— Жара становится невыносимой, и я боюсь, что погода, предшествующая празднику Выбора, может оказаться неблагоприятной. Не могли бы вы, ваше высочество, вызвать небольшой прохладный ветерок? — произнес чей-то голос, и Ривен узнала приятный тенор, принадлежащий слуге Броуна.
— Это так, — донесся сквозь дверь ответ самого Броуна. — Но я не хотел бы прибегать к помощи камней ради таки пустяков, Страй.
В волнении Ривен крепко сжала руки. «Он не хочет по пустякам прибегать к по мощи камней, потому что они и так вытягивают из него слишком много сил, — подумала она. — Может быть, он носит их уже настолько долго, что стал физически неспособен воспользоваться их могуществом» .
Одна из выходящих в коридор дверей внезапно распахнулась, и Броун, по пятам преследуемый слугой, вышел из комнаты. Оба мужчины отпрянули, чуть не налетев на Ривен.
Король первым пришел в себя, и его голубые глаза сузились. Ривен попыталась было обогнуть его, но он загородил ей проход и, отпустив слугу, строго спросил:
— Что ты тут делаешь? Этот проход закрыт для всех, кроме моих слуг.
— Я хотела просто попасть в Зелету из зала, где выставлены портреты, — правдиво ответила Ривен, однако вместо того, чтобы посмотреть Броуну прямо в глаза, она стала рассматривать золотой браслет у него на запястье.
Выражение лица Броуна смягчилось и даже стало игривым. Он осторожно взял ее за подбородок и попытался приподнять ее голову.
— Посмотри на меня, Ривен, и ответь, почему ты избегаешь меня? Мы оба знаем, что в ночь, когда ты спасла мою жизнь, ты приходила ко мне, и я был бы только рад этому. Я ищу тебя повсюду с тех самых пор, желая заключить тебя в объятья. Приходи ко мне сегодня ночью!
Ривен сердито взглянула на него. Его нахальство и ее собственная невольная реакция на близость Броуна привели ее чуть ли не в бешенство.
— Вы ошибаетесь! Я вовсе не к вам приходила в ту ночь. Все было именно так, как я рассказывала.
Броун ласково провел пальцем по ее подбородку:
— Тут нечего стыдиться. Только приходи — и ты займешь самое почетное место в моей свите. Ты должна знать, что я возжелал тебя в тот самый миг, когда впервые увидел.
— И вы говорите мне об этом, в то время как сами вот-вот женитесь на другой! — воскликнула Ривен, не в силах сдержать острого приступа гнева и ревности.
— Нет ничего постыдного в том, чтобы быть любовницей короля, — продолжал настаивать Броун. — Если ты пока еще смущаешься и не хочешь придти в мои покои, давай встретимся в саду, и ты увидишь, на сколько ты мне небезразлична, — говоря это, король бросил на нее взгляд, столь полный плотским желанием, что у Ривен не осталось никаких сомнений в его намерениях.
— Нет! — воскликнула она и бросилась бежать по коридору.
Поворачивая в коридор, ведущий в Зелету из восьмиугольного холла, она запнулась, и волосы на затылке у нее слегка зашевелились. В коридоре перед собой она увидела еще одного слугу в бесформенной хламиде садовника, который тщательно вытирал пыль с держателя для факела на стене. Ривен быстро пробежала мимо, не глядя в его сторону, и поэтому не заметила, что острый, как у хорька, взгляд, который уперся ей в спину, принадлежал Тьюрлипу — вору и лазутчику.
Оказавшись в садах Зелеты, Ривен бросилась на скамью и закрыла лицо руками.
— Ну, в чем дело? Ты что, ревнуешь к этим королевским невестам?
Ривен посмотрела вверх и увидела Сэл, опустившуюся на ближайшее дерево. Пиллаун вцепилась в сучок острыми когтями и сложила широкие белые крылья.
— Нет, я не ревную, — резко ответила Ривен и рассказала птице все, что только что произошло между ней и Броуном.
— И почему ты не согласилась на его предложение? — удивилась птица.
Ривен хмуро посмотрела на свою любимицу:
— Я же уже говорила тебе, что не хочу заниматься с ним любовью. Я начинаю трястись от одной только мысли об этом.
— Если ты умна, незачем доводить дело до этого, — практично заметила Сэл. — Ради небес, девочка, мы здесь уже несколько месяцев.
— Я отлично помню, сколько месяцев мы здесь. Я не могу уйти, но ты-то можешь! Почему же ты осталась? — сварливо осведомилась Ривен.
— Почему я осталась? — Сэл завращала своими пурпурными большими глазами и несколько раз прищелкнула острым клювом. — Я осталась здесь потому, что я должна присматривать за тобой, моя дорогая.
— Присматривать? За мной? — от изумления Ривен широко раскрыла рот. — Я думала, что ты отправилась со мной по тому что ты — мой друг.
— Это верно. Тогда почему же ты не слушаешь советов своего лучшего друга Мы здесь уже немало времени, и у тебя было множество шансов вернуть свой камень. Но ты проворонила все эти возможности.
— Проворонила!
— Да, именно проворонила. И теперь мы столь же далеки от цели, как и в горах.
Ривен покраснела. Сэл, безусловно, намекала на случай с гатаянской механической змеей. Вместо того чтобы позволить ей прикончить Броуна и забрать корону, она, напротив, спасла его жизнь.
— Рано или поздно они узнают, кто ты такая, — вещала Сэл прямо в голове у Ривен. — И тогда будет поздно что-то предпринимать.
Ривен вынуждена была согласиться с тем, что в словах Сэл была доля истины.
— О Сэл, я знаю, что ты устала прятаться в саду. Я ни капельки не виню тебя.
Сэл встопорщила свой хохолок из перьев:
— Тут вовсе не так плохо. Этот сад очень красив, а розы так приятно пахнут. И все же…
— И все же здесь очень скучно, — закончила ее мысль Ривен. — Но ты, но крайней мере, можешь летать повсюду, когда тебе вздумается. Я же привязана к дому, в котором полным-полно женщин, которым абсолютно нечем заняться, кроме как сплетничать да любоваться на самих себя. Мне так хочется снова оказаться в лесу вместе с Грис. Я скучаю без нее и беспокоюсь, как она там одна справляется…