Пиратский корабль только что вышел из гиперпространства в районе системы Паралайз, и пленницы, которых едва не расплющило в раздолбанном, неисправном амортизаторе, только-только приходили в себя, когда в трюме вновь прозвучал сигнал абордажной тревоги.
— Мать их, кого там еще на наши головы несет! — ворчали пираты, вновь упаковываясь в броню.
— Ну, я же тебе говорила! — заговорщицки улыбнулась Наташа. — Как же удачно, что ты успела сообщить Командору, в какой системе находится вход в червоточину!
Туся в ответ только вздохнула.
Увы, надежды Наташи и в этот раз не оправдались. Бой закончился так и не начавшись. Саав скомандовал отбой, а потом на абордажной палубе раздался шум шагов привычно-похабные шутки и деловитая ругань пиратов, перемежавшиеся с женским плачем, и обрывочным репликам, произнесенным ломкими голосами подростков.
— Что происходит? — Наташа вновь была близка к тому, чтобы разрыдаться.
— Головорезы Саава добыли новое сырье для установки энергообмена, — цинично усмехнулся, потирая руки, Феликс.
В это время открылся люк и в трюм, подгоняемые дулами скорчеров, начали спускаться мальчики и девочки от тринадцати до восемнадцати лет. За ними шли понурые педагоги и пилоты.
— А с мелюзгой что делать? Их слишком много. В трюме не поместятся, — деловито распределяя «добычу» по клеткам, спрашивал долговязый Штырь.
— Саав велел запереть их на том корабле в каютах, — отозвался Майло. — Куда они денутся?
Насколько Туся поняла из обрывочных реплик пиратов и общения с пленниками, захваченный корабль был зафрактован компанией, осуществлявшей организацию детского отдыха. На борту находилось полторы тысячи школьников в возрасте от семи до семнадцати лет. А поскольку большинство маленьких пассажиров относились к категории сирот и малоимущих и получили бесплатные путевки на Паралайз от органов опеки и соцзащиты, охрана на корабле отсутствовала.
Майло, Рик и Таран едва не прыгали от радости.
— Ну, теперь, братцы, попируем! — потрясал срастающейся рукой Таран, ловко орудуя допотопными ключами.
— Надо вторую установку где-то добывать! — пытался подсчитать будущие барыши Рик. — И аккумуляторов закупить побольше!
— А какие цыпочки! — гнул свою линию Майло, беззастенчиво рассматривая учениц выпускных классов. — Обидно, если они отправятся в коллоид, так и не познав радостей жизни.
— Все равно часть из них придется отдать Наге в ее храм или дом утех, — поддержал приятеля Рик. — Так надо сначала проверить, чтобы как с этими ведьмами не вышло.
— Я бы все же предпочел, чтобы на месте этой голопузой мелюзги оказались альянсовские толстосумы, — придирчиво разглядывая добычу, кривился Саав. — Вряд ли у их родителей найдутся средства, чтобы заплатить выкуп. А уж чиновники Содружества сами хуже любых пиратов! С них точно ничего не вытрясти. Привыкли только получать.
Вновь оказавшись в сознании пирата, Туся увидела темноватый директорский кабинет в казенном здании приюта, казавшийся еще мрачнее, ибо был запечатлен в сознании напуганного подростка, который совсем замерз в синтетической парадной форме и очень хотел есть. Грузный мужчина тыкал ему в лицо аппетитно пахнувшей булкой с таким видом, словно держал в руках орудие страшного преступления.
— Да как ты посмел, негодник! — ревел он. — Ты разве не знал, что все эти угощения предназначены для членов комиссии? Сегодня ты останешься без обеда и без ужина! Заприте его в классе, пусть он подумает о своем поведении.
«Ублюдочный директор! Ублюдочная комиссия, — даже по прошествии нескольких десятков лет Саав продолжал переживать ту старую обиду. — А хуже всех чиновников и толстосумов вместе взятых — тупицы, терпилы и подлизы из приюта! Вместо того, чтобы взять хотя бы то, что им полагалось по закону, стояли и смотрели инспекторам в рот! Слабаки, привыкшие жить на подачки! А слабым в этом мире не место. Нечего нищету плодить».
— Проследите, чтобы всем пленникам хватило места в амортизаторах, — готовясь к переходу через гиперпространство, распорядился Саав, едва ли не с ненавистью глядя на школьников и воспитателей. — И проверьте еще раз, чтобы установка энергообмена была хорошо закреплена. В ближайшие недели для нее найдется много работы!
Он снова смеялся, с удовольствием наблюдая за реакцией старшеклассников и учителей, которые прекрасно поняли, что его слова означают. Он не видел, с каким ожесточением и решимостью за ним наблюдает Ленка Ларина.