Ефим тяжело задышал:
— Слышь, Митька, не доводи меня до греха. И так я через тебя под суд угодил. — Он подозрительно оглядел сына. — И глазами не зыркай. Все равно никуда не пущу. Сейчас же со мной в город уедешь.
— В город? Насовсем? — вскрикнул Митька.
— Насовсем. Нечего нам больше в колхозе делать.
...Когда Гошка добрался до грузовика и заглянул в кузов, то увидел, что на дне его уже барахтались в мешках три поросенка.
Едва он успел юркнуть за куст, как из оврага поднялись Пыжов, Митька и дядя Ефим. Каждый из них держал в мешке по поросенку.
«Предатель! — в сердцах подумал Гошка о Митяе. — Опять за отцом потянулся. А мы-то ему поверили».
Гошка готов был выскочить из-за куста и закричать, что он все видел, все знает и сейчас же побежит в колхоз и всполошит людей.
Добравшись до грузовика, Пыжов с Ефимом завязали покрепче горловины мешков и положили поросят в кузов. Замешкался один лишь Митяй.
Вздрагивая и то и дело прислушиваясь к чему-то, он долго не мог завязать мешок с трепыхавшимся поросенком. К тому же тот вдруг начал почему-то истошно визжать.
— Заткни ты ему пасть! Очумел он, что ли? — прикрикнул на сына Ефим, беспокойно оглядываясь по сторонам.
И тут произошло совсем неожиданное. Зацепившись ногой за корень дерева, Митька упал и выпустил из рук мешок.
Поросенок вырвался из мешка и стремглав ринулся в лесную чащу.
— Да ты что, криворукий! Мешка завязать не мог! — вышел из себя отец. — Лови вот теперь! Семен, помогай! — позвал он шофера.
Втроем они полезли в лесную чащу. Но как только Ефим с шофером скрылись за деревьями, Митька вернулся к грузовику, выхватил из кармана перочинный ножик и попытался проколоть покрышку на заднем колесе.
В этот же миг Гошка поднялся из густой травы, в два прыжка очутился около Митьки и схватил его за руку.
— Это зачем?
— Ты... ты уже здесь? — обернувшись, удивился Митька. — В колхозе был?
— Нет, назад воротился.
— Отца с Пыжовым видел?
— Видел, все знаю.
— А я хотел покрышки проткнуть, чтоб машину задержать до прихода наших, — признался Митька.
Взгляды мальчишек встретились, и Гошка все понял: и почему Митяй выпустил поросенка, и почему бросился с ножом к покрышке.
— Может, машину угнать? — шепнул Гошка.
— А сможешь? Ключ у тебя есть?
— В замке торчит. Я уже видел. Пыжов оставил.
— Тогда заводи, — хрипло приказал Митька. Мальчишки влезли в кабину, Гошка сел за руль. Руки его дрожали, ноги не смогли сразу нащупать педалей. Только бы не перепутать, не забыть, чему учил его дядя Вася.
Наконец Гошка включил зажигание и нажал на стартер. Мотор заработал, но тут же заглох.
— Эх ты, не умеешь! — словно от боли, застонал Митька.
— Сейчас-сейчас, — забормотал Гошка, обливаясь потом. Наконец мотор вновь завелся, и машина рывком взяла с места.
В ту же минуту из лесной чащи выскочил Пыжов, за ним Кузяев. Не понимая, кто же мог завести машину, они бросились вслед за грузовиком, но уцепиться за борт успел один лишь Пыжов. Кузяев остался на дороге.
Подтянувшись на руках, Пыжов вскарабкался в кузов и яростно забарабанил кулаком по верху кабины, требуя остановить машину.
— В кузове один Пыжов, — сообщил Гошке Митяй, заглянув в заднее окошечко кабины. — Гони, Шарап, газуй!
И Гошка газанул. По сторонам дороги затрещали кусты, кузов пригибал тонкие деревца, обдирал с них кору, мальчишек подбрасывало на сиденье, как мячики, но грузовик все набирал и набирал скорость.
Только бы выбраться из леса на шоссейную дорогу, где можно встретить и подводы, и машины, и людей!
Устав кричать и барабанить по верху кабины, Пыжов наконец изловчился, перелез через борт машины и встал на подножку. Открыв дверцу кабины, отодвинул Гошку и занял место за рулем.
— Дурачье! Остолопы! — выругался он. — Вы что — машину захотели угробить?!
Гошка не сопротивлялся — лес поредел, стало светлее, за деревьями показалась шоссейная дорога.
— Теперь поезжай куда знаешь, — сказал он.
— А поросят все равно загнать не дадим, — добавил Митька.
Мальчишки ждали, что Пыжов вот-вот остановит машину, вытолкнет их из кабины, а сам повернет обратно в лес, чтобы захватить дядю Ефима.
Но шофер вел грузовик, не сбавляя скорости, а когда доехал до шоссейной дороги, то повернул не к городу, а в противоположную сторону, к Клинцам.
Гошка с Митькой переглянулись.
— Куда поросят везти? — спросил Пыжов.
— Известно куда — в лагерь, — ответил Митька.
— А я думал, что ты с отцом заодно действуешь, — усмехнувшись, сказал шофер. — А ты вон как!
— А мы думали, что ты с ним заодно, — признался Митька.
— Что б я на колхозное добро польстился! — обиделся Пыжов. — Плохо вы еще меня знаете. Хоть с вами, хоть без вас, а я бы все равно поросят в лагерь доставил. — Он покачал головой и покосился на Митьку. — Дурной же папаша у тебя. И что с ним теперь будет?