— Я согласна. — Затем она впилась жадным поцелуем в мои губы.
***
На следующий день меня провожали лишь единицы. Никому пока не говорили о приближении опасности чтобы не подымать заранее панику среди толпы. Пускай пока народ находится в неведении, лучше подобрать удобный момент и тогда сообщить им. У выхода из пещеры стояли трое: Шарлотта, держащая в руках странную зверушку. Где она раздобыла его лишь чёрт знает, но пускай, чем дитя не тешилось лишь бы не плакало. Вторым был Чурано, как этот узнал о моей миссии непонятно. Может у него свои шпионы есть и ему докладывают. Нужно после расспросить у него об этом, мне понадобятся связи. Последний был сам Старый, за столько лет он наконец-то вышел на божий свет. Старик поначалу не хотел, отмахивался, твердя, что не любит желать удачи или прощаться. На деле всё обернулось совсем по-другому, он раньше всех пришёл сюда и ждал моего прихода. Вот GerGedan хитрый, всё-таки беспокоится обо мне, а делал вид что ему всё равно.
Первый, кто высказал своё мнение, был Чурано. Я рассчитывал услышать первые слова пожелания успеха от Шарлотты, но Арахнид знал, чего хотел. Выйдя вперёд, он осмотрел меня с ног до головы.
— Ви, вьюнош, покидаете нас так скоро как шекель из моего кошеля, — снова он начал дурачиться и разговаривать со мной с этим акцентом. Сколько лет его знаю никак не могу привыкнуть к этому. Бывают дни, когда он как обычный шоггон разговаривает со мной. Но это касается наших торговых операций, а там не до дурачеств.
— Прости, друг, дел очень много, а времени мало. Я вернусь, как только закончу со всем, а про наш бизнес можешь не волноваться. Я оставил для тебя маленький подарочек. Он не лучше меня, но вы найдёте с ним общий язык. — Одарил его ехидной улыбкой.
— Таки ты удивляешь меня каждый раз своим сюрпризом. Сколько ещё в этой маленькой головке скрыто потенциала… Но ви, вьюнош, забываетесь, я заранее предугадал ваши шаги. Сейчас этот отродок впахивает за всех нас, я прослежу за ним, дабы не отлынивал как ты. Я сюда пришёл не для этого. — Он достал из-за пояса увесистый мешочек и подкинул мне. Я одной рукой поймал его и вопросительно приподнял бровь. — Это твои проценты за несколько лет. Я таки не могу оставить вас без денежного содержания, с такой мучительной болью вырванной из самого сердца. Что подумает моя племянница, когда я сажал такой маленький процент? — Затем, развернувшись, он двинулся обратно в пещеру. Я проводил его с улыбкой, мысленно попрощался с ним. Кто знает, получится у меня выполнить задуманное. Но полученные деньги могут пригодиться, за это ему отдельное спасибо.
— Лаит, я знаю, мы уже говорили об этом недавно… Молчи, ничего не говори, я знаю и помню твои слова. Если я не могу пойти, пускай это будет она. — Шарлотта протянула мне на вытянутых руках живое существо. Опустив взгляд, я увидел очаровательное создание.
В руках она держала Степного Хорька. Взрослая особь в полметра роста высоту, чёрно-белый окрас по телу. Белый окрас больше находился на спинке, доходя до шеи и заканчиваясь на середине хвоста. Так белый был на мордочке, останавливаясь до макушки и шеи. Всё остальное покрывал тёмный-светлый цвет. Ещё вокруг глаз были серые и коричневые круги. На левой лапке было надето в виде браслета кольцо с инкрустированными зелёными рубинами. На спине этого хорька висела человеческая поясная сумка, на ремешке было множество отмычек.
— Ты хочешь, чтобы со мной пошёл Хорёк? — задал этот вопрос Шарлотте, не понимая, почему она решила так поступить. Ответом послужил капризный голос от этого милого животного:
— Шарлотта, ты уверена, что этот именно тот кто тебе нужен? По моему мнению он тебе в подмётки не годится. Как ты вообще могла найти в нём что-то. Ты только посмотри на него, клоун, ничего не скажешь. Давай вернёмся обратно, я познакомлю тебя с красивым Хорьком. Он будет куда лучше, чем этот оборванец, — недовольно состроила мордочку, уставившись на меня.
— Рексанта, тише, мы же договаривались с тобой, ты будешь послушной, а я выполню твоё желание. — Повернула она к себе подругу лицом.
— Да помню, но передумала, как только увидела этого человека. Он даже не шоггон, как ты могла полюбить такого. Давай заканчивай всё это и возвращаемся домой, я не намерена дышать с ним одним воздухом.
