— Чем бы они ни были, они мне не нравятся. От их мертвых глаз у меня по спине мурашки бегают. — Взгляд Аранта упал на золотую клетку с заключенным внутри неподвижным телом пиллаун. — Эта белая птица — твоя очередная жертва?
Тропос отпер клетку и вынул неподвижную пиллаун. Явно довольный, он погладил руками податливое, покрытое перьями тельце.
— Это не жертва, — пробормотал волшебник. — Это мой трофей, награда за хорошо сделанную работу. — И он нежно провел пальцем по совершенной форме изящной головки Сэл, затем погладил шелковистые перья на груди. — Скажи мне, принц, что ты думаешь о моей добыче.
Арант сделал шаг по направлению к рабочему столу Тропоса.
— Если это еще одно животное для твоих экспериментов, то оно, по-моему, уже сдохло.
— Просто слегка оглушено ядом. В течение часа она оправится.
— Она? Что же это за штука? Какая-нибудь редкая порода сов-альбиносов?
Тропос хихикнул:
— Это не сова, мой принц. Это — пиллаун. Редкое и чудесное создание, быть может, это последний представитель этой породы, оставшийся в живых.
— Недолго же ему осталось жить, коль скоро он попал в твои руки, — заметил Арант и, пожав плечами, отвернулся. — Довольно красивая птица, но какая от нее польза?
— Ты слишком много думаешь о войне и жестокости, молодой лорд. Красивые вещи тоже иногда бывают полезными. Возьми, к примеру, свою сестру. Уже сейчас это довольно ценное имущество.
Арант оскалил зубы:
— Нет, если я только сумею что-то с этим сделать. Скорее я разорву Фидасию на части, чем позволю ей выйти замуж за Броуна и нарожать ему кучу принцев-ублюдков.
Тропос снова хихикнул. Сегодня он был в прекрасном настроении.
— Нет нужды беспокоиться, принц. Именно эта проблема и побудила меня послать за тобой.
— Никто не может никуда меня послать, волшебник! Только попробуй прислать в мои комнаты какую-нибудь из твоих белок, и я сварю ее в кипятке и пришлю тебе на ужин!
Тропос моргнул, затем широко улыбнулся:
— Прошу прощения, мой лорд. Я хотел сказать «пригласить». — Он откашлялся и снова засунул Сэл в клетку. — Как я уже говорил, красивые вещи тоже могут приносить пользу. Иногда с их помощью можно добиться того, чего нельзя добиться при помощи войны. Существует старинное заклинание, для которого необходима кровь пиллаун. Несколько лет я исследовал это заклинание со страстью отверженного любовника, так как это заклятье способно сокрушить любого сильного врага. Но я даже не думал о том, чтобы применить это заклятье, так как не мог предположить, что судьба пошлет мне в руки живую пиллаун. Однако судьба преподнесла мне сюрприз, и сюрприз приятный.
Произнося свою речь, Тропос достал из кармана склянку с приготовленным зельем и теперь вертел ее в руках. Арант следил за движениями его костлявых пальцев, не в силах оторвать взгляда от маленькой бутылочки.
— Хватит говорить загадками. Что это у тебя в руках?
Тропос тонко улыбнулся:
— Милостивая судьба, мой принц, предложила нам целый букет разных возможностей, однако, прежде чем выбрать то, что нам более всего по нраву, необходимо завершить кое-какие приготовления. Нам нужно поступать дерзко, не позволяя угрызениям совести сдерживать нас. Проще говоря, нуждаешься ли ты в моей помощи, чтобы решить вопрос о браке твоей сестры?
Арант кивнул:
— Я уже говорил тебе, волшебник, что я желаю править стьюритским народом и Раздавить Броуна — моего злейшего врага. Помоги мне достичь этих двух целей, и я сделаю для тебя все, что ты попросишь, не мучаясь угрызениями совести. Когда я достигну успеха, я щедро награжу тебя всем, что ты только захочешь и что я смогу тебе дать.
— Ты очень могуществен, мой господин, но ты не сможешь утолить моей жажды мести. Ты можешь только помочь мне достичь моей цели. — Тропос крепко сплел между собой тонкие пальцы рук. — Прежде чем ты сокрушишь Броуна, ты должен будешь стать королем земли стьюритов. Для того чтобы достичь этого, ты должен будешь устранить со своего пути одно препятствие.
Тропос вручил Аранту флакон с зельем и прибавил:
— Когда в следующий раз будешь ужинать с Йербо, вылей это в вино. Сделай это незаметно, и ты будешь вне подозрений. Яд убивает не сразу. Его действие начнется примерно через сутки.
На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина. Колдун и рыжеволосый принц напряженно смотрели друг на друга.
— Ты хочешь, чтобы я отравил своего отца?
Тропос пожал плечами:
— Это решение должен принять ты сам, принц.
— Но он вскоре и сам умрет.
— Он может прожить еще несколько лет, и тогда уже будет слишком поздно для наших целей.
Арант все еще стоял неподвижно, словно оглушенный.
— Отцеубийца навлекает на свою голову проклятье всех богов!
— Ты же не веришь в богов, а если бы даже и верил, то ты столько раз нарушал их заповеди, что одним преступлением больше, одним меньше — для тебя это уже не имеет значения.
— Не мог бы ты сделать это? — нахмурившись, Арант протянул флакон с ядом Тропосу, но маг не принял его.
— Йербо был моим другом. Я не хочу запятнать своих рук его смертью. Тебе и только тебе предстоит решить, насколько сильно ты жаждешь сесть на трон королевства стьюритов и отомстить Броуну. И если ты исполнишь свою часть того, что мы задумали и о чем сговорились, то можешь на сомневаться — я исполню все, что должен.
Примерно через час виститовые шпоры Аранта прозвенели по каменным плитам коридора, ведущего в покои короля.
— Я желаю видеть отца, — заявил принц часовому, который заступил ему дорогу.
— Простите, принц, но я не могу пропустить вас, не предупредив короля и не получив его разрешения, — отвечал солдат. Его лицо посерело от страха, но он твердо стоял на своем.
— Если бы ты соображал, что для тебя лучше — ты бы убрался с моей дороги! — прошипел Арант сквозь стиснутые зубы, и солдат попятился.