Я вернулся к дому и на крыльце обнаружил пять шесть таких. Я потрогал одну и она оказалась мягкой, словно желе и тёплой.
Другая тоже была мягкая и легко лопнула под пальцем. Внутри неё густая жижа оставила маленькое круглое пятнышко на деревянной влажной ступеньке.
- Что это такое? Мне это мерещится, да? - спросил я сам себя и услышал, что Анька меня зовёт из окна на кухне.
- Эй, сумасшедший — хихикнула Анька мне шёпотом в форточку — Ты чего там ковыряешься? -
Я пошел домой, вытирая жижу на пальце об джинсы. Жижа была неприятная на ощупь.
-Не надо было вам под дождём... — пробубнил я уже на кухне, стараясь унять внутри испуг.
Анька смотрела на меня игриво, вытирая полотенцем влажные волосы.
- Да ладно тебе. — хихикнула она и показала мне язык — Дождь совсем был тёплый, даже приятный. И луна такая, обалдеть! Ты видел? -
- Да. - отозвался я, задумавшись — Вчера в саду видел. -
- Ты вчера ночью был в саду? - удивилась Анька.
- Васька уснул уже? - перевёл я тему разговора, мне было жутко вспоминать вчерашнее, жена точно бы не поверила мне, да и к чему ей всё это знать? То что её полоумный муженёк гоняется с ружьём за призраком женщины, которая ослепила и убил его отца? Я нездорово улыбнулся своим мыслям.
Явление зелёной луны продолжалось ещё целую неделю. И я бы всё отдал в своей жизни, чтобы этой недели не случилось бы никогда.
Глава 3 Суббота
Ночью у сына поднялась температура, он метался по своей кроватке и постанывал. Я уснул едва на пару часов, проснулся в полной тишине. Рядом со мной не было Аньки. Прошёл, пошатываясь, на кухню, нигде её нет. И только мельком увидел силуэт на крыльце. Вышел наружу и застыл.
Анька стояла в одной прозрачной ночнушке, опустив безжизненно плечи и руки, а голову высоко запрокинула назад. Кажется, она шевелила губами, что-то говоря. Я быстро подошёл к ней и услышал, как она тихо вздыхает:
- Я слышу её. Слышу как она меня зовёт. Я слышу всех ! - глаза Аньки широко распахнулись, не мигая, смотрели наверх, прямо на зелёную круглую луну. Я посмотрел на небо и мне показалось будто луна медленно приближается ко мне, становясь всё шире и ярче.
- Анька, ты чего? — я дотронулся до руки жены, по её лбу бегут капли пота.
Руки ледяные, а вот виски и шея горят от жара. Её лихорадило так же, как Ваську. Она будто спала с открытыми глазами. Я пытался говорить с ней, увести домой, но она не замечала меня.
Тогда я поднял её на руки и отнёс в дом, уложил на кровать. Влажный тёплый компресс на голову и Анька быстро уснула, иногда она пыталась посмотреть в окно, чтобы разглядеть луну, но я не давал ей сделать этого и аккуратно разворачивал к себе болезненное с покрасневшими щеками лицо. Даже во сне жена повторяла:
- Я слышу их всех! - и странно вздыхала. Если бы я не видел её сейчас, а лишь слышал эти стоны и вздохи, мне бы показалось, что Анька стонет от удовольствия.
- Бедненькая. — я поцеловал мокрый солёный лоб жены. - Наверное, вы грипп подхватили с Васькой, спи, родная. Завтра позову Фёдорова, он тебя посмотрит, и Ваську посмотрит, спи. - бормотал я, поглаживая по каштановым вьющимся волосам.
Сам я уснуть уже не смог и вышел на крыльцо, снова посмотреть на жуткую луну, которая приклеилась к небу и не сдвигалась с места, сколько бы я ни ждал. Потом нечто кольнуло меня под ребро и я быстро двинулся к саду. Я услышал там шуршание и смех.
Как и чуяло моё сердце, я вновь столкнулся с ней. В этот раз она стояла ко мне спиной, такая же обнажённая, худая и со стелющимися по земле белоснежными волосами. Она нагло рвала яблоки на моей яблоне, обламывая ей ветви и листья. Яблоки ещё совсем не поспели.
- А, ну! - прикрикнул я на создание из другого, совершенно неизвестного мне мира — Убери свои гадкие руки от моих яблок! - я поднял с земли палку и хотел было кинуть ей в голову, а она вдруг обернулась ко мне лицом и я от страха зажмурился, схватившись ладонью за свои глаза.
Она проскользнула рядом со мной и засмеялась громко, оказавшись за моей спиной. Я махнул палкой назад, но гадкая тварь увернулась и в следующую секунду вскарабкалась мне на плечи, хватаясь тонкими когтистыми руками за одежду и шею. Я захлебнулся от накатившего на меня ужаса, он шевелился в животе, в ногах и в глотке. Я не мог вздохнуть, ещё крепче прижав ладонь к глазам. И что я теперь буду делать?
Эта длинноволосая тварь уселась на мои плечи, свесив ноги и плотно прижалась голыми бёдрами к шее и плечам. Я почувствовал её ледяную кожу со всех сторон, бархатную, как у младенца, приятную. Я почувствовал её запах, будто смешали молоко с жасмином и добавили туда горькую нотку, от этого запаха даже во рту возник вкус. Такой вкус бывает, если прокусил жёлтую кожицу спелой зимней облепихи. Мурашки по спине, она ещё крепче сжала мою голову свои ногами и скомандовала сверху: