— Он сам подошел ко мне и узнал меня.
— Но он же никогда вас прежде не видел, и вы никогда не видели его!
— Я встречал его на улице в те дни, когда я… надеюсь, что Клемент рассказал вам…
— Конечно, когда вы раньше бродили вокруг нашего дома, мы все знаем об этом, — прервала Луиза.
— Надеюсь, вы простите меня.
— Мы простим вам все, что угодно! — воскликнула Сефтон, — Но я думаю, что немного шерсти Анакса прицепилось к вашему костюму, когда вы сидели в том кресле…
Все хором начали выражать восторги по поводу чудесного нахождения Анакса и объяснений Мира. Обитатели Клифтона собрались в Птичнике, пили вино и болтали с таким удивительным благодушием и свободой, как будто знали Питера (он настаивал, чтобы его называли именно так) всю жизнь. («Он похож на доброго дядюшку», — заявила потом Сефтон, разговаривая с Алеф.) Вновь и вновь обсуждались события прошедшего дня: драматическая встреча Мой с лебедем, бегство Анакса и бесполезная пробежка по окрестным улочкам. Обсуждалось и то, как решили, что Анакс отправился на старую квартиру Беллами, как после приезда Клемента изучали по карте вероятные маршруты, как Алеф и Сефтон ездили по городу на велосипедах, как Сефтон умудрилась свалиться с велосипеда, как Клемент, резко тормознув, въехал на тротуар и так удивительно нашел Мой, как Питер нашел Анакса. В общем, это был день чудес, вернее, день необычайных ситуаций, завершившийся чудесами! От радостного волнения на месте никому не сиделось, и все разговаривали, стоя в тесном кружке. Единственным спокойным созданием был Анакс, который, свернувшись, лежал на диване. Поначалу он наблюдал за ними озорными голубыми глазами и откликался на ласки Мой слабым помахиванием хвоста, потом его сморил глубокий сон.
— Может, приготовить вам какие-то более существенные закуски? — спросила Луиза. — К сожалению, мы все здесь вегетарианцы, разве что Клемент еще не до конца отказался от животной пищи. Правда, Клемент?
— Мне тоже по душе идеи вегетарианства, — сказал Питер— Я полностью поддерживаю экологические проекты, даже вступил в Партию зеленых.
— Так вы поэтому предпочитаете в одежде зеленый цвет? — поинтересовалась Алеф. — У вас зеленый галстук, зеленый зонт Да и костюм с зеленоватым отливом.
— Верно. И я всячески помогаю животным.
— Анакс, должно быть, интуитивно понял это.
— Но вы же не откажетесь от вегетарианского сэндвича?
— Нет, благодарю вас, мне уже пора уходить. Моя машина оставлена на двойной желтой полосе! Я просто счастлив от того, что произошло сегодня вечером. Совершенно удивительные события, словно подарок богов… Не стоит, однако, злоупотреблять вашим гостеприимством. Но надеюсь, что смогу навестить вас еще раз.
— О-о… ну конечно…
— Что ж, тогда нам пора попрощаться. До свидания, Мой. Хотелось бы увидеть, как ты отбивалась от того лебедя. Вам, несомненно, известна история Зевса и Леды.
— Но Мой же подралась с ним! — заметила Сефтон.
— Может, и так, но кто знает, что произойдет в будущем! Конечно, я шучу, не обращайте внимания.
— Пожалуйста, приходите к нам на день рождения Мой! — предложила Алеф, — Это будет здорово, правда ведь, если вы сможете прийти?
— Точно, приходите! — подхватила Сефтон, — Во вторник на следующей неделе!
Питер взглянул на Луизу.
— Конечно, — согласилась она, — приходите, если вам захочется. Вечеринка начнется в семь часов, но… приходите в любое время… без всяких церемоний… У нас будет чисто семейная компания…
— Я полагаю, что меня приняли в семейный круг! Явиться во фраке?
— Нет, в карнавальном костюме! — воскликнула Сефтон. — Все должны быть в масках.
— О, об этом не беспокойтесь, — возразила Луиза, — Не все наденут маски или маскарадные костюмы, в основном они привлекают детей!
— Но вы можете, если захотите, — прибавила Алеф.
— Я провожу вас к выходу, — произнесла Луиза.
Около входной двери они остановились.
— Простите, я не помню вашего имени.
— Луиза.
— Красивое имя. Могу я называть вас по имени?
— Конечно. Но знаете…
— Да-да. Вы хотите мне кое-что сказать.
— Да, но мне не хотелось говорить при них. Вы понимаете, что я хочу сказать…
— Наверняка вас огорчила прошлая сцена.
— Я не знаю, что и думать, но… возможно, вся та история прояснится… Нельзя ли закончить все мирно и полюбовно?
— Мирно. Женщины всегда хотят мира. Сердечно благодарю вас. Я буду вспоминать вас и ваших очаровательных дочерей, а возможно… в общем, возможно, я загляну на вашу вечеринку. Доброй ночи и всего наилучшего.