкими щупальцами внутри. Марко тогда просил не распространять эти вещи, иначе всем придется не сладко, но Лейн уже не слушал. В его голове были другие мысли.
…разорвать ублюдка…
А голос внутри все нашептывал, подталкивал, будил темное нечто…
Бран отвернулся совсем на секунду, прежде чем заметил в толпе Астрид. Он смел смотреть на нее взглядом полным ненависти. На его девочку. Его зеленоглазку. Она замерла от ужаса, вцепившись в руку подруги. Все. Это стало последней каплей.
Этот урод смеялся, распаляя его тьму еще сильнее. Прошло совсем немного времени, прежде чем его улыбка погасла, а глаза прищурились. Недоносок резко развернулся в его сторону и попытался напасть. Но вот незадача, мужчина одним лишь движением руки отправил его глотать пыль, как только тот показался на опасно близком расстоянии к нему. Лейн ждал. Ему было интересно, что еще придумает жалкий червь. Прошло немного времени, прежде чем Бран медленно поднялся и пошатнувшись встал в полный рост, нагло ухмыляясь. Он еще не понимал, что подписывает себе. Самоуверенность его — была его погибелью. Он поздно осознал, что любой его удар Лейн читает, как открытую книгу. В конечном итоге руки мужчины привычным движением пригвоздили урода к земле, когда в результате подсечки, тот свалился на колени прямо перед собственным палачом. Лейн тогда улыбнулся. Его локоть зажал шею недомерка и начал душить ублюдка. Он хотел видеть его глаза, поэтому вторая рука схватила его за волосы и запрокинула голову назад. По венам растекалось приятное чувство. Ему нравилось видеть во взгляде противника удивление и отчаянную попытку что-то исправить. Но было уже поздно.
— Скажу только один раз, сученыш… Больше не смей трогать Астрид. Она моя, — прошипел он, грубо отпустив его запрокинутую голову, из-за чего Бран не удержав равновесие упал лицом прямо в землю, захлебываясь дорожной пылью.
Лейн краем глаза заметил своего друга. Тот тревожно косился на уродца, лежащего в грязи.
— Лежи и не вставай, если не дурак, — крикнул Марко.
Ну уж нет. Не выйдет друг. Эта падаль получит свое. А ты даже не пытайся лезть. Лейн стрельнул угрожающим взглядом в толпу, а затем снова вернулся глазами к телу, которое вздумало снова подняться на ноги. Урод встал сам себе на погибель. Кулаки уже привычно сжались, в предвкушении скорой расправы. Лейн даже осознать не успел, когда вцепился в ворот этого урода и стал наносить стремительные и сильные удары с каждым разом делая это все сильней и безжалостней. Удовольствие расходилось волнами по телу, а демон все потешался внутри него.