Часть вторая IX
Остаток ночи Туся с Наташей просидели в каюте без сна под грудой пледов и одеял, пытаясь унять колотившую их дрожь. Обе, конечно, понимали, что источник холода не снаружи, а внутри. Но все равно прижимались теснее друг к дружке и продолжали набрасывать сверху теплые вещи в попытке не столько согреться, сколько спрятаться от медленно наползавшего со стороны двери иррационального ужаса.
Разум, блуждавший в попытках отыскать пути к спасению, натыкался на глухие тупики. Малейший шорох представлялся шагами обезумевшего монстра. Незначительные перепады напряжения возвращали сознание в злополучную лабораторию, где «любимый тренажер» и его создатель высасывали энергию из всех систем корабля с ненасытностью черной дыры. Неужели им с Наташей предстоит уподобиться квазарам? И если так, увидит ли кто-нибудь их прощальный свет?
— Все будет хорошо, нам удалось отправить сообщение, нас теперь точно спасут! — стуча зубами, повторяла Наташа.
— Я все-таки не уверена, что это была удачная идея, — отозвалась Туся, чувствуя, как ее зубы отбивают шестидольный ритм ванкуверской жиги.
— Ты о чем? — Наташа так удивились, что даже перестала дрожать.
— О нашей с тобой самодеятельности.
Пытаясь отвлечь подругу и забыться самой, Туся боле-менее связно рассказала ей свой сон.
— Просто ты все последние дни много думала о Командоре и о своем отце, — попыталась дать услышанному рациональное объяснение Наташа, которая по-прежнему отказывалась верить в возможность видеть не только прошлое, но и будущее. — Священнослужитель любой из традиционных конфессий посоветовал бы тебе после таких снов сходить в храм, а психоаналитик пустился бы в долгие рассуждения по поводу Эдипова комплекса и смены поколений.
— Понимаешь, это не напоминало обычное сновидение, такая полнота и конкретность ощущений даже на уровне физиологии у меня раньше возникала, лишь когда я оказывалась в чьем-то сознании! — снова начиная дрожать, теперь уже не столько от страха, сколько от возбуждения, пояснила Туся. — Я не просто сканировала сознание Командора, я словно чувствовала его изнутри! — добавила она, заливаясь краской.
— Это круче энергообмена! — потрясенно отозвалась Наташа. — Вот бы нам такое попробовать с Клодом, — мечтательно протянула она.
— Обязательно попробуете, — пообещала Туся, вполне уверенная в своих словах. — Впрочем, вы и без телепатии друг друга понимаете с полуслова или безо всяких слов.
— Только бы его вновь увидеть! — не выдержала, расплакалась Наташа.
Туся тоже хотела бы разрыдаться, тем более поводов для слез у нее имелось куда больше. Все-таки Наташе пока никто не предлагал зооморфное чудовище в качестве жениха. Однако подступившие к горлу слезы смерзлись глыбой льда, а дурные предчувствия вызнобили нутро сухим марсианским морозом. Какие еще беды их подстерегают на пути? Сумеет ли Арсеньев выполнить данное Галке обещание? Не слишком ли многого она от него хочет?
Следующие дни прошли спокойно. Все системы, включая линию доставки, работали в штатном режиме. Корабль, успешно миновав еще одну червоточину, прокладывал курс к каким-то окраинным мирам, откуда имелся выход на систему Рас-Альхага. Пленниц никто не беспокоил: похоже Феликсу и доктору Карна хватало и других проблем. Туся с Наташей, впрочем, не знали, радоваться ли этому или горевать. Отсутствие информации угнетало, а замкнутое пространство давило безразличием склепа, наигрывая на взвинченных нервах глумливый danse macabre[1].
Время тянулось бесконечно, словно его пропускали через аппарат для сахарной ваты. Книги, музыка, видеоигры не могли заполнить эту липкую, приторную пустоту. Разговоры двигались, как лошади по цирковому кругу, неизбежно возвращаясь либо к чудовищу из аквариума, либо к призрачным планам спасения. Поэтому, когда в один из этих пустых бесконечных дней корабль сотряс сигнал тревоги, Туся испытала даже что-то вроде облегчения.
Конечно поводов для радости особо не находилось. Оповещение информировало, что корабль атакован, предписывало экипажу занять места согласно штатному расписанию, а пассажирам укрыться в амортизаторах и приготовиться к экстренной эвакуации.
— Ну, я же тебе говорила! — воодушевленно повторяла Наташа, переодеваясь в удобную для быстрой ходьбы или перемещений в невесомости одежду. — Наверняка, это Командор или его ребята!