Мда… не думал я, что всё будет так серьёзно. Из всего его слов я подчеркнул для себя важную информацию. После инициации Амереонов награждают какой-то частицей Праматери. Что это такое и с чем её едят я не знал. Но интуиция подсказывала заполучить эту силу любой ценой, даже если потребуется стать слугой. Перспектива становиться рабом не очень меня впечатляла, но это мелочь по сравнению с новой силой. Вот только вопрос, какая это сила будет и чем она выражена. Если это окажется обычный артефакт, которым награждают каждого Амереона, то нет. Я сразу откажусь и сниму с себя все обязательства. Ладно, наступит завтра, будь что будет. Я не раздевшись лёг в постель. Интересно, как там поживает Рексанта, не сожрали ли её жители этого места. С этими мыслями я потихоньку заснул, уходя в мир сновидений.
***
— Как ты мог оставить меня там одну, лысожопый кожаный мешок мяса?! Я не прошу тебя за это! — вопила во весь голос Рексанта, хлопая со всей хорьковой силой мне по щекам. У неё не было как у человека физической силы, её удары были как мягкие ласковые прикосновения. Мне приятно, а вот ей нет, она злилась не в силах вынести мою улыбку. Когда она не смогла меня разбудить, перешла на более острые меры. Вот тут мне пришлось проснуться. Вонзённые острые клыки в ногу не самое приятное пробуждение. Я вскочил, поднял ногу, Рексанта продолжала висеть на ней, вцепившись мёртвой хваткой. За окном оставалась глухая ночь.
— Ты, шашлык на палочке, хочешь оказаться моим ужином? — пригрозил ей в попытке оторвать её от моей ноги.
— Пхол хахер, ях техе не охпуху, — непонятно проговорила она с набитым ртом.
Я смог собрать непонятные глухие фразы, опыт в этом у меня имелся в прошлом. Значит Рексанта просто не хочет отпускать. Ладно, я хотел по-хорошему, значит будем по-плохому. Хватаю её за шкирку, другой рукой затыкаю ей нос. Посмотрим сколько ей хватит воздуха. Не прошло десяти секунд как она стала брыкаться, а затем отпустила меня. Тут бы всё, но Рексанта снова попыталась меня цапнуть уже за руку. С усмешкой я успел одёрнуть и, удерживая за загривок, повернул её лицом к себе.
— Ну, пушистая жопка, как это всё понимать? — с лица не убирал самодовольную улыбку.
— Это я должна сказать эти слова. Как это понимать, ты ушёл, оставил меня одну в незнакомом мне месте. Меня заперли в здании, я пыталась достучаться, но меня не слышали. Хорошо, что у меня есть навыки по взлому дверей. Выбравшись, я металась по всем зданиям, выискивая тебя. Меня чуть два раза не сожрали шоггоны. Видите ли, я показалась им очень заманчивой на завтрак. Если бы я не была фамильяром Амереона, меня растерзали на части. Это всё твоя вина, глупый человек.
— О! Ты признаешь меня своим хозяином, я так польщен. Может я даже передумаю тебя готовить, пушистая жопка. Только интересно, кто давал тебе право пользоваться моим именем без моего спроса? Ладно, я сегодня добрый и закрою глаза на это, — продолжал глумиться над спутницей.
Мне было приятно наблюдать за ней, как с каждой секундой она свирепеет. Шёрстка становится дыбом, глазки сузила, начинает скалиться и шипеть, сучка волосатая. Ещё немного — Рексанта взорвется у меня в руках и будет крушить всё на своём пути. Тяжело выдохнул, повернул её к себе спиной и обнял как плюшевую игрушку.
— Ты что делаешь… — возмутилась она, растерявшись.
— Давай поспим ещё немного, я очень устал и не хочу спорить с тобой. Утром меня ждёт серьёзное испытание, от которого будет зависеть моё дальнейшее пребывание в этом мире… Спасибо, что ты решила найти меня я это ценю, — затем меня снова силой забрали сновидения.
Рексанта, оказавшаяся у меня в объятиях, никак не могла выйти из ступора. Злость пропала мигом, за ней пришла смущение и непонимание. Мордочка покраснела, тело дрожало, а затем она просто взорвалась:
— Да сколько же это может продолжаться! — но я этого не слышал.
***
— Зачем тебе это вообще нужно, Лаит? Давай бросим это дело, вернёмся обратно в город. Наверняка тот ЧСВешный парень ищет нас, а мы с тобой тут дурью маемся. Сам подумай, что могут эти древние старики тебе дать? Вот именно, ничего кроме дерьма на палочке. Хватит дурить, Шарлотта нас ждёт, мы должны как можно скорее вернутся к ней, или ты забыл зачем сюда пришёл? — причитала Рексанта, сидя у меня на плече.