Этот Хорёк начинает меня раздражать.
— Какая у тебя высокомерная подруга. — Растянул дружескую улыбку, а сам пытался себя сдержать чтобы не прикончить эту животину. Мне всё меньше стали нравиться Хорьки, особенно это, как её там прозвала Шарлотта, ах да, Рексанта.
— Вот видишь, у него улыбка дурачка. Это ещё одно доказательство того, что вам не осуждено быть вместе. — В глазах Шарлотты промелькнула печаль. Я схватил Хорька за холку, пока она отвлекалась, и вырвал её из рук Шарлотты. Она попыталась вернуть её, но я остановил лишь взглядом.
— Спасибо, любимая, за эту чудную напарницу… — мне давались очень тяжело слова. Чтобы не ляпнуть ничего плохого про это существо, приходилось делать небольшие паузы. — Я очень ценю твою заботу, как только я проголодаюсь, то сразу приготовлю её. Ведь Рексаны не против этого? — Это горе луковое за весь мой разговор пыталось вырваться, проклиная меня всеми словами. Лишь когда я закончил, она резко успокоилась, я повернул её к себе лицом. Она с прищуром уставилась на меня.
— Только попробуй ещё раз назвать меня так и я перегрызу тебе глотку… — прошипела она, зло оскалив свои зубки.
— Какие мы нежные, ничего страшного, я люблю пылких. — В середине предложения я приблизил её к себе, чуть не получил когтями по лицу. Успел вытянуть руку, но получил по касательной по скуле. Я хищно улыбнулся, облизнул нижнюю губу. Шарлотта хотела было уже забрать подругу, но я лишь рассмеялся: — Я передумал, она будет верной подругой и соратником для меня. Вот только… — подкидываю Хорька верх с такой силой, что она начинает ругать. Затем сразу выпускаю нить, связываю в кокон. В процессе её крутит в разные стороны. Подхватываю тельце и затем вешаю себе за спину. У Рексанты кружится голова, и она ничего не может сказать членораздельно. — Пускай пока побудет у меня за спиной. Так мне будет безопаснее, а ей полегче. — Шарлотта с облегчением выдохнула. Подойдя ко мне, поцеловала в щёчку, после чего шёпотом сообщила:
— Постарайся подружиться с ней… Помни, я всегда буду ждать тебя, любимый, а тебе, подружка, желаю удачи с ним. — Затем, развернувшись, она ушла, оставив меня одного со Старым. Я проводил её взглядом, после зацепился за последнего провожатого. Если сегодня такой день подарков, интересно, что он мне подарит.
— Даже не надейся, я вижу, чего ты ждёшь. У меня нет ничего для тебя. Могу только дать совет в дорогу дабы упростить твоё путешествие. — Я навострил уши. Сейчас мне как никогда подойдёт любая информация, даже если это будет какой-то пустяк. — У любого человека, пусть он хороший или плохой, даже если он божий одуванчик, не убил братьев наших меньших, у всех людей есть завистники и враги. — На этом он закончил говорить. Развернулся, как Шарлотта и Чурано, и ушёл во тьму, оставляя меня одного с Хорьком. За это время она пришла в себя и начала елозить, пытаясь вырваться.
— У любого есть враги… — повторил слова Старого, пробуя на вкус. Я кажется стал понимать куда клонил он, но бестия за спиной своими криками вырвала меня из мыслей:
— Отпусти меня, шваль подзаборная, я тебе не сумка, я живое существо. Если ты не отпустишь, я тебе во сне горло перегрызу, моргалы выколю, пасть порву, — вопила она, дёргаясь как рыба на крючке.
— Советую тебе не дергаться, а то ненароком могу зашибить или бросить в речушку по пути. — Подошёл к краю обрыва, рассматривая пейзаж. Пока моя попутчица ругалась, описывая дивные методы моего умерщвления, я заговорил: — Сколько прошло лет, а наш край ничуть не изменился. Только представь, сколько всего неизведанного в этом месте хранится, только протяни руку, — я вытянул с этими словам руку и сжал кулак, будто сжимаю природу.
— Ты больной придурок, разговаривающий сам собой. Какой край, ты совсем одичал в своей пещере. Отпусти меня или тебе хуже будет… — я уже её не слушал, чего взять с этого Хорька. Делаю первые шаги к провалу. — Погоди, ты что, совсем рехнулся?! Ты нас уби-и-и-и… — не успела она договорить, как я сделал последний шаг, и мы стали падать вниз.