– Так, а на ночь ее оттараним к Доктору Павлову. У тебя ведь родичей нет?
– Сегодня нет, – флегматично ответил толстенький бородатый мужичок лет тридцати. Из туристических, по-видимому. На том и порешили. Из недр чьих-то рюкзаков была изъята пачка прокопана, и некоторое время народ высчитывал рекомендуемую в моем суицидальном состоянии дозу.
– В пачке двадцать штук.
– Дайте всю, – сказал кто-то жизнерадостно.
– Всю нельзя, не выдержит. Откинется. Чего плетешь?
– Тогда по две таблетки с интервалом. И посмотрим, чего будет.
– С двух колес она и плакать не перестанет. Может даже хуже стать.
– Да уж, вы мне дайте столько, чтобы я отрубилась. А потом я, может, и вправду уеду с вами, – вставила я слово.
– Разумно. Дайте ей десять. Я сам в дурке столько как-то сожрал. Так я и не помню ничего. Но не смертельно. Даже желудок не промывали.
– Колеса-то слабенькие.
– Короче, десяток. А есть у кого вода?
– Вот, кока-кола.
Я выпила десяток маленьких желтеньких колесиков, похожих на витамины. Даже если мы и переборщили, то плакать все равно некому. Меня усадили на парапет и принялись ждать эффекта. Уж не знаю, чего мне хотелось. Наверное, я надеялась, что станет резко легче. Как при дозах тяжелых наркотиков. С ними все просто. Укололся – и свободен. Но тут поначалу ничего не произошло. Только хотелось курить, я стреляла сигареты до тех пор, пока меня не заглючило. Я страшно удивилась, когда сигарета упала, и склонилась, чтобы поднять, а ее там уже не было.
– Дайте еще покурить, – попросила я. Мне дали, но сигарета опять упала, и я снова не смогла ее найти. Я попросила снова, и Скай на меня странно посмотрел.
– Сигареты у тебя в кармане.
– Да? – обрадовалась я и действительно нашла их там. Они то появлялись, то исчезали, причем иногда прямо у меня в руках. Потом я вдруг увидела Лекса, стоящего почему-то посреди Невского проспекта, и рванула к нему. Кажется, меня пытались поймать. А может, это мне тоже приглючилось. Во всяком случае, больше я ничего не помнила. Как и обещали, забвение поглотило меня полностью.
* * *– И что, что ты творишь? С ума сошла?
– Что? Где я?
– Ты? Со мной, – громыхал кто-то, кого я не могла разглядеть. Пелена и какая-то клочкастая дурь стояли перед глазами.
– Кто ты?
– Я? Обалдеть! Муж твой.
– Кто? – попыталась вскочить с места я. Но не смогла.
– Дед Пихто.
– Отстань от нее. Она еще не очухалась, – глухо, как из алюминиевого ведра, пророкотал еще один голос, в первом приближении – женский.
– Ладно, пусть спит. Потом будем разбирать полеты.
Голоса стихли. Я провалилась в очередную бездонную кроличью нору, но где-то на уровне поверхностного сознания четко отпечаталась мысль: а голос-то, похоже, Лексов.
– Подъем! – разодрал мой слух его крик. Казалось, что с прошлой побудки прошло не более минуты, но это, по всему, было не так.
– Не могу, – просипела я и попыталась отвернуться к стенке. И тогда мою щеку обжег отрезвительный хук справа. Я дернулась и села на матрасе.
– Как я сюда...
– Заткнись, идиотка.
– Лекс? – я тупила по полной программе. Мозги думать последовательно и рационально отказывались. Видимо, все-таки десять таблеток – перебор.
– Признала мужа родного. Слава тебе, господи. Не все еще проторчала.
– А как я сюда попала? – снова затянула я свое.
– Как-как. Волоком, – фыркнул благоверный и вышел из бункера.
Интересные факты скрытой от меня биографии открыла Надюха.
– Ты чего ж удумала? Травиться? – подсела она ко мне на матрас.
– Ни в коем разе, – заверила я ее. – А что?
– Да мы тебя нашли в таком виде... – задумчиво пояснила она.
– Как это – нашли? Искали?
– А то.
– Он же меня выгнал. Ушел, – простонала я. В голове маршировали виртуальные кирзовые сапоги.
– Ага. Он, может, и выгнал. Но только кто ж мог подумать, что ты вот так и исчезнешь.
– А что я должна была? – не поняла я.
– Ну как... Погулять да и вернуться. Ну да ладно. Что уж теперь.
– А получилось что? – мне все-таки было интересно.
– А... Ну если по порядку. Мы, как он тебя вывел, сначала решили не лезть. А потом смотрим, он и сам места себе не находит. Дергался до вечера. То есть до ночи. А потом выпил водки и поехал тебя искать.
– А, понятно.
– Что тебе понятно? Не нашел он тебя. Вернулся мрачнее тучи, ему тут герыча подогнали. Так он проставился и опять отчалил. Искать. К утру опять вернулся. Один.
– Как это? – Вот загадки природы. – А откуда ж я взялась тогда тута?
– Так это он позавчера тебя не нашел. А сегодня нашел. На Сайгоне. Ты там валялась на лавке около входа в кафешку. В полном отрубе.