— Да угомонись ты, я знаю, что делаю. Гажил сказал вечером быть в городе, а с Шарлоттой ничего не случится, с ней Старый и Чурано. Они не дадут её в обиду, если надо разорвут всех и каждого. Не забудь, ещё есть кузнец, который так же встанет на защиту своей подруги. Куда не посмотри, она окружена защитниками похлеще короля. Касаемо даров, внутри что-то подсказывает меня не обделять. Я привык доверять своим ощущениям, даже если они противоречат логике.
— Смотрю ты часто доверяешь своей интуиции, каждый раз ты попадаешь в какую-то беду. При этом, оказавшись там и пострадав, выходишь в полном дерьме с лодочкой на голове. Конечно ты выруливаешь, молодец, но нужно хоть раз пропустить. Зачем подвергать себя ненужным рискам.
— Тебе не понять меня… Ты всегда находилась в своем мире, когда я наоборот вышел из него. Я смотрю на проблему своими глазами, а не мечтами или фантазиями. Мне лучше один раз упасть с головой в эту яму проблем, а затем, выйдя, извлечь из него урок. Я лучше понимаю своей шкурой чем просто выслушивая чьи-то нравоучения. — Мы уже подходили к молебну.
— Ты истинный долбоящер, истязаешь себя, ты приносишь лишь боль. Она может быть как физическая и духовная. Тело сможет заживить раны, останутся рубцы, а вот душевные раны просто так нельзя. Тебе придётся постараться закрыть её чем-то, иначе она разрастётся. Тогда боль покажется тебе малой расплатой, — закончила она говорить, когда мы вошли в помещение.
Место, где проводились частые проводы церковников, сильно преобразилось. За короткое время все скамейки были убраны, а по центру выставлены полукругом семь высоких пьедесталов. На каждом стоял представитель своей расы. Если мне не изменяет память, то Горный огр, Гарпия, Арахнид, Зверолюд, Драконфейл, Ламия и Русалка… Получается тут собрались самые главные святые церкви, среди них были и женщины.
— Кто позволил сюда прийти человеку? — огр посмотрел на меня с такой брезгливостью, что сморщил лицо.
Настолько я ему не понравился. Я знал, что горные огры недолюбливают людей, ведь из-за них они практически вымерли в горах, потому как там находятся огромные залежи ценных минералов. Вместо того, чтобы просто договориться, люди решили силой забрать всё себе. В той войне много лет назад большая часть воин проходила в горах. Синий огр с двумя острыми рогами, устремлёнными вверх, оскалил пасть, выдвинул вперёд челюсть, показывая нижние клыки. Чем сильнее они выдвигали нижнюю челюсть, тем опаснее становились их угрозы. В этом случае самое разумное это отступить, пока противник не успокоится. Так на нём была белоснежная ряса во все тело с золотыми узорами по всей площади. Ростом он превышал меня в три метра.
— Успокойся, Рогран, мы уже говорили об этом, брат Арахмед предупреждал об этом, или ты снова забыл… Неудивительно прожить несколько лет безвылазно в пещерах совсем можно одичать. Интересно, ты сохранил силу веры или растерял в своих шахтах… — на мою защиту вышел Зверолюд.
Антропоморфный кот с человеческими руками, всё остальное было от животного. Короткошерстный представитель своего вида, двух цветов, левая и правая часть тела гармонично смешались между собой в серый и коричневый. Трудно представить, но каждый цвет был на своём месте. Глаза его были изумрудного окраса, придающий ему аристократический вид. Он так же был одет как его коллега огр. Слова очень сильно не понравились синему, и он был готов надрать зад обидчику, если бы не вмешался мой старый друг.
— Братья, давайте не будем сориться перед кандидатом в Амереоны. Он единственный, кто за сотню лет сейчас стоит перед нами. Мы давно забыли о нашей роли в этом мире. Давайте же исполним нашу клятву, данную Праматери.
— Твои слова правдивы, Арахнид, я согласна с тобой, мы должны исполнить свою клятву, — поддержала его представительница Гарпий. — Но ты не учёл одно… Он человек, а по закону мы не можешь даровать силу людям. Ведь это из-за них у нас случился раскол. Скажи, почему мы должны помогать этому отпрыску Хурана. — Мне показалось, или она только что оскорбила меня.