— Если я поправлюсь, мама обещала мне купить гравидоску, — делился с доброй «тетей врачом» бледный до прозрачности малыш, который дышал и ел уже самостоятельно.
— Здесь так красиво, а Вы похожи на ангела. Мне бабушка рассказывала, они летают среди звезд, — с восхищением разглядывал белые стены стерильного бокса походного госпиталя пациент постарше, который сюда попал из первобытной хижины, построенной из бамбука и пальмовых листьев.
— Такими темпами ты и вправду скоро станешь ангелом, — отстранил Тусю от работы Арсеньев после того, как она едва не потеряла сознание прямо в боксе интенсивной терапии. — Нельзя себя так изнурять. Я добился особого мандата, скоро сюда прибудут врачи из Новоякутска и Ньив-Амстердама. Нам продержаться еще пару дней.
Он отвел ее в ординаторскую, потом в отделение диагностики.
— Не нравится мне твой вид. Ты точно не подхватила никакой инфекции?
Результаты обследования его сначала озадачили, потом развеселили.
— Вот это инфекция так инфекция, — с улыбкой облегчения покачал он головой, передавая Тусе результаты теста, который ей следовало пройти еще неделю назад. — Но тут мы хотя бы знаем, как лечить, — добавил он, заключая любимую в объятья.
— Еще скажи, что через девять месяцев пройдет само, — в тон мужу отозвалась Туся, заливаясь румянцем.
Часть третья III
«Саша, у нас будет ребенок!» Эти слова Туся мечтала произнести даже не с момента их первой близости, а еще с тех дней, когда провожала Арсеньева на Альпарею, а потом долгие месяцы ждала, терзаясь неизвестностью. Она смаковала их на губах, почти ощущая их сладковатый молочный вкус и запах детской макушки.
Да что там говорить. Саша и так ее еле убедил не нагружать себя дополнительными заботами и спокойно закончить университет. При этом ему еще пришлось выдержать настоящую борьбу с Ольгой Викторовной, которая, устав все время переживать за сына, а теперь еще и за невестку, хотела поскорее увидеть внуков.
И вот теперь, когда общие мечты сбылись, Туся не ощущала почти ничего кроме растерянности и страха. Ну почему в этой жизни все самые светлые и радостные события либо скомкиваются, либо происходят просто не вовремя.
— Саша, прости, я не виновата, — она боялась даже поднять глаза, пока Арсеньев, с профессиональным интересом изучив результаты тестов, колдовал над анализатором. — Мы же вместе решили, что необязательно ждать окончания экзаменов. Потом началась эта суета, подготовка, сборы, досрочная защита… Там же столько всего в эти две недели спрессовалось!
— Да кто ж тебя винит, — поцеловал ее Арсеньев, ненадолго отрываясь от монитора. — Я тоже хорош. Начисто забыл о существовании такой вероятности, когда комплектовал состав экспедиции. И теперь тебя даже на Землю не отошлешь. Все космопорты Сербелианы закрыты.
— Если что, синдромом Усольцева я уже переболела и обладаю иммунитетом, — напомнила Туся.
— А как насчет остальных инфекций, которых в Мурасе не счесть? — скептически глянул на нее Арсеньев. — Одни геморрагические лихорадки чего стоят. Здесь такая нищета и антисанитария, что я не удивлюсь, если в какой-нибудь из трущоб обнаружится вирус исчезнувшей оспы, которая по клиническим проявлениям близка к синдрому Усольцева. И это считается благополучный мир в составе Содружества, алмазная Голконда, центр виноделия и почти что курорт.
— Саша, ну ты же понимаешь, что сейчас даже временная нетрудоспособность одного специалиста обернется десятками, а то и сотнями потерянных жизней.
— Ты в первую очередь должна думать о себе и ребенке, — строго глянул на нее Арсеньев, увеличивая изображение плода. — Ты не хуже меня знаешь, что плацента человека практически проницаема для всех изученных в настоящее время вирусов.
— На этой стадии развития у эмбриона и плаценты-то толком нет, — невольно улыбнулась Туся разглядывая крошечное, похожее на головастика существо с жаберными дугами и щелями, которому предстоял долгий путь превращения в человека. — Но ты же не запрешь меня на борту корабля? — проводя рукой по животу, в попытке обнаружить место, где сейчас обреталось их дитя, с мольбой глянула она на супруга.
— Запер бы, если бы не знал, что это бесполезно, — покачал головой Арсеньев. — Придется тебе пока проводить вакцинацию в благополучных кварталах Кимберли. А еще лучше и вовсе перейти на лабораторную работу. Такими темпами у нас может обнаружиться дефицит сыворотки, да и опыты для проверки эффективности применения разных типов вакцины никто не отменял. Поживешь пока у Елены, поддержишь ее. Вот только ее саму впору эвакуировать.